Время для жизни (СИ)

- Х-м-м-м… а почему с педрилой? Ну – развелась Светка с которым?
- А-а-а… дело, в общем-то, среди балетных обычное. Здесь нормальных мужчин… очень мало! Редкость это! Все наши… мужчинки грешат… своими задницами. 
- Так на кой хрен тогда было за такого замуж выходить?
- А тут ты не знаешь нашей балетной кухни! Бывает такое… нечасто, но бывает: сговорится девочка с таким… мужчинкой пару создать, чтобы вдвоем в нашем гадюшнике выжить было проще. Где-то она за него слово скажет, где-то он… раком стоя… за нее слово замолвит. Вот так и существуют! Только дело это зряшное, долго это продолжаться не может – разводятся все равно! 
- Ну и грязища же у Вас! Пиздец просто какой-то! Лучше уж среди простых работяг жить, чем в такой клоаке!
- Ну да… можно и так сказать! Только это уже давным-давно так повелось! До нас так было, и после нас, скорее всего – будет также!
- Слушай… я вот не могу понять… ну как так-то? Вот она с ним жила… она же знала, что его… в задницу пользуют! Как она с ним спала? Или они не спали?
- Да почему не спали? Спали, конечно! Ребята-то у нас все-таки – красивые! И тела красивые, и лица – тоже! Да и… постель… он же не только с мужиками может. Он и с женщиной тоже – вполне. Ну… по крайней мере – пока молодой! 
- М-да… там такие перипетии, похоже, бывают…
Она засмеялась:
- Да тебе лучше и не знать! Там и правда такие варианты бывают, что нормальные, со стороны, люди – ужаснутся. И муж жене мужиков приводит, и жена мужу… тоже мужиков! Пока молодые, кажется, что это такое… разнообразие! Интересно молодым! Такие оргии устраивают в юности! А потом… потом понимаешь, что природу-то не обманешь! Женщине все же нужен мужчина, а не… не понять кто!
- А ты? Ты тоже через это прошла?
- А тебе что – противно? – она насторожилась и довольно неприязненно посмотрела на него.
- Противно? Да нет… наверное. Я вот… вот ты идешь рядом, и я вижу красивую женщину. Элегантную, даже сказал бы – холеную. И ничего, кроме вожделения, я не чувствую. Пусть даже и было у тебя в прошлом… всякое. Может быть и я тоже… не очень нормален? Но вот точно – мужская задница меня не прельщает! Б-р-р-р… подумать страшно! А уж свой афедрон подставить? Да не… лучше сдохнуть! Это же… позор такой! Невместно это, вот!
Она засмеялась расслаблено и прижалась к нему:
- Какой ты славный! И… как хорошо, что я в тебе не ошиблась!
- Слушай, Лен! Надо в магазин зайти. Все мои припасы я там, на столе в костюмерной оставил!
- Да брось ты! Что у меня дома, бутылочки винца не найдется? Или бутерброды сделать не с чего? Все в порядке, никуда не надо заходить!
- А могу я тебя спросить…
Она остановилась и повернулась к нему с любопытством:
- Ну… спрашивай!
- Мне вот непонятно… а с чего ты меня вдруг выбрала?
Она повернулась и медленно пошла по тротуару.
- Тут… сложно объяснить… Чем-то ты мне запал… Может быть… напомнил мне моих давних знакомых юношей. Очень давно… форма юнкерская, юность, красивые все, бесшабашные, веселые… Знакомые гимназисты – серьезные, умные… Не знаю я, как объяснить… 
- А я уж подумал… ну – когда я весь в крови был… что это тебя как-то… возбуждает.
Она отвернулась в сторону, продолжая идти, держа его под руку.
- Может быть… и это… тоже. Я тебе кажусь сумасшедшей? – она повернула его к себе лицом, остановившись.
- Не знаю… а кто нормален, а кто – сумасшедший? Где критерий оценки? И пусть я псих! А вы не псих?
— Это что?
- Да песня одна... смешная. 
- Споешь потом?
- Да она… если кто услышит, то могут и неприятности быть. Вплоть до…
- А ты разве мне не доверяешь? Евгению же помог… тогда.
- Ладно, видно будет!
Они прогуливались, никуда не торопясь. Косов – потому что… в общем-то… не сильно и хотелось. А она? Наверное – «нагуливала аппетит», что твоя кошка!
- А вот твои подруги? Рита и Клава? Они тоже… как-то так же у них?
Она засмеялась:
- Нет! У них все по-другому вышло! Марго… она знаешь какая была! Ух! Прима! Так танцевать, как она танцевала – я даже и не припомню такого. А потом… потом – травма колена! Партнер на «поддержке» не удержал, уронил. И все! Нет танцовщицы! А куда ей? У меня вот так же примерно и было! Вот я себе ее и подобрала. А что она такая злая стерва, так у нее и причины есть! Со мной она совершенно другая. И поплачемся, бывает, друг другу. И поддержим, если что не так.
 
Елена искоса посмотрела на него, улыбнулась:
- Ты, кстати, зря отказался… ну… чтобы мы вдвоем с ней были! Там знаешь какой фейерверк чувств! Себя забываешь! Некоторым это очень нравилось! И мы такое… далеко не всем предлагаем. Далеко не всем! А если точнее… всего несколько раз такое и было-то…
- А Клава?
- Ну, с Клавой – все по-другому, чем с той же Риткой. Она тоже была очень хорошей танцовщицей. Очень хорошей! Вполне могла в примы выйти. Только вот… ума у нее нет и никогда не было. Ее и обманывали все, кому не лень! А сколько раз ее «подставляли», гадили ей! Это же все и не вспомнить! Вот так она и болталась, как не пойми кто – и танцовщица хорошая, классная; и места себе найти не может, по дурости своей! Вот так… в тираж и вышла. Жалко мне ее стало…
- А сейчас что же? 
- А сейчас? У нее работа есть. Да и я, скрывать не буду, иногда знакомлю ее с разными людьми. Подарки разные, деньги опять же… Даже жилье ей ухажеры оплачивают съемное. Это не проституция, если ты такое подумал. Содержанка? Ну да, так и есть! А что ей – на завод идти? Так она по своей безголовости тут же куда-нибудь влезет. А так… она же красивая! Ведь красивая, скажи?
- Да, тут не поспоришь, красивая!
- Ну вот видишь! Каждый живет – как может! Кому-то – на заводе работать, семью заводить, детей нянчить. А такие как Ритка, или Клавка… они на такое не способны. И по красоте своей, и по уму. То есть – Ритка по уму, а Клава – по его отсутствию. Выходит… нужно кому-то и ноги раздвигать… Мужикам же это нравится, не так ли?
- М-да… ну а потом?
- А когда потом, Ваня? Где мы, и где это – потом? Потом… потом… Потом – суп с котом!
- Ну вот ты! У тебя же… по-другому вышло? Муж у тебя был, вот сейчас – квартира, служба. Если ты только захочешь – и семья будет! Причем, с твоей внешностью, вполне какого-нибудь начальника «захомутать» можно!
— Вот про моего мужа не надо! Ты ничего не знаешь! Этот старый педераст… ох как он мне дался! Сколько я слез пролила, сколько нервов сожгла! Он же мной только статус свой обозначил – серьезный человек, жена – красавица! А сам… У него тут, в начале двадцатых дружок образовался… тоже – любитель юных мальчиков! Из партийных! В больших чинах! Вот тот его и пристроил… директором. Сначала – просто театра. А потом, когда новый театр стали строить – этого, нового. Ты, Ваня, даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, пока он карьеру строил. Сколько кроватей я прошла, с кем только спать не приходилось! Сколько хуев я пересосала… Извини… вырвалось! Ты меня зачем так вывел, сопляк, а? Ведь все вроде бы позабылось… Хотя… как такое забыть? Ну чего ты в душу-то полез, зачем? 
Косов за руку остановил попытавшуюся убежать женщину. Развернул к себе лицом и прижал к себе. Благо, на улице уже стемнело и прохожих было совсем мало. Она сначала попыталась вырваться, а затем затихла у него на груди.
- Все… все! Отпусти меня, я успокоилась! Настроение только испортил, гавнюк! Дай мне папиросу и прикрой меня. Я курить хочу, а даме на улице курить не пристало!
Он стоял спиной к проезжей части и прикрывал ее, поглядывая по сторонам.
- Ну вот зачем, Ваня… Ну зачем ты это все из меня тянул? Зачем тебе все это? И мне настроение испортил! Ведь так славно все начиналось…
Он тоже закурил, задумался.
«А правда – зачем мне это было нужно? На кой хрен я к ней в душу лез? Ну хочет дамочка трахнуться хорошенько? Ну так трахнул бы ее, со всей пролетарской ненавистью, да и забыл! И она довольна, и тебе – приятно! Так нет же… полез с разговорами этими!».