Время для жизни (СИ)

Иван раскланялся с дамой «ничего себе».
«Ну-у-у… я бы не назвал ее – вамп. Очень симпатичная, даже красивая, но уж – не вамп!».
- Девочки – Света и Екатерина! – ага… эти в пачках.
- У нас сегодня, Ваня, такой… междусобойчик с девчонками! Начальства сегодня в театре нет, вот мы и решили чуток посидеть, отдохнуть от повседневных забот!
Женщина-вамп наклонилась за диван и подняв оттуда поднос, переставила его на стол. На подносе стояла початая бутылка красного вина, фужеры и немного фруктов в вазе.
- Ну, значит – я вовремя заглянул в Ваш очаровательный и уютный уголок! – Иван, в свою очередь, потянул с плеча свою сумку и, расстегнув ее, начал доставать и выставлять на стол содержимое.
«М-да… с одной стороны – хорошо, что озаботился купить все это. С другой стороны – по пути к Елене вновь нужно будет зайти в магазин, восполнить потери!».
Бутылка коньяка, бутылка белого игристого вина, и еще – красного полусухого. Далее – коробка шоколадных конфет, пара плиток шоколада, несколько яблок, и готовые бутерброды с колбасой, сыром и бужениной.
«Хорошо, что уже есть определенные магазины. Такие – где дорого и не всем по карману, но зато и ассортимент богатый! А еще хорошо, что не поленился – поулыбался продавщице, сунул ей трешку «сверху кассы», и она приготовила бутерброды!».
- Да молодой человек – гусар! – удивилась с улыбкой «вампуся».
- Я бы предпочел наименование – кавалергард! – улыбнулся Иван, встал по стойке смирно и, щелкнув каблуками ботинок, обозначил кивок.
- Однако! Леночка! Ты где нашла такую прелесть? Хотя… молоденький совсем! – «вамп», похоже, тоже чем-то «закинулась»!
- Мадам! Молодость тот недостаток, который быстро проходит! – продолжал «валять Ваньку» Косов.
«М-да… дурень! Как есть – дурень! В женской компании такое ляпнуть! Дамы как-то завздыхали!».
- А еще, Софи, Ваня – очень хорошо разбирается в женской одежде! Помните, девочки, я Вам белье показывала? Так вот – это он придумал и нарисовал! – Рита элегантно стряхнула пепел с папиросы в пепельницу, и чуть мазнув Ивана взглядом, улыбнулась.
«Чего это они мне такую рекламу устроили? Нет, так-то я и не против! У меня сейчас кровообращение пошло по малому кругу – член-голова! И дамы, ну – кроме швеи – все очень даже… очень! Но – зачем, и главное – нахуя? Или они так против Фатьмы сговорились? И Елена, и Рита же знают о наших отношениях!».
- Да-да! Очень разнообразно одаренный молодой человек! – улыбалась Елена, - и к тому же, насколько я знаю, за его песни ему идут отчисления от филармонии! То есть, юноша обеспеченный!
Чтобы как-то отвлечь внимание дам от своей такой… многоплановой персоны, Иван спросил:
- Красавицы! Так мне вино открывать?
Дамы засуетились, и уже через несколько минут стол был сервирован, как это позволяли несколько стесненные в средствах условия. После нескольких тостов, дамы защебетали о своем, прерываемые Иваном для прослушивания анекдотов и шуток. Было весело!
- Много не пей, Ванечка! – наклонившись к нему, прошептала Елена, - у тебя сегодня будет трудная ночь!
И чуть слышно засмеялась.
- Я и не пью, так – коньяка чуть пригубил. Но и ты в таком случае – не переборщи. Нетрезвая женщина – это, конечно, пикантно. Но – в меру нетрезвая!
- Ну ты еще меня поучи к ночи готовиться! – и опять чуть хрипловатый, негромкий смех. 
Улучив момент, одна из балерин поднялась со своего места и присела рядом с Косовым, который расположился в торце стола. Прямо попой на стол! 
«Вызывающе, однако!».
- Ванечка! А может Вы нам споете? – и в глаза так… очень откровенно уставилась. И ресницами своими накрашенными – блым-блым-блым! А потом… вообще ножку подняла и поставила ее на стул Ивана, и наклонилась, демонстрируя декольте.
«А демонстрировать-то там… особо и нечего! А вот ножка… Ножка – хороша!».
Косов потянулся к женщине, заставив ее в ответ наклониться к нему еще больше, и почти на ушко:
- Я бы с удовольствием спел тебе наедине! У меня есть такой инструмент… тебе точно понравиться! – «Ну да, грубо! Пошло! Но – тут такой навал идет, что только так и реагировать!».
 
Женщина заулыбалась, разрумянилась. А вот то, что за столом разговоры чуть стихли, ни он, ни женщина – не заметили!
- Светочка! Дорогая моя! Ты ведешь себя несколько вызывающе, не находишь? Ванечка – мой гость! – Елена улыбалась, но улыбка была… нехорошая.
- Светик сегодня чуть перебрала. Да, милочка? – это Ритка поддержала подругу.
- Да ладно Вам! Хорошенький мальчик! Жадная ты, Ленка! Вот везет тебе на мужиков, а ты – жадничаешь! – балеринка вернулась на свое место, но уже оттуда зыркнула на Ивана и недвусмысленно улыбнулась. 
Пришлось Ивану петь, чтобы снять напряженность в женском обществе. И гитара нашлась тут же! Дамы притихли, глазки затуманились. РомантИк, мля!
Съели и выпили все Косовские припасы. Иван и сам чувствовал, что в голове зашумело – все-таки выпить граммов сто пятьдесят пришлось! Потом Елена выпроваживала своих гостей-подруг, оттирая от Косова настойчивую Светочку.
Уже от дверей он услышал шепот Завадской, которая втолковывала подруге:
- Светка! Ты что такая есть-то? Ну подожди немного, имей терпение! Я не жадная, но я хочу быть первой, поняла?!
Это несколько возмутило его, чуток сняло хмель. И вообще сдуло небольшое опьянение, когда в коридоре, пользуясь тем, что Завадская задержалась в костюмерной, давая последние указания остающейся Зинаиде Петровне, Риточка прижала его к стене и зашептала:
- Хрен ей, Светке, этой кошке драной! Когда Лена с тобой наиграется, я буду второй, понял?! И ничего мне твоя чумазая не сделает!
Ивана возмутили слова красотки о Фатьме:
- А меня ты даже не спрашиваешь? И вот что – Фатьму даже не вспоминай, поняла?
Та чуть ослабила напор и несколько виновато прошептала:
- Да ладно тебе! Ну… красивая она, красивая! И что теперь? Почему она, а не я?
- Потому что она – хорошая, а ты – стерва! Злая, завистливая стерва! 
— Вот как? Ну да… я – стерва, и что? Зато я, знаешь, как умею! Ты попробуй! Попробуй! Я… тебе понравится! И еще… я не ревнивая, вот! А хочешь… я с Леной тебя ублажу? Хочешь? И даже… можно еще кого-нибудь и мужчин позвать. Я даже так согласная!
- Слушай! Тебе что – мужиков не хватает? Ты же – красавица! Только помани, сколько у твоих ног будет? – опешил Косов.
- Да… надоели мне эти… козлы! Похотливые, трусливые… и жадные! Мне же Лена рассказала, сколько ты подарков этой… своей… подарил! Вон как одел ее! Как с картинки! – она подняла руку и погладила его по щеке, - а еще ты… молоденький, сладкий такой! А эти… елозят-елозят, а толком ничего сделать не могут. Противно! А мне знаешь, как хочется? Чтобы прямо – у-х-х-х! Чтобы голову от восторга срывало!
Из дверей костюмерной вышла Завадская.
- Ну ты подумай, Ванечка! Я подожду! – Ритка опять погладила его по щеке, потом засмеялась и обращаясь к Завадской:
- Ну, Леночка! Здоровья и удачи! Чтобы ночь была бессонной!
«Ну и как мне ко всему этому относиться? Они чего это – взбесились все разом? Перепили? Да вроде нет – все на своих ногах ушли! Ага… вот есть шлюхи – это женщины! А мужчина – шлюх? Чего это они на меня так «навелись»? Или это зависть к Завадской? Она тут у них, получается, вроде авторитет и неформальный лидер. А значит – если альфа-самка чего-то себе присмотрела – значит это стоящее дело? И очень хочется себе вот это же самое? Ну, хотя бы – после того, как альфа-самка наиграется? Как там эта теория называлась… в будущем? Этология, вроде бы? То есть я сейчас видел воочию, как это действует в стае обезьян? Вот… мартышки, ей Богу!».
Они шли, прогуливаясь, с Еленой по улице, и Иван пытался глубоким дыханием выгнать из нутра весь хмель.
- Ты мне можешь сказать, что сейчас это было? Чего это – и Света, и Рита взбесились?
Она засмеялась, поглядывая на него.
- А ты сам не понял? Ну… Ритка с первого раза на тебя «запала». А я еще, сдуру, ей рассказала, что все вещи и украшения, что на Фате – ты подарил. Сам представь: Ритка, она никогда излишней моралью не была отягощена! А тут – молодой, красивый, щедрый… И не у тебя! Как такое терпеть красивой женщине? А мы с ней подруги. Точнее, я ей вроде старшей сестры. Вот она и поперед меня не лезет, но и просто так лакомый кусочек упустить не желает! А Светка… она как развелась со своим… педрилой… Так все никак не может мужика найти. Все ей попадаются какие-то… козлы! А если не козлы, то импотент какой-нибудь встретиться! Вот девке голову-то и срывает!