Опаленное сердце (ЛП)
— Это не так.
В глубине души я это понимала, но всё равно сложно было отбросить угрызения совести. Я пристально смотрела на Лазаря. После смерти он выглядел ещё более хилым; его тело как будто уже усыхало на наших глазах.
Машина проехала по ямке на дороге. Труп дёрнулся, даже будучи пристёгнутым. Я подпрыгнула, и Лукас тоже. Мы оба переглянулись, нервно улыбаясь. Я снова посмотрела на Лазаря и нахмурилась.
— Его ноги, — пробормотала я.
— Что насчёт них?
— Они выглядят маленькими. Мужчина, который убил Патрика Лейси и Джули Макинтош, и который караулил в моём шкафу, чтобы убить меня — у него были большие ступни. Он оставил полно отпечатков ботинок, доказывающих это.
— Ты сказала, что минимум один из этих отпечатков оставлен намеренно. Он хотел, чтобы ты их нашла. Может, надевание больших ботинок было ещё одним отвлекающим манёвром.
— Может быть, — мою шею сзади будто покалывало.
— Что такое?
У меня не было слов для описания этого чувства.
— Ничего, — сказала я. — Просто я как на иголках, вот и всё.
— Это едва ли удивительно, учитывая случившееся.
Да уж. Я подвинулась ещё ближе к Лукасу. Он наверняка прав.
***
Лаура встретила нас у входа в больницу Мейдстона. Я почувствовала на себе её взгляд, как только вышла из автомобиля.
— Я в порядке, — сказала я ей прежде, чем она успела спросить.
— Ну-ну
— Я не вру.
— Само собой, Эм.
Я бросила на неё раздосадованный взгляд, затем помогла Лукасу накрыть тело Лазаря простынёй, чтобы скрыть его от взглядов прохожих, а затем переложить на ждущую каталку.
— Итак, это тот самый мужчина? — спросила Лаура.
— Мужчина. Зверь, — я нервно пожала плечами. — Я точно не знаю, что он такое. Он до сих пор может быть опасен.
— Он не выглядит опасным.
Я посмотрела ей в глаза.
— Мы с тобой обе знаем, что мёртвое не всегда остается таковым. Не в наше время, — я объяснила ей насчёт багбира.
Лаура лишь вскинула брови.
— Ха, — отозвалась она. — Интересно.
— Интересно? Не пугающе? Не гадко? Не отвратительно? Недостаточно, чтобы ты развернулась и убежала с криками, требуя, чтобы кто-то другой провёл это потенциально опасное для жизни вскрытие?
Лаура широко улыбнулась.
— Ты же меня знаешь. Я люблю вызовы. И я же не убежала с криками от тебя, — выразительно добавила она.
— Возможно, стоило убежать, — сказал Лукас.
Она усмехнулась.
— Сказал тот, кто спит с ней.
— И не только сплю.
Я почувствовала, как мои щёки заливает румянец.
— Давайте приступать к осмотру, да?
— Резать и кромсать, — произнесла Лаура с беглой улыбкой. — Моё любимое занятие.
Мы пошли за ней в больницу и спустились на огромном лифте в подвал. Морги вечно располагались в чёртовых подвалах. Может, нам нравилось притворяться, что смерть не была неотъемлемой частью жизни; если вытолкнуть её туда, где не видно, то мы могли дурачить себя, притворяясь, будто её не было. Конечно, мне-то легко говорить, потому что я умирала уже пять раз. Ни одна из смертей не продлилась долго. Пока что.
Морг был почти идентичным тому, в котором Лаура обычно работала, и она явно чувствовала себя как дома. Мы завезли каталку с Лазарем в первую комнату и переложили тело с каталки на стол.
Никаких признаков багбира до сих пор не было видно, но я не рисковала. Я отошла чуть в сторону и подняла арбалет, наведя его на неподвижную грудь Лазаря, будто я была Сигурни Уивер, а это существо вот-вот вырвется из его грудной клетки с брызгами крови. (Сигурни Уивер играла в серии ужасов «Чужой», где тоже были существа-паразиты, только они после «созревания» вырывались из грудной клетки носителя, — прим.).
Лукас казался не менее настороженным. Он занял позицию у двери, чтобы перекрыть багбиру дорогу к отступлению, если придётся. Если эта проклятая тварь до сих пор жива, нам нужно было изолировать её.
— Итак, — сказала Лаура, надевая пластиковые очки и перчатки. — Вы считаете, что багбир входил и выходил из тела через позвоночник?
Я кивнула, ни на секунду не сводя глаз с Лазаря.
— Между лопатками.
— Как крылья ангела, — пробормотала Лаура про себя.
Вот только Лазарь далеко не был ангелом.
— Обычно, — сказала она нам, — мы начинаем с груди и осматриваем тело в такой манере. Однако учитывая сказанное вами, думаю, уместнее будет перевернуть его и начать с позвоночника.
Она махнула своему молодому ассистенту, и вместе они аккуратно перевернули тело.
— Пожалуй, сейчас тебе лучше уйти, — сказала она ему добрым голосом. Ассистенту не пришлось повторять дважды; он чуть ли не бегом смылся из комнаты.
Лаура ножницами разрезала рубашку Лазаря и обнажила его кожу. Я подалась вперёд, задержав дыхание и крепче стиснув арбалет. Никакого багбира. Пока что.
Просто поразительно, каким худым Лазарь выглядел без одежды. Кожа на его спине была испещрена несколькими воспалёнными с виду красными пятнами. Лаура нахмурилась, сделала шаг назад, подняла его руку и перевернула, осматривая ногти.
— Что такое?
— У него сыпь, и его ногти потемнели, — она подняла его ладонь, показывая мне, затем сдвинулась к его голове и аккуратно раздвинула его редкие седые волосы. В её руке остался клочок. Она приподняла его. — Мне нужно сделать дополнительные тесты, чтобы сказать наверняка, но похоже, что Лазарь проходил химиотерапию. Его тело выдаёт многие побочные эффекты, которых можно ожидать от агрессивного лечения.
— У него был рак? — уточнил Лукас.
— Похоже на то. При нём было удостоверение личности?
Я покачала головой.
— Ничего. Ни бумажника. Ни кредиток. Ничего, что могло бы сообщить его настоящую личность.
— Возможно, стоит показать его фото в местных онкологических отделениях, — посоветовала Лаура. Она срезала его брюки и нижнее бельё, сложила всё в пластиковый пакет для улик, затем продолжила искать внешние аномалии или характерные признаки.
Я наблюдала за каждым её движением, ожидая, что багбир магическим образом выпрыгнет из спины Лазаря и накинется на неё, но он до сих пор отказывался выдавать своё присутствие. В итоге, удовлетворившись и сделав несколько пометок в своих документах, Лаура приступила к первому надрезу.
Ничего. Я ждала, притворяясь, будто не замечаю скользкого слоя пота на своих ладонях.
Как будто спустя целую вечность она сказала:
— Тут нет никаких следов чего-либо, выходящего за рамки нормы.
Глава 28
Мы с Лукасом оставались в больнице Мейдстона до раннего утра, пока Лаура заканчивала вскрытие.
— Я не знаю, то ли извиниться, то ли радоваться, что не нашла никаких признаков паразитирующего сверхъестественного существа, — сказала она нам в итоге.
Я тоже не знала. Я всё равно обняла её и поблагодарила за приложенные усилия.
Лукас пожал ей руку, но его лицо оставалось мрачным.
— Нам стоит сопроводить тело обратно, — сказал он. — Мы не располагаем достаточными познаниями о багбире. Если мы чего-то не видим, это не означает, что правда ничего нет. Лучше всего как можно скорее кремировать его.
Я могла лишь согласиться. Я не была готова рисковать. Я позвонила Боатенгу и ввела его в курс того, что мы не узнали. Много времени на это не потребовалось.
Он молчал, пока я говорила, и внимательно слушал.
— Мы тут не теряли времени зря, — сказал он. — Обыскали кемпинг, где остановился Лазарь. У него было мало вещей, но нашлась сумка с разными удостоверениями личности. Мы проверили их, и все оказались поддельными. Мы до сих пор не знаем, кем он был на самом деле, и чем он занимался на протяжении многих лет.
Бл*дь.
К сожалению, Боатенг ещё не закончил.
— Мы также нашли кое-что, что подтверждает теорию вашего патологоанатома. В мусорной корзине возле палатки Лазаря обнаружился выброшенный больничный браслет. Он из небольшой лондонской больницы.
(Многие больницы надевают на руки пациентов одноразовые браслеты с базовыми сведениями — н-р, имя, дата рождения, пол, группа крови, лечащий врач, дата поступления в больницу и прочее, — прим. пер)