Опаленное сердце (ЛП)
Что? Я выпрямилась, моё сердце бешено застучало. Кожа ощущалась холодной и липкой, волоски на руках встали дыбом.
— Что вы имеете в виду, Миранда? — спросила я, замерев чрезвычайно неподвижно.
Она печально посмотрела на меня.
— Ты уверена, что хочешь это услышать? Это не изменит того факта, что твои родители мертвы. Это их не вернёт, — она провела кончиком пальца по краешку фарфоровой чашки. — Они не такие как ты, Эмма, — тихо сказала она. — На свете может быть лишь один феникс, и это ты. Не твоя мама и не твой папа. Мне пришлось сделать ужасный выбор, — её глаза встретились с моими. — И я выбрала тебя.
Стены кухни будто начали смыкаться вокруг меня, грудь сдавило и стало сложно дышать. Нечто неописуемое раздирало мою грудь.
— Что…? Как…? — я пыталась найти слова. — Но…
Миранда мягко улыбнулась.
— То, что я собираюсь тебе сказать — сакрально. Ты не можешь повторять это кому-либо. Никогда.
Я не знала, что сказать. Что тут происходит? Что…?
Раздался громкий удар, и я чуть не подпрыгнула на стуле. Ворона взлетела и шмыгнула в окно, даже не обернувшись. Из коридора донеслись тяжёлые шаркающие шаги. Даже не раздумывая, я потянулась к арбалету, и мои пальцы обхватили холодное металлическое основание.
На пороге кухни появился Альбион.
— Я дома, — буркнул он. — Что по чаю? — его взгляд упал на меня, и его лицо мгновенно замкнулось.
Я поспешно убрала руку с арбалета и попыталась улыбнуться.
— Привет, — это больше напоминало карканье, чем приветствие.
Альбион посмотрел на свою маму.
— Что она тут делает?
— Я же говорила тебе, что она придёт, — сказала Миранда. — У неё есть вопросы.
Его молодое лицо исказилось рычащей гримасой.
— Её не должно тут быть, — он посмотрел на меня. — Я думал, вы будете в Розлендсе с остальными копами.
Я нахмурилась. В Розлендсе? Это что?
Мой телефон завибрировал в кармане. Я его проигнорировала, но Миранда мотнула головой в направлении звука.
— Тебе лучше ответить, — сказала она. — Это может быть что-то важное.
Я достала его почти машинально, моя голова до сих пор шла кругом от того, что она сказала до прихода Альбиона. Я глянула на экран. Боатенг. Я приподняла телефон.
— Я отвечу в коридоре, — сказала я.
Миранда безмятежно улыбнулась. Альбион сверлил меня сердитым взглядом.
Я вышла, пройдя под пауком Борисом. Я слышала возражения Альбиона.
— Она не должна здесь находиться. Не стоило ей приходить. Если ты опять заболеешь…
Мой телефон всё ещё звонил, когда я вышла за пределы слышимости.
— Это детектив Беллами, — произнесла я.
— Я пытался с вами связаться, — сказал Боатенг. — Мы в парке возле площади. Розлендс. Маленький, но вы его не пропустите. Вы должны добраться сюда как можно быстрее.
— Сейчас не самое удобное время, — начала я.
— Детектив Беллами, — произнёс он. — Эмма.
В его голосе прозвучало нечто мрачное.
— Что? — спросила я.
Детектив Харрис Боатенг вздохнул.
— Произошло ещё одно убийство.
***
Я как можно быстрее покинула особняк, спешно пообещав Миранде, что мы продолжим разговор в другой день при первой же возможности, и заработав ещё один гневный взгляд от Альбиона.
На сей раз я не делала остановок, чтобы полюбоваться пейзажами, и побежала по длинной тропинке к главной дороге. Я даже не осматривалась по сторонам в поисках этой чёртовой вороны. Я просто опустила голову и бежала, смутно осознавая, что после последней смерти стала ещё сильнее и быстрее.
Я выбросила из головы откровения Миранды и сотни вопросов без ответов, прожигавших меня изнутри. Ещё одно гнусное убийство подвергло опасности всех жителей Барчепела; смерть моих родителей и даже моё сверхъестественное существование придётся отложить.
Боатенг был прав: найти парк оказалось просто — более того, я вчера прошла мимо него, пока направлялась к коттеджу. Даже если бы Барчепел не был таким маленьким поселением, я бы без труда нашла его благодаря большой группе бледных жителей и сверкающим мигалкам собравшихся тут детективов.
Я обошла толпу и помахала двум офицерам возле временного заграждения.
— Детектив Беллами, — представилась я, почти не запыхавшись после бега. — Детектив Боатенг меня ожидает, — я предъявила удостоверение.
Ближайший ко мне офицер кивнула.
— Подождите здесь, — сказала она. — Я приведу кого-нибудь, кто вас сопроводит. Вам нужно надеть защитную экипировку.
Во второй раз за день я надела одноразовые белые бахилы и втиснулась в бумажный костюм, призванный минимизировать заражение места преступления. Я только закончила прятать волосы под капюшон, как появилась ещё одна фигура в костюме.
Ротсей выглядел ещё бледнее обычного.
— Она в той стороне, — сказал он, не потрудившись здороваться.
— Она? — я поколебалась. Этого я не ожидала. Большинство серийных убийц выбирало схожих жертв; перемена пола тоже встречалась, но не являлась обычной.
Моя кровь похолодела ещё сильнее. Я уже решила, что преступник — серийный убийца. Если он ещё и сверх, то последствия для сверхъестественного сообщества в Лондоне будут катастрофическими, хотя всё и так балансировало на острие ножа.
Ротсей не ответил. Он показал на ворота парка.
— Я вам покажу, — произнёс он нетвёрдым голосом.
Криминалисты, прибывшие первыми, занимались своей работой. Они поставили импровизированную палатку, чтобы скрыть тело от любопытных глаз, и территорию парка везде прочёсывали люди. Я заметила Барри и Ларри — из костюмов виднелись только их лица, и они изучали клочок земли, стоя на коленях. Их лица одинаково хмурились поверх одинаковых усов.
Боатенг высунул голову из-за угла палатки и заметил меня.
— Эмма! — окликнул он. — Сюда.
Я пошла к нему, смотря под ноги, чтобы не наступить на какие-то важные улики. Я почти ожидала, что Ротсей ко мне присоединится, но он остался в стороне. Волнение от расследования убийства давно выветрилось. Я облизала губы и присоединилась к Боатенгу, чьё мрачное и неулыбчивое выражение ничуть меня не успокоило.
— Вы быстро сюда добрались, — прокомментировал он, показывая на палатку. — Её нашли менее часа назад, — его губы поджались. — Это были не маленькие дети, к счастью. Местный житель решил срезать через парк и заметил её. Мы возьмём у него показания в участке.
Окей. Я переварила его слова, кивнув.
— Есть предварительные признаки, указывающие на время или причину смерти?
— Похоже, её убили в такой же манере, как и Лейси. Горло разорвано, но крови очень мало. Что касается времени смерти, то сейчас едва пришло время вечернего чая, — сказал он мне. — Это гораздо более публичное место, чем переулок, в котором нашли Лейси. Само собой, нам ещё предстоит побеседовать со многими людьми, но настолько мы можем понять, группа детей ушла из парка в три часа, и тогда не было видно ни жертвы, ни убийцы. Женщину нашли незадолго до пяти часов. Обнаруживший её мужчина совершил звонок в 16:48.
Я осмотрелась по сторонам, нахмурившись. День был солнечный, приближалось окончание учебного года.
— Тут рядом начальная школа, так? — спросила я. — Почему парк не был полон людей? Само собой, многие дети хотели бы зайти сюда после окончания учебы.
— Сегодня день спортивных состязаний, — сказал Боатенг. — Занятия затянулись, — он приподнял руку в перчатке. — И не спрашивайте меня, должны ли мы быть благодарны. Хотя дети не стали жертвами и не были травмированы, это предоставило убийце возможность, которой у него не было бы при других обстоятельствах.
Я стиснула зубы. Патрик Лейси в пятницу. Я в воскресенье. И теперь ещё одна жертва в понедельник. Это начинало ощущаться как ежедневные убийства.
— Могу я её увидеть? — спросила я.
— Следуйте за мной.
Я пригнулась и вошла в палатку. Тут не было удушающего и тошнотворного запаха крови, но я чуяла смерть. Я посмотрела на распростёртое тело женщины, лежавшей лицом вниз с отвёрнутой от меня головой. Один из криминалистов подвинулся, чтобы я могла осмотреть рану на её шее. Я резко втянула вдох. Она определённо походила на рану Лейси, хотя вживую выглядела намного ужаснее, чем на фото. Я опустилась на колени, чтобы присмотреться получше, и отпрянула. Чёрт. Чёрт.