Опаленное сердце (ЛП)

Я со своей стороны послала фотографии с изображением отпечатков лап трём альфам кланов оборотней. Я также послала их Лукасу и Лизе, которые оба явно не имели связей с волками и обладали более обширными познаниями об Иных, чем я.
Иных было много, начиная с пикси и заканчивая гулями и гремлинами. Как оборотни и вампиры, они легально были обязаны проживать в пределах конкретной зоны Лондона, охватывающей Лиссон Гроув, Сохо и несколько улиц между ними. Мне не приходили в голову никакие Иные сверхи, которые могли бы оставить отпечатки таких размеров и форм, как те, что были найдены на месте смерти Лейси, но это не означало, что таких сверхов не существовало.
Как и ожидалось, альфы написали в ответ, что отпечатки лап не принадлежали оборотням. Леди Салливан пошла ещё дальше и сообщила мне, что я дура, если вообще намекаю на такое, и что мне пора перестать смотреть под ноги и сосредоточиться на проблеме Деверо Вебба. Я это проигнорировала и прочла сообщения от Лизы и Лукаса. Ни один из них не смог сразу дать ответ. Лукас сказал, что поспрашивает, и подписался буквой Х, от которой моё сердце по-дурацки пропустило удар. (опять-таки, Х означает поцелуй, а не «Хорват», — прим). Лиза прислала озадаченный знак вопроса, а следом сообщила мне, что детектив Грейс — идиот. Он не проработал даже первый полный день, а она уже присвоила ему такое звание. О Божечки. Я сообщила Боатенгу, что удалось узнать (то бишь, ровным счётом ничего), и написала в ответ сообщения с благодарностью. И отправила свою Х Лукасу.
Крепко прижимая документы к груди, я поспешила в «Птичку и Кустик». Как бы мне ни хотелось использовать эту поездку, чтобы сосредоточиться на своих родителях, очевидно, что убийство Патрика Лейси должно стать приоритетом. Не считая недавно назначенного детектива Оуэна Грейса, я была единственным детективом Отряда Сверхов в стране, и это определённо походило на сверхъестественное убийство. Ради блага ни в чём не повинного сообщества сверхов и других потенциальных жертв (не говоря уж о бедном Патрике Лейси), я должна изменить свои приоритеты. Но это не означало, что я не могла посвятить некоторое время поиску информации о маме и папе.
Теперь бар был более оживлённым, толпа собралась вокруг столиков для воскресного чая и примостилась на высоких стульях. В моём мозгу не оставалось сомнений, что большинство из них было местными. И не существовало лучшего способа узнать о Патрике Лейси, чем поговорить о людях, которые могли его знать, так что я отнесла файлы в свою комнату. Я ругнулась из-за отсутствия в комнате сейфа и вместо этого впихнула их в чемодан, застегнула и для гарантии прицепила маленький замочек. Тщательно заперев дверь, я поспешила в бар и заказала апельсиновый сок. Пора приступать к работе.
Подсев к пожилому типу в кепке, который в одиночестве сидел с краю бара, я сделала первый ход. Начало было не самым красноречивым.
— Приветики! Я Эмма.
Он даже не глянул в мою сторону, только хмыкнул и отпил своего пива.
Я сделала глубокий вдох.
— Возможно, — сказала я, жалея, что приходится использовать смерть родителей в такой манере, — что вы знали моих маму и папу.
Двух зайцев одним ударом, говорила я себе, мысленно ликуя, когда он повернулся ко мне и смерил взглядом. Я заставлю его смягчиться, рассказав, кто я на самом деле, а потом устремлюсь к главному и узнаю как можно больше о Патрике Лейси, когда он расслабится.
— Кто твои родители? — спросил он.
— Они мертвы. Марк и Диана Беллами, — ответила я, радуясь, что мой голос не запнулся. — Они жили в старом коттедже на краю деревни. В том, что…
— Я знаю, который ты имеешь в виду, — перебил он. Его взгляд был оценивающим. — Так ты их ребёнок. Я не думал, что мы вновь тебя увидим.
— Я устроилась работать в полицию, — я сумела легко пожать плечами. — Учитывая недавнее убийство, я подумала, что это мой шанс приехать и посмотреть, что я вспомню, а также сделать что-то хорошее.
— Тяжеловато, да? — спросил он. — Возвращаться в место, где убили твоих родителей, чтобы расследовать убийство?
 
— Да, — честно ответила я. — Наверное, — я поколебалась. — Так вы были с ними знакомы? Вы знали Марка и Диану?
Его ответ был неспешным.
— Знал. То, что с ними случилось, потрясло это место на долгие годы. И теперь мы вернулись туда же, откуда начинали, — он сделал мрачный глоток. — Снова смерть.
Светловолосая женщина лет сорока пяти подошла от столика в углу, чтобы привлечь внимание бармена. Мужчина рядом со мной окликнул её.
— Угадай, кто это, Джули? Готов поспорить, не угадаешь.
Она глянула в мою сторону.
— Ты меня подловил, Билл, — её голос звучал ровно и безо всякого интереса. — Я не могу угадать, — она заказала джин с тоником, затем вскинула брови. — Ну давай. Кто ты?
— Это малышка Эм, — сказал Билл, ответив за меня.
Джули уставилась на меня.
— То есть…?
— Ага.
Её поведение мгновенно изменилось, сменившись с усталого раздражения на изумлённое волнение.
— О боже мой. О. Боже. Мой, — она бросилась ко мне, и на один тревожный момент я подумала, что она на меня нападёт. Затем она схватила меня за плечи и притянула в крепкое объятие. — Эм. Малышка Эм. Что с тобой случилось? Ты в порядке? Я так часто беспокоилась о тебе в эти годы, — она крепче стиснула меня, и её цветочный парфюм окутал меня почти до удушения.
— Если ты и дальше будешь так стискивать её, то дышать ей осталось недолго, — заметил Билл.
— О Божечки! — Джули отпустила меня и сделала шаг назад. — Прошу прощения. Я не хотела сделать тебе больно! — она изумленно покачала головой. — Просто я так рада видеть тебя. Когда я видела тебя в последний раз, ты была вот такого роста, — она показала на уровне своего бедра. — Я нянчилась с тобой, — она улыбнулась мне, затем посерьёзнела. — Я была так расстроена случившимся. Все мы расстроились. Этот мужчина, Сэмюэл Бесвик, — она зашипела. — Даже виселица для него слишком хороша.
— Вы знакомы с Бесвиком? — спросила я.
— О да, — она кивнула. — Считала его неплохим парнем, пока он не сделал то, что сделал, — её передёрнуло. — Даже переспала с ним разок после ночи здесь, — она глянула на меня, и её лицо изменилось. — Но ты не хочешь слушать об этом. Расскажи мне о себе. Чем занималась в эти годы? Я хочу знать всё.
— Она работает в полиции, — сказал Билл из-за моего плеча.
— В полиции? — Джули дёрнулась. — Ты здесь из-за Патрика.
— Да.
— Вау, — прошептала она. — Воистину, что посеешь, то и пожнёшь.
Я нахмурилась.
— В смысле?
Джули встретилась взглядом с Биллом.
— Ну знаешь. Из-за Патрика и твоих родителей.
Я замерла.
— Что насчёт Патрика и моих родителей?
— Ну ты знаешь.
— Нет, — ответила я ей. — Не знаю.
— Ну, это ведь он их нашёл, не так ли? И ты. Он пришёл, потому что Марк, твой папа, попросил его починить потёкший кран. Он постучал в дверь, вошёл, и… — она неловко пожала плечами, — увидел, что случилось. После этого он уже не был прежним. Думаю, обнаружив тебя и увидев всю эту кровь, он и сделался таким постоянно злым. Как это называется? ПРСТ?
— ПТСР, — прошептала я, уставившись на неё. Я не встречала этой детали в газетных вырезках или судебных протоколах. Я не знала, что Патрик Лейси нашёл моих родителей. Что он нашёл меня.
— Чертовски крупное совпадение, — прокаркал Джули.
— Ага, — я не могла уложить это в голове.
— Чёрт возьми.
Я отпила глоток сока. Я отчаянно желала узнать больше о маме и папе, но это был настоящий шанс расспросить о Патрике. Для моих родителей будет время потом; мне нужно сосредоточиться на нынешнем преступлении. Я неосознанно крепче сжала стакан. Раздался внезапный треск, и апельсиновый сок разлился всюду, когда стакан раскололся в моей руке. Чёрт. Этого не должно было случиться.
— Бл*дский ад, — Джули схватила с барной стойки полотенце и начала промакивать мою кожу. — Не двигайся, а то порежешься, — она сердито посмотрела на бармена. — Я же говорила, что эти стаканы — паршивая дешёвка, — раскритиковала она его. — Эм могла серьезно пострадать!