Лето севера (СИ)
– Да нет, вроде. Хотя эти могут и удивить потом как-нибудь. Неожиданно.
– Угу, те еще темные лошадки.
– Волчки, – не удержалась я. – Но тут другое – из Инстреда с Раском приехали лишь самые лучшие, в том числе и в таких делах.
– Лучшие? Это, в смысле, его там теперь настолько ценят?
– Это, в смысле, что те, кто не сможет за себя постоять, оставлены дома.
– Логично, – хмыкнули мне в ответ. – Нечего рисковать и переводить попусту ценный генетический материал.
– Что? – нет, вот все же удавалось Ольге такими вот словечками поставить в тупик даже меня. Даже несмотря на то, что почти десять лет я временами пускала ее сознание в свою голову, и она могла чуток побыть мною, поделившись в обмен много чем интересным о том своем мире, откуда эту «вполне себе великую актрису» неизвестно какими путями занесло к нам. Причем поделиться в таком количестве, что при простом разговоре не получить никак. И все равно – иногда озадачивала вот прям аж до ступора.
– Не бери в голову! – в свете всплывших только что воспоминаний, прозвучало оно как-то двусмысленно. – В общем, мне… вернее, нам всем, нужна сейчас твоя помощь. Сдается, Нешра это единственная ниточка, потянув за которую можно вытащить на свет хоть какой-то хвостик всех этих запутанных и перепутанных темных делишек. Готова сыграть против нашей Маты Хари?
Ну вот! Опять! Хотя вот как раз об этой самой Мате что-то у меня в голове крутилось – видать упоминали когда-то, к слову. Но лучше все-таки было уточнить:
– Что именно ты от меня… все мы от меня хотим?
Глава вторая
Добраться к Эрависской крепости еще до наступления темноты мы все-таки успели, хотя поводов сомневаться, что это подучится, оказалось предостаточно. Происшествия, способные здорово нас задержать, косяком повалили, считай, прямо с переправы.
Сначала на середине реки, налетев на полупритопленный комель, чуть было не перевернулся паром со второй частью моей охраны – теми самыми наемниками Раска, что, как выяснилось, право ехать первыми, вместе со мной, проиграли зверомордым в кости... Потом пришлось приводить в чувство и отхлопывать по щекам едва не сомлевшую Энью, внезапно обнаружившую подкравшегося сзади и непринужденно обнюхивающего ее фаолад… Потом, когда девчонка прекратила-таки визжать, пришлось отпаивать из остро пахнущей фляги самого оборотня и ловить пару лошадей, решивших удрать от этого ярмарочного балагана подальше… Потом, уже на полпути к замку, расковался конь князя…
В общем, когда наша припозднившаяся кавалькада на манер длинной змеи втягивалась в крепостные ворота, даже недовольный вид делать никому не пришлось – все и без того осатанели выше крыши. И никто не удивился, когда князь, едва въехав во внутренний двор, рявкнул:
– Проводите княгиню и ее людей в приготовленные покои! – при этом и тон, и выражение лица у него были такими, что особых сомнений не осталось – речь идет о подвалах и пыточных, не меньше.
Ольга, не удержавшись, тихонько хихикнула, прикрыв рукой лицо, а я наоборот, показательно дернулась, решив, не упускать подходящий повод изобразить невольный испуг – подруга на необходимости чего-то подобного очень настаивала. И одновременно попыталась сориентироваться, где же тут окна покоев Нешры… Ага, вон они, похоже. Как раз там, где сейчас шевельнулся чуть приоткрытый ставень. Сообразив, что получилось все у меня достаточно жалко – то есть ровно, как и требовалось, я едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть тоже. А вот оборотни, нервно кружившие вокруг, не поняли ничего. Старший из них недоуменно рыкнул, и не успевшей забыть их атаку Эрависсе этого оказалось достаточно – двор вокруг опустел мгновенно и стало ясно, подвалы теперь точно отменяются, тащить нас туда уже просто некому.
Разместились в итоге в заранее освобожденном и подготовленном крыле здания рядом с кухнями, что мою охрану порадовало безмерно. Всех – и наемников, и даже фаолад. Ведь там где кухни, обычно можно найти еще и кухарок, не говоря уж о прочих вкусностях. Так что с одной стороны нам вроде и не парадные покои выделили, но с другой… отдали-то, считай, лучшее.
А я месту, где нас поселят, не удивилась совершенно – и продумано и обговорено все было заранее. Самой мне отвели несколько комнат там же, на невысоком втором этаже – как сказала Ольга: нечего, мол, осложнять противнику задачу по предстоящей вербовке. И оставалось лишь плечами на это пожать, что бы при этом не имелось ввиду.
Фаолад, заглянув в покои, где до меня, похоже, обретался управляющий или кто-то вроде того, с большим трудом смогли скрыть недоумение. Переполненной гостями Эрависса не выглядела и в крепости явно хватало более традиционных вариантов для размещения. Но в итоге, к чему конкретно придраться, оборотни так и не нашли.
– А сами вы как? – с вежливым высокомерием поинтересовалась я, когда охрана обошла обе предоставленные мне комнаты, заглянув за каждую дверцу и в каждый закуточек. Впрочем, особо с этим высокомерием не пережимая, и выдав его ровно столько, чтобы не возникло потом желания зачастить сюда и мешать в тщательно распланированной интриге. – Видели уже, где устроились? Нормально?
– Да, – коротко откликнулся их главный, чуть задержавшись, пока пятерка его подчиненных один за другим выходили в коридор. И я вдруг сообразила, что они со мной еще даже словом не перемолвились, да и между собой особо не болтали. Но потом тот немного подумал и добавил. – Там – все хорошо.
– А где нехорошо? – сделала я логичный вывод из того, как это было сказано.
– Нехорошо не иметь представления, что у нас вокруг.
– Вокруг замка?
– Да. Поэтому мы сейчас немного осмотримся, а за вами пока эти… с капитаном которые, приглядят.
Я кивнула, отметив, что среди моей охраны, похоже, намечается раскол. Но в сложившихся обстоятельствах так даже лучше. Больше бардака – больше возможностей для тех, кого и в самом деле сейчас прижало. Настолько, что они все же рискнут им воспользоваться.
– Хорошо. Если что, скажете на воротах – я вас отпустила.
– Скажем, – все так же коротко согласился тот и тоже шагая на выход. – Если придется.
А я вдруг вспомнила еще одну вещь:
– Кстати, как вас зовут, господин…
– Не господин, – не постеснялся тот меня перебить. – Я – сарин. Сарин Аодал, княгиня. И ка-сарин Раскиль вам это уже говорил.
– Ага… – как ни странно, но и в этой недлинной фразе обнаружилась масса тем для размышления. Во-первых, ясно теперь, что передо мной кто-то из знати фаолад, в которой мне еще только предстоит разобраться; во-вторых, что Раска за князя, то бишь ка-сарин, он признает, хоть и явно того недолюбливает; и в-третьих, меня саму старой кровью он не считает, иначе назвал бы не княгиней, а ка-сарини…
– Ага… – повторила я, отпуская его нарочито небрежным жестом. – Наверное забыла, сарин Аодал, простите. Я вас больше не держу.
Тот коротко зыркнул, так же коротко поклонился и ушел, оставив меня думать. Все равно сейчас только это и оставалось – сделать для наших противников еще больше невозможно при всем старании.
Декорация готова, намерения обозначены, настроение продемонстрировано. Теперь надо дождаться остальных актеров. Очень и очень надеясь, что нашими усилиями те не побрезгуют и все-таки явятся.
Ночь постепенно вступала в свои права, предъявляя их прежде всего на комнату: по углам уже стояли густые, непроглядные тени, хотя через распахнутые ставни все еще виднелись закатные отблески – тонкая оранжево-желтая полоска неба над верхушками леса, красиво расчерченная штрихами ажурных елочных макушек. Наверное, как раз того самого леса, куда сейчас и помчались осматриваться э-э… волчки.
Н-да… Вот и еще одна проблема подоспела.
До сих пор я отчего-то не особо задумывалась, а как, собственно, примут в Инстреде меня? Не княгиню Ахельны, а жену ка-сарина Раскиля? В том смысле, что примут ли? Такие, как Аодал, к примеру? А то вот так пустишь их в Ахельну, а потом вдруг окажется, что сама ты там уже никто и звать тебя никак – по одному из любимых выражений Ольги.