Лето севера (СИ)
Книга обнаружилась под подушкой – место не просто самое логичное, а чуть ли не единственно возможное здесь. – Забираем и ходу отсюда, пока нас не прихватили!
– Первый раз в жизни чувствую себя вором в собственном замке, – без тени улыбки выдал князь, запихивая фолиант под полу плаща, прежде чем шагнуть к двери. А вот Ольга ему, наоборот, улыбнулась.
– Не переживай, муж мой, это только начало. Помочь? Добычу переть?
– Иди уж, помощница…
– А можно подумать нет?
Еще один быстрый и задумчивый взгляд стал ей ответом.
– Кто первый начнет делиться сведениями? Я или ты? – едва оказавшись в библиотеке, князь сгрузил книгу на низкий столик и потянулся к заранее приготовленному там кувшину вина, вместе с кубком стоявшему на серебряном подносе.
– Не советую! – Ольга с трудом удержалась, чтобы не шлепнуть его по пальцам. – Твоя любимая жена от своего присутствия нас, конечно, избавила, но что и где поделывает ее служанка – только богам и ведомо.
Князь тут же невольно отдернул руку, мигом сообразив, о чем она. И не желая проверять на собственной шкуре, подсыпано там уже чего или это пустое беспокойство.
– Демоны! Найти же ее надо! И сучоныша того, с кухни, что ей помогал… Потрясем в подвалах, наверняка многое выяснится!
– Не стоит, – остановила его Ольга. – Знаешь, у нас в таких случаях говорят, что лучше зло уже известное, чем то, которое тебе подсунут вместо него. Сдается, больше интересного, а, главное, правдивого, выяснится, если просто не спускать с них глаз.
– Ладно. С этим в самом деле можно будет и позже решить, – поморщился тот. – Сейчас мне гораздо важнее узнать, что за намеки на княгиню Ахельны были там наверху? А? Что ты имела в виду?
– Да? А мне прям аж зудит выяснить, какое значение имеет цвет шкурки у фаолад.
– Ну вот я и любопытствую – кто начнет?
– Хорошо, давай я. – Ольга прикинула, что не грех будет продемонстрировать добрую волю. Много доброй воли. – Спрашивай, что именно тебе еще непонятно.
– Ты сказала, они хотели заполучить княгиню Ахельны. Так? Но к чему тогда был этот приказ убить? Причем, считай, сразу, едва Эрвиан ее увидел?
– Получить они хотели покорную и безвольную Иду, неспособную колдовать. Связываться же с ведьмой в полной силе, учитывая свой первый, не слишком удачный опыт, он просто не рискнул.
И подробно пересказала, что тогда произошло с ними на берегу: про похищение, оборот Раскиля и визит селки. Про то, как морские люди потом уволокли Эрвиана с собой под воду, рассказать тоже не забыла. Большую часть тех приключений князь уже знал, но мало ли… Вдруг пропустил какие детали, выуживая сведения из случайных обрывков.
– Полагаешь, только в этом дело? – Вышел тот из задумчивости, закончив рассматриватт подробности, открывшиеся под новым углом. – В том, что после всего этого он ее просто боится?
– Почти уверена. Ни про Раска, ни про мое присутствие там, Эрвиан так и не узнал и, наверное, до сих пор думает, что справилась с ним тогда она. В одиночку. Потому и ожерелье то, дрянью намазанное, велел ей подсунуть, когда не получилось подсунуть блокирующее кольцо, которое я себе обратно забрала.
– А селки, выходит, ему ничего не рассказали?
– Не думаю. Честно говоря, понятия не имею, как и зачем он от них вернулся, но не сложилось у меня впечатления, что морские люди стали бы делиться с ним информацией. Даже если бы смогли – помнится, Раск что-то такое говорил, будто память у них короче, чем у курицы.
– Но если Ида нужна, чтобы передать ее селки, почему морские дали вам тогда уйти? Забрали бы прямо на берегу, раз она им так необходима.
– Выходит, не им, – пожала Ольга плечами.
– Ковену?
– Заметь, муж мой, ты сам это сказал.
– То есть магикам нужна слабая и безвольная княгиня Ахельны, а если сильная – то лучше уж пусть мертвая?
– Выходит так. Но в любом случае, нам стоит сделать все, чтобы они до нее не добрались. Надеюсь, спорить не будешь?
И не дождавшись возражений, продолжила:
– Что возвращает нас уже к моему вопросу – про Аодала и его масть. Почему оно так важно? И что это были за тонкие намеки на его способность прикрыть беглецов?
– Книгу подай, – князь, успевший удобно устроиться в одном из кресел, не отказал себе в удовольствии погонять ее, пользуясь столь неприкрытым любопытством. Или даже просто подразнить. Но Ольга лишь хмыкнула, принесла фолиант и тут же встала за спинкой кресла, очень естественным жестом положив руки мужу на плечи. Да еще и словно невзначай щекоча ухо пушистым кончиком косы:
– Ну открывай, показывай, что у тебя там.
Тот невольно поймал этот кончик и потянул вниз, заставляя наклониться, да так и не выпустил, продолжив играть словно кот метелкой из перьев:
– Смотри, – второй рукой он легко открыл лежащую на коленях книгу. – Миниатюра крохотная, но видно все отлично.
– Угу, – откликнулась та, склоняясь еще ниже и внимательно вглядываясь в тонкие, четкие линии. – Согласна, нарисован как раз белый. Но объяснять-то будешь? Что оно значит?
– Вот это, – князь осторожно потыкал пальцем в выцветшие буквы рядом с рисунком, – мне как раз Эрвиан читал и переводил.
– Надо же какое совпадение… – прищурилась Ольга, отобрала свою косу, обошла кресло и присела на подлокотник – так, чтобы видеть лицо мужа. – А именно эту тему для чтений он сам выбрал?
– Нет. Выбрал я – картинка заинтересовала. Но совпадение и правда интересное, спорить не буду.
– И о чем же там? Что пишут?
– А пишут там про хранителя Сердца Севера. Хранительницу, верней – мужчины ими не бывают.
Ольга резко выдохнула и с новым интересом уставилась в книгу, перестав разглядывать мужа. Тот понял все правильно, и не заставил себя упрашивать, продолжив сам:
– У фаолад есть род князей по праву крови. Их женщины и становились хранительницами. Только они. А их мужчины вставали во главе всех кланов и держали между ними мир. Но еще… Их с рождения учили защищать и беречь своих женщин – тех, что хранили камень. Понимаешь? Люди… вернее, нелюди, которые жили только для этого – охранять. Белые волки. Каста их князей.
– Но Раск… – Ольга подняла голову от картинки, опять уставившись ему прямо в зрачки. – Он не из белых. Я же видела его в обороте.
– Вот и я не понимаю, откуда и как взялся этот ваш выскочка. Сдается, прав на княжение у него будет поменьше, чем у того же Аодала. О чем оба прекрасно знают.
– Черт, – не смогла удержаться Ольга после такой новости. – Еще и это!
И вдруг спохватилась, что перспектива возможной стычки двух фаолад не просто теоретически маячит где-то в отдаленном будущем, а более чем актуальна уже сейчас:
– Они же там сцепятся!
– Кто? – Не понял князь.
– Аодал с Раском!
– Где?
Наверное, при других обстоятельствах Ольга даже улыбнулась бы – вышло оно у него и впрямь искренне, а оттого забавно. Вот только не теперь:
– Неважно! У тебя в княжестве местечек много, какое-нибудь точно покажется им для этого вполне подходящим.
– Погоди, – вскинулся князь, сообразив, наконец, о чем речь, – хочешь сказать, Раскиль там? Вместе с ними?
– А ты не видел, что ли? – теперь уже Ольга уставилась на мужа непонимающе, но вдруг спохватилась, что она и сама его тоже не видела! Просто почувствовала. Причем не Раска даже – кристалл, который тот принес. А князя фаолад, почти забитого этим фоном, уже во вторую очередь. И стоило лишь сообразить это, как у нее тут же забрезжила некая не вполне четкая пока идея, быстро отодвинутая на будущее, потому как ее уже отвлекли очередным вопросом:
– Так, погоди… Прежде, чем переходить к столь неожиданной новости, не прояснишь ли еще кое-что?
– Про Иду?
– Про штурм! Зачем он им сдался, если твою бесценную княгиню Ахельны собирались просто выманить из крепости?
– Даня, – во все глаза уставилась она на мужа с прекрасно разыгранным испугом, – ты ли это? Или чертовы магики уже успели подменить самого хитроумного северного князя? Ну подумай же! И представь себя на ее месте и в ее, так сказать, роли. Будь ты ведьмой и лишись вдруг сил – неизвестно с какого перепуга, поперся бы ты гулять за стены крепости, оказавшейся фактически в осаде? Считай, прямиком в руки каких-то мутных шаек, кружащих по окрестностям с какими-то столь же мутными целями. А?!