На грани (СИ)

Ярослав бежал вместе со всеми и поглядывал на Настю, грозно восседающую на коне с копьём в руках.
«Чем не богатырша? — умилялся он, ничем не выражая это на своём лице. — Пусть она и девушка, но попадись я ей под руку, пришлось бы действовать тоже серьёзно».
Настя, ловко орудуя складным копьём, молниеносно менявшем длину в ее руках, вполне успешно отбивалась от пешего воина с мечом, намеревавшегося скинуть её с седла.
«И откуда в ней столько силы? — не переставал удивляться Ярослав, сколько за ней не наблюдал. — С виду хрупкая девушка. Встретишь её в платье на улице, так особо и не скажешь, что она — воин. Видимо, всё дело в безупречной Родовой линии, ведь она потомственный воин не в первом поколении».
Поступил сигнал Ратибора: бой в центре арены остановился, и пары перераспределились иначе, а Ярослав со всеми остальными перешёл на шаг.
Раз всем велено было наблюдать за поединками в центре арены и делать выводы, то Ярослав и продолжил наблюдать за Настей, отмечая про себя, что с боем против второго наездника у Насти всё было не так хорошо.
«Сила силой, — думал он, — но разница в весе с противником почти в два раза однозначно играет существенную роль».
На следующем сигнале те, кто участвовал в боях, присоединились к бегающим, и Ратибор вызвал новую четвёрку. Ярослав продолжал прилежно наблюдать за поединками, но уже менее воодушевлённо.
Когда подошла его очередь, он оказался в пешем строю, а из оружия выбрал саблю. Его противник тоже был с саблей. Их поединок закончился вничью, а во время следующего Ярославу всё же удалось разоружить пешего противника с копьём.
Он вернулся в строй и, продолжив бегать, на ходу обдумывал изменения в плане своих индивидуальных тренировок. Составил план, запомнил и переключился на другие мысли.
«Надо будет сегодня с Настей попрощаться после тренировки, а то на вечерней меня уже не будет, да и завтра рано ухожу».
Однако его планам не суждено было осуществиться — после тренировки Настю перехватила Марена и куда-то сразу же увела. Ярослав мысленно печально вздохнул и пошёл домой.
«Ладно, не впервой, — спокойно думал он. — Я ж не на смерть отправляюсь, в самом-то деле. Так, письмо занести».
Дома он умылся, переоделся и направился к Яромиру.
— Здравствуйте, — поздоровался он со Старейшиной Яренки, переступая порог его дома. — Мне было велено Пересветом явиться к вам сегодня за письмом для графа Неррона.
— Здравствуй, — сказал Яромир. — Жди здесь.
Ярослав так и остался стоять в сенях, а Яромир вскоре вернулся с запечатанным конвертом и медальоном с гербом графства Неррон.
— Письмо надобно отдать графу лично в руки и дождаться ответа, — сказал Яромир, протягивая обе вещи Ярославу. — Медальон покажи страже на входе, но им его не отдавай. Граф дал Слово Чести, что жизнь владельца медальона будет в безопасности на его территории, но сам знаешь, чего порой стоит Слово Чести чужаков, поэтому расслабляться не советую. Возвращайся живым, пусть даже и без ответа графа. Твоя жизнь для нас важнее, чем сделка с ним.
— Слушаюсь, — ответил Ярослав, попрощался и ушел.
«Может, Настя и была права, — думал он по дороге домой, — что мне лучше посоветоваться с Мирияром о том, как лучше себя вести в Крепости, но это как-то совсем по-детски будет — дремирянин просит помощи у чужака, чтобы не ударить в грязь лицом на чужбине. Куда это годится? Сам разберусь».
Ярослав пришёл домой и начал собираться в дорогу. Напёк хлеба. Взял сыра, солонины, орехов и сушеных ягод из закромов. Сложил походные принадлежности, запасную одежду и шерстяной плащ. Почистил, наточил и смазал свою саблю. Почистил доспех. Правда, потом вспомнил, что ему лишь «письмо занести», и решил идти не в доспехах, а в обычной меховой куртке, но с саблей. В общем, прикинуться посыльным.
«Вроде бы всё», — подумал он, собираясь уходить снаряжать коня, как в дверь постучали.
Ярослав очень удивился и пошёл открывать.
«Может, Настя?» — подумал он, но на пороге оказался Мирияр.
— Здоров, брат, — весело поздоровался Мирияр. — Дело есть.
  
— Заходи, — предложил Ярослав и пошёл обратно в гостиную.
Мирияр снял верхнюю одежду и обувь в сенях и прошёл за хозяином.
Ярослав уже сидел за столом и пригласил гостя к нему присоединиться.
— Рассказывай, что за дело, — первым предложил Ярослав.
— Мне тут сорока на хвосте принесла, — улыбаясь, ответил Мирияр, — что ты в Крепость к графу Неррону собрался, и я бы хотел с тобой передать письмо для моих бывших сослуживцев, где я им сообщаю, что со мной всё в порядке, что жив-здоров.
— Настя, значит, проболталась, — задумчиво сказал Ярослав.
— Не вини её, — серьёзно сказал Мирияр. — Я случайно их разговор с Мареной подслушал.
— Могу ли я тебе доверять, что это письмо действительно не принесёт нам вреда? — серьёзно спросил Ярослав.
— Да. Слово Чести, — серьёзно ответил Мирияр.
— Я ухожу завтра на рассвете. Когда мне ждать от тебя письмо?
— Если у тебя найдется несколько листов и конверт, то я могу написать его прямо сейчас, или же вернусь где-то через час.
— Сейчас всё принесу, — смягчился Ярослав и ушёл за письменными принадлежностями.
Когда он вернулся, он положил перед Мирияром несколько желтоватых листов бумаги, ручку, конверт и печать с символом Дремира — птицей, парящей над кругом.
— Мне надо отлучиться где-то на час, — сказал Ярослав. — Когда допишешь, можешь просто оставить конверт на столе или дождаться меня — на твоё усмотрение.
— Благодарю, — ответил Мирияр.
Ярослав вышел из дома и направился в конюшни Касты Воинов. Там он выбрал себе коня на завтра. Собрал для него еды и воды в дорогу и, предупредив конюха, что придёт за конём на рассвете, отправился обратно домой.
Дома он застал Мирияра на том же месте за столом, а рядом с ним лежал уже запечатанный конверт.
— У тебя ко мне есть ещё одно дело? — поинтересовался Ярослав.
— Я лишь хотел сказать, что ты можешь отдать письмо стражникам на входе. Они передадут кому надо.
— Понял, передам.
— Благодарю за услугу, — искренне сказал Мирияр. — Что я могу для тебя сделать взамен? Если есть вопросы о Крепости или графе, спрашивай. Отвечу на то, что не противоречит Кодексу Чести графства Неррон и Уставу Крепости.
— А ты всё ещё чтишь их Кодекс Чести и Устав? — с интересом посмотрел на него Ярослав.
— Да, — твёрдо ответил Мирияр. — Я не предатель и не перебежчик. Пусть меня граф и отпустил со службы, но я пожизненно чту то, под чем когда-либо подписывался.
— И что ты будешь делать, если… — начал было Ярослав, но Мирияр его перебил.
— Если граф нападёт на Дремир, я буду защищать Дремир и нести смерть гвардейцам графа. Если Дремир пойдёт войной на Весталию — то же самое. Но я не буду использовать свои тайные знания о графстве Неррон для одержания нашей победы над ними. В этом и заключается моя преданность своему слову.
— Возвращаясь к твоему предложению, — Ярослав вернул разговор в изначальное русло, — я, пожалуй, откажусь. Я обычный посланник. Я не вижу смысла мне знать что-либо о Крепости или графе. Он гарантировал мою жизнь, и я думаю, этого достаточно.
— Ты прав, — ответил Мирияр, вставая, — в этом можешь не сомневаться. Граф всегда держит своё слово. Не буду тебя больше задерживать. Ещё раз благодарю за помощь.
— Рад помочь, — улыбнулся Ярослав.
Мирияр попрощался и ушёл.
Ярослав ещё раз проверил всё снаряжение в дорогу и вышел прогуляться перед ужином. Он шёл отнюдь не праздно шататься по улицам — он шёл в Священный Лес, набираться бодрости в дорогу. Пусть магом он и не был, но Священные Деревья исцеляли и возвращали жизненную силу всем: у воинов пропадала накопленная в бесконечных тренировках усталость, быстрее заживали раны, ссадины, синяки и переломы.
Простояв с полчаса прислонившись спиной к первому приглянувшемуся ему дереву, Ярослав отправился обратно домой. На сегодня с делами было покончено. Он сварил себе каши и чаю на ужин, поел и тут же завалился спать.