На грани (СИ)

— Пока наши интересы совпадают, можешь ни о чём не беспокоиться, — заверил её Киран.
«Что значит „пока“⁈ Он что, уже свалить собрался, если я с ним не соглашусь⁈»
— Иди сюда, — добродушно улыбнулся Киран, подтянул её к себе и спрятал в объятьях. — Вот скажи, зачем тебе знать о том, на что ты никак не можешь повлиять и к чему не можешь подготовиться? Ты хотела три месяца жить в страхе, осознавая надвигающуюся беду, и с ощущением полной беспомощности, не имея сил её предотвратить? Насколько я знаю, в графстве Дэйнер нет регулярной армии, да и ни у кого на Каррандре её нет со времён последней войны. Более того, если это будет природный катаклизм, то даже запасы воды и провианта могут не спасти, так как централизованные хранилища могут пострадать в первую очередь и нанести бо́льший урон, чем их отсутствие. А если это внеземное вторжение, то усиленная охрана твоего города с земли никак не убережёт тебя от опасности с воздуха. И теперь скажи мне: ты хотела прожить два месяца наедине с этими мыслями, без всякой поддержки извне, да ещё и попутно разбираться с внутренними проблемами своего графства?
— Нет… — честно ответила Элеонора. — Твоя логика, как всегда, бесспорна, но… Я всё равно чувствую, что это неправильно. Ведь в неведении расставляешь другие приоритеты в жизни, рискуешь там, где не надо, упускаешь возможности, где ни в коем случае нельзя было их упустить. Давай ты не будешь меня больше держать в неведении, ладно?
— Не могу обещать, — честно ответил Киран. — Это противоречит моим убеждениям. Я не воспрещаю тебе узнавать обо всём самостоятельно, но от меня ты будешь узнавать только то, что я посчитаю нужным тебе сказать.
— То есть ты предлагаешь мне с этим смириться? — грустно ответила Элеонора.
— Я предлагаю тебе наконец-то меня обнять, — строго сказал Киран, — и поцеловать за то, что я снимаю с тебя груз твоих проблем. Уверен, я это заслужил.
— Самоуверенный, — усмехнулась Элеонора и обняла его в ответ.
— Честный, — ответил Киран и её поцеловал.
— Там за мной граф Неррон идёт, если что, — донёсся слева равнодушный голос Марка.
Элеонора открыла глаза и увидела, как он прошёл мимо. Тут до неё дошло, что они стоят и целуются посреди площади, и она попыталась в панике вырваться из объятий, но Киран держал её крепко за шею и за талию, и она поняла, что это бесполезно.
«Похоже, ему действительно всё равно, что подумает граф Неррон, — сдалась Элеонора и продолжила целоваться. — А после сегодняшнего унижения на Совете всё равно и мне. Если я раньше и заблуждалась, что у меня есть хоть какая-то графская репутация, то сейчас её остатки уж точно не пострадает оттого, что графиня целуется посреди площади с гвардейцем недружественного графа у всех на виду».
Видел ли их граф или нет, Элеонора так никогда и не узнала.
 Часть 3 
 Глава 37. Связь 
Когда все, кроме графа Неррона, покинули Совет, я отбросил все формальности и задал ему вопрос прямо в лоб.
— Альберт, — спросил я спокойным голосом, несмотря на то, что готов был его сейчас убить по более чем одной причине. Уж не знаю почему я его больше не боялся, но не боялся и точка. — Вот скажи мне, с какой стати я должен оказывать тебе услугу и тратить своё время на поиски сомнительной информации в Архивах Ордена Ниев, особенно после того, как ты чуть не замуровал меня в подземелье своей Крепости и приставил ко мне слежку на несколько месяцев.
— Разве вас не интересует судьба мира, мистер Эренский? — удивился граф Неррон.
— Не более, чем тебя, Альберт. Из того, что я знаю и видел, тебя интересует только личная выгода. Если бы было иначе, то Птицы бы упоминались в приглашении на Совет. Я бы мог подумать, что ты только мне о них не сообщил, но я видел не своё личное приглашение, а приглашение, присланное тобой в Дремир, и о Птицах там не было ни слова. Так что не надо мне втирать про судьбы мира. Лучше скажи мне сразу, что ты именно хочешь получить из Архива Ордена, чтобы я не зря там тратил своё время.
  
— То же, что я озвучил на Совете, — спокойно ответил граф. — Мне нужна информация о Птицах, не более того.
— Ясно, — усмехнулся я. — Похоже, ты и сам не знаешь, что тебе нужно на этот раз.
Я встал и слегка поклонился:
— Вы получите мой ответ через два дня, Ваше Сиятельство, — учтиво ответил я. — Имею честь.
Ушёл.
Выйдя на площадь перед Домом Советов, я понял, что на конец света забили не только мы с графом Нерроном — посреди площади стояла и целовалась беззаботная парочка из графини и её советника. Как я уже понял, Кирану и граф Неррон не указ, а вот над Элеонорой я всё же сжалился и решил её предупредить.
Что они делали после моего предупреждения, меня мало интересовало — я был занят тем, чтобы сохранять хотя бы внешнее спокойствие, пока не дойду до своей комнаты в гостинице. В голове у меня ломали копья друг о друга две независимые мысли, и я решил выцепить из них самую безобидную и сначала обдумать её.
«Значит, Яромир знал, что моя бабушка являлась основательницей Ордена, и мне ничего не сказал. Знал и Альберт — странно было бы, если бы он мне об этом сказал. Но вот почему моя бабушка ни разу об этом не обмолвилась⁈ Я что, был настолько безнадёжен, что меня бы даже в Орден не взяли? Почему все вокруг знают о моей семье больше, чем я? И не потому, что я забил или не интересовался. Мне было очень интересно! Сколько себя помню! Хрен с ним, с Дремиром, но я бы мог вступить в Орден и быть частью наследия своей семьи. Да может быть, они и знали бы, куда она пропала! Какого хрена мне об этом никто не сказал⁈ Пи… какой-то…»
К тому времени, как я дошёл до гостиницы, вместо того, чтобы хоть чуть-чуть успокоиться, я разозлился ещё больше и чуть не выломал дверь в свою комнату, пытаясь её открыть. Всё же открыл и закрыл за собой на ключ, оставив его в замке. Не то чтобы я боялся, что меня украдут, скорее боялся зашвырнуть ключ куда подальше в нервном припадке, а потом бы пришлось дверь всё же выламывать, чтобы выйти.
Я закрыл ставни, зашторил окна, поставил стул по центру комнаты и уселся спиной к окну. Когда я пониже натянул на лицо капюшон своего пальто, то оказался в своём любимом состоянии для размышлений — в темноте. Спрятался от всего мира, чтобы он хоть на какое-то время оставил меня в покое.
Про семейную несправедливость я больше думать не хотел и переключился на вторую мысль. Насколько я хотел попасть в Орден Ниев ещё пару месяцев назад, настолько я не желал туда ехать прямо сейчас, особенно после того, как меня об этом «попросил» граф Неррон. Но была и вторая причина — Настя.
Ещё вчера я думал, что моя самая большая проблема — это понять, как нам себя вести, когда мы вместе вернёмся в Дремир после Совета. Насколько я знал об их обычаях, её должны были изгнать из Рода за связь с чужаком, и я как-то не особо горел желанием усложнять себе жизнь и прямо сейчас заявлять во всеуслышание об этой связи. Не хотел я ни лишать её родни, ни отпускать далеко от себя. Пусть я и повёлся на неё по пьяни, но, проснувшись наутро и протрезвев, понял, что теперь она мне нужна ещё больше, чем когда-либо. И дело было не в том, что у меня давно не было девушки. Я просто понял, что мне с ней хорошо, даже если мы просто идём рядом по улице, не касаясь друг друга. Даже когда она отрешённо стояла на Совете и не смотрела в мою сторону, я чувствовал, что она рядом, и мне было немного теплее на душе, чем обычно.
А теперь? Мало того, что меня посылают чёрт-те куда и чёрт-те зачем, так ещё и отбирают последнюю радость в жизни!
«Да какого хрена⁈ — возмущался я, скрестив руки на груди и нервно стуча пяткой ботинка об пол. — Да пошли они все! Вон пусть Эрик едет в этот сраный Орден Ниев и роется в их Архиве. Он у нас здесь исследователь, вот пусть и исследует!..»
Вдруг я понял, что к нервному стуку моего ботинка об пол примешался ещё и какой-то посторонний стук. Я вынырнул из своих мыслей и прислушался. Стучали в дверь.