Во власти Дубовой короны
И что теперь делать?
Для начала…
Нащупать пульс, проверить дыхание… Таня готова была поклясться, что девчонка жива, просто истощена до крайности.
А делать-то что?
Допустим, у Тани, как у будущего медика, и нашатырь есть в сумке, и… нет, вот капельницы с глюкозой нет. А она бы сейчас пригодилась. И поесть нечего. И даже чай из бутылки она весь допила…
Конфеток – и тех нет! Даже самых паршивых леденцов. Да и не леденцы тут нужны, а нормально откармливать ребенка.
Оставить ее тут?
Вызвать полицию? «Скорую»?
Таня не обольщалась. Знала она, как работают эти службы. То есть да-да, конечно, очень хорошо. Никто и спорить не будет! Но без денег, документов и родственников со связями туда лучше не попадать.
Дура она?
И не лечится, а жаль. Сейчас ей как раз и можно, как студентке БМК, то есть Барского медицинского колледжа. Любые врачи посмотрят… заодно и студентам покажут… и все на халяву, и все мимо!
Таня ворчала про себя, а сама уже поднимала с асфальта легонькую девчонку. По всем правилам: руку себе на шею, разогнуться так, чтобы не сорвать спину… научена уже.
И – ррраз!
И пошли!
Куда?
А вот куда надо, туда и пошли… домой, то есть. Две улицы осталось и один закоулок.
Ох, что ж я дура-то такаааааая?!
Девчонка висела тряпкой. И Таня радовалась, что уже вечер. Поздно… а то бы соседи влезли с вопросами, и что им ответить? Была в морге, взяла работу на дом?
А так – тишина. Хотя ей и с домом в этом плане повезло.
Есть такие дома – восьмиквартирники. Строились они во времена Иосифа Виссарионыча, и строились так, что его двухсотлетний юбилей, наверное, отметят.
Да, в них не идеальная планировка.
Да, изначально в них была предусмотрена печь и не предусмотрен туалет.
Но вот конкретно этому дому повезло. В нем имелись кирпичные перекрытия и даже санузел, а Танин дедушка в свое время смог передвинуть перегородки, ну и получились у них и ванная, и туалет. Раздельные.
Благо в туалете даже окно было предусмотрено.
И второй раз повезло Таниному деду, когда ему дали не двушку, а трешку.
Вот и он…
Двор с клумбами, качелями и сараями, отгороженный от других дворов.
Вход в дом. На первый этаж – и тут же лестница идет на второй [10].
На первом этаже четыре квартиры. Три двушки, одна трешка. На втором то же самое. Архитектурный минимализм, балконов нет.
Подвала нет.
Коммуникации все проходят под полом первого этажа. Хочешь делать ремонт – вскрываешь полы.
У них первый этаж. Так что на полу два ковра, один на другом. Тане еще и ничего, а вот бабушка мерзнет. И сырость тоже…
Ключ повернулся в замочной скважине.
Фууууу, доползла!
Впрочем, на планировку квартиры Таня не жаловалась. Вход – небольшой тамбур. В нем даже был выделен чуланчик для одежды.
Из тамбура три двери. Одна в гостиную, вторая в спальни, третья на кухню и в санузел.
Гостиная – самая большая комната. Две спальни – совмещенные. В дальней спит бабушка, в ближней Таня. Вот перегородку между спальней и кухней дед и перенес немного. Получилась ванная – два квадрата, туалет – два, кухня – семь и спальня – девять. Живи, друг, не надо себе ни в чем отказывать.
Хотя после войны – дворец!
Таня кое-как сгрузила бесчувственную девчонку прямо на пол – и выдохнула.
– Фу, Гном!
Симпатичная мордаха черного ротвейлера послушно сдала назад. Две кошки – Муся и Люся – назад не сдали, полагая, что «фу» и кошки – это вообще несовместимо!
– Танечка, что случилось?
Бабушка кое-как вышла в коридор. И Таня улыбнулась: нет-нет, все в порядке, правда…
– Бусь, ты не волнуйся, ладно! Я тут немножко… в общем – вот нам еще одна подобрашка.
Бабушка даже плечами не пожала.
А что тут скажешь?
Ротвейлера в свое время кто-то выкинул из машины. Три перелома, до сих пор на заднюю лапу прихрамывает. Не взрослого выкинули, нет. Щенка-подростка. При ней было, она его и забрала. А уж Таня ему уколы колола, бинтовала… спасли.
Мусю Таня спасла от усыпления. Пришла с Гномом в ветклинику, купить обработку от блох-клещей – им это надо, тайга кругом, – а туда на усыпление принесли молоденькую мейн-куншу.
Прегрешение?
А вот! Покупали как породистую, и выяснилось, что породы особо нет, разве что половинка, но есть лишай. Хотя, по Таниному мнению, такие хозяева заслуживали и оплешиветь, и опаршиветь.
Нужна вам статусная игрушка? Так купите чучело! Кормить не надо, не линяет, под ногами не путается. И будет вам счастье! Опять же, чтобы остограммиться, простите, инстаграмиться, чучело и переодевать можно, и в любой позе сажать.
Нет?
Так купите чучело на шарнирах!
А это – живое существо! Что ж вы сами-то из-за лишая утопиться не пытаетесь? Не? А что так?
Жалела Таня только об одном. Надо было морды набить Муськиным хозяевам. Но… тогда б кошку точно забрать не получилось. И так ветеринар ее потихоньку потом отдал, с заднего крыльца.
С Люсей – тоже обычная история. Котенок, газон, снег, зима… и люди, равнодушно проходящие мимо. Авось найдется кто-то, подберет, пожалеет… да-да, и там котенку будет лучше.
Бабушка Людмила пройти мимо не смогла. И обрел трехцветный котенок и дом, и кормушку, и старшую подружку. Хотя по длине Люся как раз была с Мусин хвост.
Пришлось лечить бедолагу и от пневмонии, и от чесотки… ну да ладно. Справились.
Единственный минус – Люська отказалась отзываться на другое имя. Люся – и все.
Ну и ладно. Бабушку все равно называли только Милой, а Люську обычно звали Заразой. Точно знали, кто тут главная шкода и вредина…
Характер такой, куда деваться.
Эта подобрашка была покрупнее, но бабушка все равно ничего странного не заметила. Надо же расти над собой?
– Танюша, ты ее как-то посадила бы…
– Бусь, я ей сейчас укольчик сделаю, а там разберемся, и кто, и откуда… сама видишь – она никакая.
Бабушка видела.
И понимала, что бросить девчонку в таком состоянии было нереально. У них хоть и областной центр, а дряни все одно хватает.
Сдать в полицию – «скорую помощь»?
Так первый вопрос будет: не вы ли ее до того довели? Второй, третий… кто у нас крайний?
Тот, кто сбежать не успел. Судьба такая.
И начнется…
Нет-нет, все Таня сделала правильно. О чем бабушка и сказала. Жаль, помочь ничем не могла.
Суставы… застарелый артрит, зараза, гнул в дугу. Как тут кого-то таскать? В магазин сходить было сложно. Кое-как квартиру убрать да поесть сварить – и то дело.
Таня, впрочем, и не нуждалась в помощи.
Она цапнула из стоящего на полке мешочка горсть кедровых орехов, сунула в рот и принялась активно жевать. Самое то, чтобы не свалиться…
Вот так!
Теперь – ботинки в обувницу, а то есть тут отдельные хвостатые…
Ветровку – май на дворе, не жарко по вечерам – на вешалку, свитер туда же. И перехватить поудобнее девчонку. Ванная?
Ладно, полотенцем обойдемся. Влажным. Пока…
Чтобы в доме у будущего медика да витаминчиков не было?
Рука у Тани тоже была легкой. Так что девчонку она уколола легко и быстро. А потом принялась обтирать влажным полотенцем и разглядывать.
М-да.
Кадр, однако… или кадавр? Тоже похоже.
Это на улице не видно, а здесь и сейчас…
– Тань, а она вообще человек? – не выдержала первой бабушка Мила. Нравились ей и «Сверхъестественное», и «Секретные материалы». И вообще… были предпосылки.
Начнем с цвета волос.
Зеленых.
Таких, словно их в зеленке сутки вымачивали. Краской такое… нет, вряд ли такого добьешься краской. Корни вон тоже зеленые.
Строение лица.
Лицо – абсолютно овальное.
Нет-нет, не как это у косметологов записано, а именно что овальное. Узкий подбородок плавно переходит в расширяющиеся скулы – и потом опять сужается. И лоб получается почти треугольный.