Плененная невеста (ЛП)

Но я н не могу представить, что привыкну.
Я не новичок в браках по договоренности. Будучи принцессой мафии, я всегда знала, что мой будет такой. Но я также всегда знала, что это будет адресовано итальянцу, члену семьи, человеку, которого знал мой отец и который сослужил ему хорошую службу. Кто-то, кому я могла бы доверять, что, если бы он меня не любил, он бы уважал меня и никогда не причинил мне вреда.
Мой первый брак сложился не так. Он был итальянцем наполовину, и то по материнской линии. И теперь похоже, что мой второй брак тоже не сложится. В глубине души я знаю, что у меня нет особого выбора. Я могла сказать Луке, что он у меня есть, но я знаю лучше. Теперь я немного больше понимаю, что чувствовала София, и испытываю укол вины за то, как я развеяла ее страхи по поводу Луки, как небрежно сказала ей, что, конечно, у нее всегда был выбор, но он у нее был, на самом деле, не больше, чем у меня сейчас. Ее выбором было выйти замуж за Луку, рискнуть вызвать гнев моего отца или позволить Братве поймать себя. И теперь…
Я даже не совсем знаю, как представить Виктора. Я никогда не видела его вблизи, только издалека, в день похорон моего отца. Я знаю, что он старше, но не уверена, насколько. Я действительно не знаю, как он выглядит, кроме газетных статей с краткими фотографиями, где ясно, что он, достаточно красив и хорошо сложен. Но обычно все это не имеет значения. Конечно, я бы всегда предпочла красивого мужа, тем не менее, я давно смирилась с мыслью, что если муж, который больше всего помогал моему отцу, будет уродливым и толстым, то именно за него мне придется выйти замуж. И не возникло бы никаких споров.
Меня волнует не внешность Виктора. А то, кто он такой. Русский. Из Братвы. Не просто из Братвы, а их лидер. Человек, который приложил руку к нападению на мою семью. Человек, который, по общему мнению, мой враг, не считая факта, что я сказала себе, что буду свободна после Франко. Я действительно поверила в это, всего на мгновение. Как я могла быть такой глупой? Как он будет относиться ко мне, когда мы поженимся? Потому что чем дольше я лежу в постели, размышляя об этом, тем меньше и меньше я могу представить, как я могла бы выпутаться из этого без последствий, с которыми я, возможно, не смогу жить.
Он не причинит тебе вреда, говорю я себе, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце и болезненную, холодную тошноту глубоко в животе. Если мой брак с ним призван установить мир между нашими семьями, то для него не имело бы смысла каким-либо образом причинять мне физический вред. Конечно, это низкая планка, но после Франко я не уверена, насколько ниже может быть планка для второго мужа.
Я перебираю в уме варианты, но каждый из них оказывается неудачным. Я не хочу покидать Манхэттен, это мой дом, и я знаю, что в любом случае это неразумно. Куда бы я еще ни поехала в стране, которую я бы не возненавидела, и, возможно, даже в некоторые места, которые я бы возненавидела, никто из других подчиненных боссов не защитит меня, если я брошу вызов Луке. Некоторые из них могут даже активно пытаться найти меня и вернуть ему, чтобы выслужиться. Я только усугублю ситуацию, сбежав, и даже покинуть страну на самом деле не вариант. В Европе нет места, где Семья не могла бы меня найти. А за ее пределами, есть Братва, с которой нужно бороться, ирландцы в других районах, якудза в третьих, картели в других. Независимо от того, куда я попытаюсь сбежать, там будет какая-нибудь преступная организация, желающая и даже стремящаяся заключить сделку с Лукой или Виктором или с обоими, чтобы вернуть меня домой. Я родилась в этой жизни, и от этого никуда не деться. Я всегда знала это, и это не изменилось. Теперь я знаю, без тени сомнения, что этого никогда не будет.
Медленно я оцениваю каждую маленькую мечту, которая была у меня после смерти Франко. Ремонт моего дома, путешествия, которые я совершила бы в одиночку, то, как я планировала никогда больше не выходить замуж. Свобода, которую я так недолго ощущала и позволила себе представить.
 
Я отпускаю свои мечты, одну за другой, уплывая в темноту, и чувствую, как после каждого из них мое сердце немного замирает, оседая в груди свинцовой тяжестью. Я никогда не чувствовала себя такой прикованной к своей жизни, как сейчас, даже когда поняла, каким человеком на самом деле был Франко. Впервые за очень долгое время я наблюдаю восход солнца за окном моей спальни. И затем, когда серое небо уступает место цветным полосам, я встаю, чувствуя, как на меня наваливается тяжесть моего решения.
Я приняла свое решение, и хотя на самом деле никогда не было другого выхода, я рада, что эта часть выполнена. Теперь все, что я могу сделать, это смотреть вперед и стараться извлечь из этого максимум пользы.
Рассказать Луке, это легкая часть. Я могу сказать, что ему приходится прилагать усилия, чтобы сохранять спокойствие, когда я прихожу в его офис. Он предлагает мне сесть, но я качаю головой.
— Это не займет много времени, — спокойно говорю я ему. — Я выйду замуж за Виктора Андреева. Просто дай мне знать подробности. Я также сохраню свой дом, — добавляю я. — Я найму персонал, который присмотрит за ним, пока меня там не будет.
Лука откидывается на спинку стула с видимым облегчением.
— Я рад, что ты пришла к такому решению, — говорит он дипломатично, как будто я действительно могла принять любое другое решение. Он переводит дыхание, а затем наклоняется вперед, его зеленые глаза пристально смотрят в мои. — Это принесет мир, Катерина, — мягко говорит он. — Я надеюсь, это того стоит.
— И ты веришь, что Виктор сдержит свое слово? — Я стараюсь, чтобы в моем голосе не звучали резкие нотки, но это трудно. Мне трудно поверить, что человеку с репутацией такого жестокого человека можно доверять. Луке еще предстоит создать такую репутацию, во всяком случае, он известен тем, что был менее склонен к войне и кровопролитию, чем мой отец. Итак, что это мне дает?
Если Виктор будет плохо обращаться со мной, я верю, что Лука достаточно позаботится о последствиях. Если не ради меня, то ради того факта, что его нельзя считать настолько слабым, что лидер Братвы может взять невесту из мафии в моем положении, а затем надругаться над ней. Но что, если я не доживу до того, чтобы увидеть, как эти последствия будут осуществлены? Что, если Виктор просто хочет получить удовольствие от наказания меня за провал Франко, и он готов принять эти последствия?
Ты позволяешь своему воображению взять верх над собой. Я делаю глубокий вдох.
— Полагаю, свадьба состоится не в соборе Святого Патрика? — В некотором смысле, я этому рада. Я не хочу переживать свой первый свадебный день во второй раз там.
— Нет, этого не произойдет, — подтверждает Лука. — Виктор захочет обвенчаться в православной церкви, я уверен. — Он колеблется. — Ты хочешь встретиться с ним раньше? Я могу это организовать, если…
— Нет. — Я резко обрываю его, мое сердце внезапно подступает к горлу. Если я увижу Виктора заранее, встречусь с ним до того, как пути назад уже не будет, я не уверена, что смогу это сделать. — Я увижу его в день нашей свадьбы. Такими должны быть браки по договоренности, не так ли? Плохая примета видеть невесту до свадьбы?
Лука выдавил из себя легкую улыбку.
— Я рад слышать, что ты можешь найти в этом немного юмора, Катерина.
— Я бы не пережила всего этого до сих пор, если бы не могла. — Я делаю паузу, делая глубокий вдох. — Я доверяю тебе, Лука, — говорю я мягко, изо всех сил стараясь не выдать, как я напугана на самом деле. Стоя здесь, в чистом, мужском офисе, который когда-то занимал мой отец, а теперь принадлежит Луке, где они с Франко планировали, плели интриги, смеялись и когда-то были как братья, я чувствую, как смыкаются стены. Я в ловушке, и выхода нет.
Все, что я могу сделать, это попытаться извлечь из этого максимум пользы.
— Я обещаю тебе, Катерина, ты будешь в безопасности. — Его лицо снова выглядит осунувшимся, усталым, и я могу сказать, что это отнимает у него много сил. Однако я не могу найти в себе силы пожалеть его. Он не тот, кому придется лечь в постель с русским, с лидером Братвы.