Слишком близкие люди (СИ)
К счастью, этого не случилось. Лера все так же горячо отвечала на его ласки и поцелуи, порой забывалась, начинала что-то шепотом приказывать и показывать, чего и как ей хочется. Андерса это могло бы рассмешить, если бы так сильно не заводило. Пьянило само ощущение того, как желанная женщина раскрывается ему навстречу, как глухо постанывает в ответ на откровенные ласки. Никакого смущения, никакой сжатости — словно утром в этой же постели была совсем другая Валерия, не эта, а какая-то неправильная.
Правильная Лера сейчас исследовала его тело, ничуть не стесняясь гладила плечи, грудь, легко пробегала кончиками пальцев по спине, впивалась ногтями в ягодицы, словно подстегивая, поторапливая, будто Андерс сам не торопился. Но он хотел взять максимум от этого момента, вдоволь насладиться тем богатством, что само просилось в руки — бери, не бойся, радуйся сам и меня не забывай радовать. И руки бродили, гладили, сжимали и сминали, губы ласкали, прихватывали, посасывали… Местами он даже позволял себе пускать в ход зубы, легонько прикусывая самые аппетитные кусочки горячей, гладкой, ароматной кожи. Довольно улыбался, когда слышал вскрики, в ответ на свои шалости, сладко зацеловывал укушенные места.
Он бы, наверное, смог довести ее до пика, даже не начиная секс по-настоящему. Уже был очень близок к этому. Но Лера воспротивилась: вцепилась в его запястья, переплела пальцы со своими, заставляя поднять лицо и посмотреть ей прямо в глаза, сурово брови нахмурила…
— Андерс, прекрати издеваться! Я сейчас взорвусь, если ты еще немного затянешь…
В общем-то, Андерс к этому и стремился, но слово дамы — закон. И Лере пришлось взрываться, захлебываться криком от удовольствия лишь от его первых неспешных толчков. А потом и Андерс провалился в темную бездну, наполненную кайфом, каким-то животным удовлетворением. Все, что соединяло с реальностью — только аромат женщины, лежащей рядом, и жар от ее тела.
Он умел учиться на ошибках, и больше свои глупости не повторял: стоило девушке шевельнуться, как Андерс приподнялся на локте.
— Ты никуда сбегать не собираешься?
— Ммм? — Лера, кажется, не сразу поняла вопрос. Улыбнулась, когда смысл дошел. — А, нет. Я сказала же, что не могу сейчас уехать. Так что можешь спать спокойно.
Спокойно спать не вышло у обоих: словно прорвало плотину взаимного желания. Они просыпались несколько раз за ночь, чтобы снова вспомнить, как может быть здорово, остро и сладко.
Но даже засыпая, Андерс прижимал к себе Леру настолько крепко, что оставалась только возможность дышать. Двигаться без разрешения она не смогла бы. Чтобы точно не рискнула сбежать. Словам ее верить у него не получалось.
— Доброе утро! Оппаньки… Пардоньте… — Пробуждение, однако, вышло совсем не таким, как Андерс планировал. Физиономия Кира, сначала довольная, а потом слегка ошарашенная, появилась в проеме двери, но очень быстро из него скрылась…
Глава 11
Реакция Леры была вполне себе женской: она спряталась с головой под одеяло. Еще и окуклиться в нем попыталась, потянула край Андерса, но он уже этого не позволил.
— Черт! — и что-то еще ругательное, неразборчивое, доносилось из-под подушки. Похоже, девушка была крайне впечатлена.
Он аккуратно освободил голову девушки из плотного кокона, в который она тщательно заматывалась, заставил посмотреть на себя.
— Оставайся здесь и ни о чем не переживай. Я сам разберусь, ладно? — и оставил легкий поцелуй на сердито сжатых губах. Обжигающий взгляд Леры сулил жестокую расправу и Андерсу, и хозяину дома. Но эту проблему Андерс решил оставить на потом. Были немного более актуальные.
Кир поджидал его в гостиной, демонстративно рассматривая пепел в камине. Видимо, на что-то этим намекал.
— Ну, здравствуй, Кирилл, свет, Янкевич. Тебя какими судьбами сюда занесло? — Андерс похлопал друга по плечу, приветственно обнял. Лишь потом рассмотрел внимательно. Янкевич не выглядел ни свежим, ни счастливым, ни жизнерадостным. Словно не из медового отпуска вернулся. — Вроде бы, еще отдыхать и отдыхать вам надо… В бизнесе все нормально… Отчего сорвался-то, без предупреждения приехал?
Тяжелый взгляд Кира вместо приветствия показался слегка подозрительным.
— Эй, брат, аллё? Что случилось-то? И Лиза, кстати, где?
— Лиза прилетит на другом самолете. Завтра, наверное. И не уверен, что приедет домой…
— Вот же, блин… А что произошло?
— А кому-то надо ноги выдернуть и оторвать хозяйство, ко всем чертям! — Янкевич не был похож сам на себя. Обычно спокойный, как слон, и принимающий все с высокой долей юмора, сейчас он не казался ни спокойным, ни улыбающимся.
— Так. Пойдем-ка, друг, накатим чего-нибудь…
— В семь утра? Предлагаешь сразу нажраться, чтобы проще было разговаривать по душам?
— Вообще-то, я имел в виду кофе… Но если тебе нужно что покрепче — так ради Бога. Ты же у нас в отпуске. Ничто не мешает.
Не дожидаясь ответа, Андерс пошел к выходу из гостиной. Хотелось бы подняться к себе, принять душ и надеть свежую рубашку, а не вчерашнюю, подобранную тут же на полу… Но ситуация выходила из-под контроля. Надо было срочно приводить в норму Кирилла. А потом еще и к Лере вернуться — проверить, не задохнулась ли там, под своим одеялом…
— Рассказывай по порядку, что там у вас приключилось. — Он поставил перед другом чашку с горячим кофе, себе такую же рядом. — Коньяка, может, капнуть, все-таки? Ты же в офис сегодня не собираешься?
— А что я тут буду делать? Метаться по углам, ломая стены?
— Чем тебя Лизка опять допекла? Вроде бы, все устаканилось у вас… Она прекратила дурака валять… Или я ошибаюсь?
— Она отказалась со мной разговаривать, выгнала из номера, сказала, что даже в один самолет со мною не сядет. И, поверь, я старался быть убедительным как никогда, чтобы с ней помириться.
— А что на этот раз было причиной? — Андерс задумчиво отхлебнул кофе. Обжегся. Закашлялся. Слава богу, ничего вокруг не забрызгал.
— Не поверишь, но ты, Энди. — Взгляд у Кирилла был очень тяжелый. Такой, от которого хочется провалиться куда-нибудь ниже подвала. Андерс к такому был привычен: все-таки, с детства Янкевича знал. Тем не менее, слегка не по себе стало.
— И в чем же я виноват?
— А ни в чем. — Кир небрежно пожал плечами. — Виноват я. В том, что попросил тебя за домом присматривать. А Лизку в известность не поставил.
— Вот же… — Андерс ругаться не любил — воспитание интеллигентной мамы сказывалось. Но в этот раз вырвалось, и весьма забористо. — А с каких пор я не имею права приближаться к вашему дому? Чем я Лизавете не угодил?
— Наверное, тем, что она здесь оставила Леру. И считала, что ее присутствия будет достаточно. А я, не поставив Лизу в известность, еще и тебя о помощи попросил.
— То-то я удивился, что еда была ресторанная, а не домашняя… — эта мысль была совершенно не к месту, но вот вывернулась, за каким-то бесом. — И ее так обидело, что ты действуешь без супружеского согласия?
— А вот когда приедет, тогда у нее самой и спроси! Я в этих женских сложностях вообще ничего не понимаю! С одной как-то научился ладить, но когда появляются Лизкины подруги — можно просто вешаться!
— Кирилл, прости меня за то, что стала причиной вашей ссоры… — грудной женский голос, раздавшийся из-за спины, заставил подпрыгнуть обоих мужчин.
— Лера, привет! Тебе извиняться не за что, даже не придумывай! — Кирилл среагировал быстрее, чем Андерс. Тот лишь за голову схватился, думая о том, что к вороху проблем с Валерией добавилась еще одна. Нужно было быть дураком, чтобы не понимать: сегодняшняя ночь еще ничего не решила, больше запутала, чем внесла ясность. А теперь еще и ссора в чете Янкевичей добавила сложностей.
— Ну, это же я отправила ей смс о том, что Андерс тоже здесь живет… — Лера прошла к столу, устроилась напротив парней. — Правда, я совсем не думала о том, что Лиза так сильно рассердится…
Тяжкий вздох у всех троих вышел синхронным.