Слишком близкие люди (СИ)

  
Глава 10
 
Насчет блинчиков он сильно погорячился. Никогда не делал и, в общем-то, не планировал. Теоретически знал, как люди замешивают тесто… Но только теоретически. Поэтому решил, что омлет в качестве извинения тоже неплохо подойдет.
Омлет был готов, разложен по тарелкам. Двойной эспрессо парил в чашке. Рядом лежали бутерброды с сыром — на случай, если омлеты в рацион прекрасных дам по утрам не входят.
Порция Андерса давно была съедена, эспрессо остыл и уже не выглядел привлекательным. Бутерброды грустно лежали на тарелке. Андерсу они тоже перестали нравиться.
А Лера на кухне так и не появилась.
Наверное, этого стоило ожидать. Но он до последнего надеялся на лучшее.
Не выдержал, снова пошел в ее комнату. Постучал. Вошел, так и не дождавшись ответа.
Лера лежала на постели, и похоже, вставать не собиралась. Но глаза были открыты и уставлены в потолок.
— Лера… — в ответ лишь раздраженный вздох. — Извини. Я зря к тебе в постель забрался.
— Прощаю. Извиняю. — Долгая пауза. Нетерпеливый взгляд. — Это все?
— Слушай, давай прекратим войну. Даже холодная война — это очень неприятно.
— А я ни с кем не собираюсь воевать. Просто держись от меня подальше. Разве это сложно?
— Очень. Это охренеть как сложно, Лера. Очень хочется быть рядом. Постоянно. — Совсем не трудно признаваться в том, что и так видно невооруженным взглядом.
— И что нам теперь с этим делать? Может быть, не будешь сюда приезжать? Я замечательно справлюсь с присмотром за домом… — Лера уже уселась по-турецки. Андерс с большим трудом отвел взгляд от груди, которая теперь весьма откровенно смотрелась…
— А если опять непогода нагрянет? Или что-то другое случится?
— Поверь, уж как-нибудь справлюсь. В жизни бывают ситуации и посложнее…
— Знаешь, я уверен: ты ко мне относишься гораздо лучше, чем пытаешься показать.
— Это почему же?
— Вряд ли ты уснула бы рядом с человеком, которому не доверяешь!
Лера долго внимательно на него смотрела.
— А кто сказал, что проблема в тебе? Или в плохом к тебе отношении?
— А в чем тогда сложность, можешь объяснить мне?
— Не в чем, а в ком. Конкретно — во мне. Я не хочу ни к кому привязываться. И отношений точно не хочу. — Лера начала свою фразу очень спокойно, почти бесцветно. Правда, к концу сорвалась. — А ты, блин, все делаешь для того, чтобы начать отношения, Андерс! Как будто медом намазано тебе! Не трать свое время и силы, и мои нервы — тоже. Просто оставь меня в покое.
Она спрятала лицо в ладонях, затихла на время. Потом добавила, глухо и с надрывом:
— Я не могу сейчас взять и уехать. Понимаешь? Если бы могла, то сейчас уже такси за воротами стояло бы.
— А что тебе мешает? — Звучало двусмысленно. Надо было исправляться. — Только не воспринимай как намек. Просто, если есть проблемы какие-то — скажи. Придумаю, чем помочь.
Взгляд девушки невозможно было описать словами. Глянула, будто на недоумка.
— Я же тебе сказала: просто держись от меня подальше. Сделай так, чтобы мы как можно реже пересекались. Со всем остальным разберусь сама.
— Все. Понял. — Андерс поднял руки, сдаваясь. — Сваливаю. Хорошего дня тебе, Лера.
В стратегии есть такое правило: иногда полезно отступать, чтобы добиться победы.
В его жизни случались разные переговоры. Всех сейчас и не вспомнил бы. И Андерс, в общем-то, считал себя довольно удачливым в этом вопросе. Но такого фиаско, как сегодня, в его жизни еще не случалось.
Просто нужно было сделать шаг назад и как следует подготовиться к новому раунду. Жаль, что никакой вводной информации для подготовки не имелось.
Хреново, когда день так неприятно начинается. Вроде бы, все идет своим чередом, а голова занята поиском решения. Совсем не того, которым сейчас бы нужно заниматься. Возникла мысль обратиться к парням из безопасности — чтобы поковырялись в прошлом Леры. Остановило лишь то, что она была подругой Янкевичей. А они такого вмешательства в ее жизнь могли бы не потерпеть.
В офисе застрял допоздна. Отсутствие товарища и соратника нелегко давалось. С другой стороны, пришло в голову, что Лера только довольна будет: их общение сведется к минимуму. Здравая мысль, что общение можно просто прекратить, ночуя в своей квартире, в голову Андерсу не пришла. А если бы и появилась, была бы тут же изгнана.
 
Приехал почти ночью. Благо, непогода миновала, и ясное безоблачное небо еще долго показывало сереющий закат. В доме было пусто и тихо. Даже духами Леры нигде не пахло. Будто ее здесь и не было, в помине.
Андерс решил уже, что девушка передумала и уехала, не оставив даже шанса ни на что.
Нет. Ошибся. Лера снова сидела в гостиной, теперь уже в кресле. И даже камин разожгла, хоть в нем не было особой потребности.
— Привет… — она поздоровалась первой.
— Доброй ночи… Почему не спишь?
— А ты почему так поздно? Я переживала…
— Черт… Лер, прости, конечно… Ты же, вроде, сама просила сократить общение до минимума. Вот я и стараюсь.
— Это ты меня прости, Андрей. Я не имела права так себя вести. Ты же ничего плохого мне не сделал. А я вечно шиплю и говорю какие-то гадости…
— Что-то я совсем тебя не понимаю, Валерия…
— Ты не одинок, Андрей. Я тоже не очень понимаю, в последнее время…
— И что будем с этим делать?
Лера встала из кресла, пошла ему навстречу. Медленно, глядя прямо в глаза.
— Предлагаю поцеловать меня. Очень давно хочу этого. Жалею, что так долго и бессмысленно сопротивлялась…
Не женщина, а какой-то сплошной клубок противоречий! Андерс успел ухватить эту мысль и тут же отпустил восвояси. Ему тоже хотелось Леру целовать. Давно и сильно. Глупо было бы отказываться от такой идеи.
Они не спешили. Скорее, растягивали мгновения. Андерс только пиджак расстегнул и ослабил галстук, чтобы было удобнее обнимать ее и прижимать к себе. Губы Леры, сухие и прохладные, были нежданным подарком к завершению трудного дня. Губы Андерса были горячими и жадными. Но он сдерживал себя, как мог, чтобы не спугнуть ее снова.
Словно не было утренней перепалки, словно девушка не гнала его от себя: руки Леры нежно легли ему на плечи, мягко прошлись по шее, подбородку, скулам, бровям… Она внимательно рассматривала лицо мужчины, словно запоминая каждую черточку, чему-то своему хмурилась, потом улыбалась. Андерс не мешал процессу. Так же гладил ее плечи и шею в ответ.
Глубокий решительный вздох, и Лера, словно ныряя в омут, зарылась в его волосах пальцами, прижалась губами, жарко и горячо, требовательно, всем телом к нему прижалась, льнула, словно боялась потерять.
Окончательно сбитый с толку таким поведением, Андерс просто брал то, что ему позволили, и чего сам так отчаянно желал.
Очень скоро пиджак его полетел на пол, сдернутый нетерпеливыми женскими руками. Рубашку стягивали вдвоем. Легкое платье Леры, кажется, вообще никому не мешало: Андерс просто задрал его до пояса, а затем и выше, до самого подбородка. Охнул от удовольствия, с упоением вспоминая тяжесть груди, что сама просилась в его ладони. Он бы, наверное, мог очень долго взвешивать ее и покачивать, лаская пальцами, любуясь, слушая, как коротко вздыхает Лера, не в силах скрыть свое удовольствие. Чувствовать, как в ответ на ласку ее пальцы все жестче впиваются в его кожу. Вот только, похоже, девушку совсем не устраивала такая остановка на одном участке. Она сама сдернула платье через голову, прильнула к груди Андерса своей, крепко обняла за шею, снова целуя сама, требуя продолжения.
Он был весьма доволен таким требованием: подхватил девушку под ягодицы, понес к ближайшему креслу. С их разницей в росте, целоваться и обниматься стоя, было катастрофически неудобно. Нужно было срочно сменить положение.
 
По дороге к креслу передумал. Внезапно. Развернулся в обратную сторону и рванул в спальню. Так удобнее, хоть и не столь романтично. Главное, чтобы Лера не изменила своих планов по дороге.