Beef (СИ)

— Хм, ты сам виноват, — почти упрёк, — не нужно было брать мой телефон и звонить ему, просить приехать. Ты поступил неправильно, и я сразу же преподал тебе урок.
— Да, однако это было жестоко, слишком. — Обида и жалость к себе пропитывала, как джем пропитывает торт. — И Джерри так никогда со мной не поступит, вот поэтому я с ним.
— Джерри? — он переспросил прямо как ты, К., то есть я подумал, что даже он знает Джерри-Шнурка! — идиотское имя, он тебе не подходит.
— Ну да, — я засмеялся, правда не громко, чтобы Джерри не услышал. — На самом деле он мне отлично подходит, Мюррей, потому что он из моего круга. И он не трахается за деньги и не продается с потрохами за еду, как ты.
— Ох, Сэм… ты всё ещё злишься на меня…
— Конечно злюсь и буду злиться, — я присел на край большой ванной. — Ты всё ещё с Якобом, да? Вы всё ещё вместе?
Мюррей долго не отвечал, и я осознал всё через молчание быстрее, чем через слова:
— Да, мы с ним ещё вместе.
«Тряпка! Якоб настоящая тряпка а Мюррей просто мерзость!» — вскипел мой мозг, но я проглотил обиду.
— Рад, что то маленькое происшествие не поколебало прочность ваших отношений. — Яд, казалось, капает на мои брюки.
— Сэм…
— И не называй меня так! — я закричал, плохо контролируя эмоции. — Меня зовут Сэ-мю-эль! Хотя для тебя меня вообще никак не зовут!
Я едва не бросил трубку, но сдержался, потому что не мог насытиться его общением. Так по нему скучал.
— Да, Сэмюэль, — Мюррей звучал тише. — Успокойся только…
— У тебя всё в порядке? — стук в дверь, и голос Джерри, противный и не вовремя. — Ты кричишь…
— Всё нормально! — Ответил я и снова прижался к телефону, чтобы слушать Мюррея:
— … я очень по тебе скучал, и уверен, что ты по мне тоже. Давай увидимся, а? Сэмюэль, давай встретимся и поговорим, нам это необходимо.
— Только не говори, что ты простил этого сукина сына так легко! — К. сжимает кулаки, словно собралась драться. — И согласился на встречу, где он непременно трахнул тебя и ты растаял.
— Нет, — заверяю я — нет, я не простил и не согласился…
========== 8.1 ==========
— … в тот момент не согласился.
— Необходимо для чего? — прошипел я. — По-моему, и так всё ясно. Мы могли быть вместе, если бы ты выбрал меня, а не поступил как урод. Всё кончено, — даже не верил себе, когда говорил, — действительно кончено, Мюррей… и я прощаюсь с тобой!
— Сколько драматизма, это ни к чему, — снова смех, — ведь я согласен.
— Э-э-э, согласен? — я был немного обескуражен. — Согласен с тем, что я прощаюсь с тобой?
— Нет, я согласен на договор, и на то, чтобы ты забрал меня.
Я чуть в ванную не рухнул, честно, едва не опрокинулся. У меня аж дыхание перехватило и кровь забурлила так, словно меня поджаривали на вертеле или варили в котле. Ни одна мысль в голове не смогла задержаться дольше чем на секунду. Это была почти паника, К., счастливая паника.
— И для этого нам и необходимо встретиться…
— Подожди, стой, — жалкие попытки собраться. — Ты хочешь сказать, что ты согласен жить по правилам, установленным мной? И со мной? Ты согласен быть со мной и только со мной?
— Да, — хрипловатый смех, — Сэм, девочка моя, приезжай, забери меня…
— Прямо сейчас?
— Да! — Мюррей был такими самоуверенным, а я такими неприкрыто обрадованным.
Внутри меня потрошило понимание, что не стоит спускать всё так быстро. Нельзя прощать тот отвратительный день лишь за его согласие. И, к тому же, у меня в спальне сидел Джерри, отчаянно ждущий секса Джерри.
— Хм, заманчиво, но даже не знаю… — напустил в голос скуку от раздумья. — Стоит ли мне расставаться с Джерри ради тебя…
— Сэмюэль, — сказал Мюррей по-особенному, с придыханием, — не ломайся, я и так согласен на все твои сумасбродные пункты.
— Да, но ни один из них не гарантирует мне уверенность в тебе. — Разум охладил моё желание выехать за Мюрреем. — Ты в любой день можешь кинуть меня так же, как собрался кинуть Якоба. Да и нужно ли тебе это на самом деле? — я припомнил ему тот самый вопрос, которым он убивал меня. — Нет, не думаю, не думаю, что тебе это всё нужно, Мюррей.
  
Он смеялся, громко, чисто, искренне и так заразительно. Мне очень хотелось быть с ним рядом в этот момент и поцеловать.
— А ты отлично учишься, — замолк, — но не стоит тебе пытаться быть мной.
— Я и не пытаюсь, говорю как есть, и всё.
Ещё немного его красивого смеха — и тишина, которую сам я не осмеливался прервать.
— Так ты приедешь? — нарушил молчание он.
Я совсем не думал, просто выпалил, как было на сердце, и сбросил звонок.
— Что-то долго ты там болтал! — Джерри был уже раздет и встретил меня в полной готовности, точнее «во всеоружии». Его член был направлен на меня, и яйца болтались, как у старого деда. Воистину, один из самых уродливых хуев в моей жизни.
— Смотрю, ты очень ждал меня, — хмыкнул и кивнул на его эрекцию.
— Ждал, — улыбка, которую он наверняка хотел сделать хищной, вышла как у слабоумного. — И я надеюсь, мы сегодня доведём дело до конца.
Я подошел к нему скорее из сочувствия и немного, совсем чуть-чуть, из интереса. Хотелось узнать, от чего ухожу и кого именно бросаю. Член в руке был приятно тяжёлым, но эти чёртовы смешные яйца и нелепый пушок на них…
— Нравится? — Джерри нетерпеливо облизал губы. — Хочешь отсосать?
— Ха, я не делаю отсосы, Джерри, — сжал его мошонку, и он зашипел.
— Да ладно, — кривая даже не улыбка. — Твои губки созданы для этого.
Я едва не засмеялся в голос, честное слово. Это была такая жалкая попытка быть как Мюррей, причем Джерри сам не подозревал, в кого он пытается играть. Быть может, до Мюррея конечно, я бы проглотил наживку и воспылал страстью, но после него… Джерри был уморительный словно клоун.
А над клоунами то смеёшься, то плачешь, а что чаще — их жалеешь. Бедные люди.
— Ладно, Джерри, я так не могу, — отошёл от него. — Одевайся и уходи.
— Чего? — он даже не пошевелился.
— Я говорю: одевайся и уходи! — по-плохому я начинал заводиться. Джерри тратил моё время. — Не получится у нас ничего, мне противно с тобой даже рядом стоять.
— Я не понял! — вот тут он вскочил.
— Но я говорю доходчиво! Убирайся! Ты вызываешь у меня рвоту!
До сих пор помню точный оттенок красного, которым покрылось его лицо. А потом он едва не позеленел и начал одеваться, быстро и яростно застёгивая пуговицы где надо.
— Ты ещё получишь… ты ещё ответишь… так разговаривать со мной… — бормотал он злобно, — ещё узнаешь… сука… пропадёшь… я тебе устрою…
В другой раз я бы испугался, ведь порой угрозы не несут в себе ничего пустого. Но это был тот случай, когда несут.
— Ой, — К. отмахивается, — это ведь Джерри, пустобрёх и трус!
— Вот-вот, в общем, я посмеивался, пока он ругал меня на чём свет стоит. А потом он уехал, и я наконец смог собраться, чтобы отравиться к Мюррею.
Я приехал быстро. Буквально моргнул — и вот уже через лобовое стекло видно дом с голубой крышей. Нетерпеливо достал телефон и написал ему, что на месте, а он в ответ позвонил:
— Заходи в дом, я пока ещё собираю вещи.
Было немного страшно, в голове промелькнули мысли, что это всё подстава. Что Мюррей и Якоб просто разводят меня, и в доме меня ждёт страшная встреча. Но всё же вернуться в их «счастливое гнездо» хотелось, и я оставил машину.
— Эй, — постучал несколько негромких раз и, взявшись за ручку, легко отворил дверь. Было не заперто. — Мюррей?
Осторожно зайдя внутрь, почувствовал себя в триллере, под снайперским прицелом, несмотря на то, что не видел никого, кто за мной бы наблюдал. Хотя какая жертва замечает убийцу не в последний момент?
— Мюррей? — повторил ещё раз и направился к лестнице, по которой и поднялся.
Дверь в их спальню была открыта и оттуда доносились звуки. Кто-то двигался и говорил…
— … разве мы не были счастливы на островах? Тот месяц, что мы провели только вдвоём… может снова?..