Поцелуй со вкусом крови

- Всем буду! Потому что если Владыка не услышит… В общем, я хочу, чтобы мы встретились вновь, Тиа. А если тебя запрут в школе, то вряд ли мы еще свидимся.
- Лучше помолись, чтобы твой господин был красив и молод, - хихикнула я. – Тебе с ним десять лет таскаться, а я… Кто знает, может, ты и мое имя после окончания службы и не вспомнишь?
Она хлестко шлепнула меня по плечу. Я даже шикнула от неожиданности и легкой боли.
- Не собирай ерунды. Через десять лет мы должны вместе вступить в круг луны, чтобы бороться с этими дурацкими законами! Кто придумал запирать магов на десять лет сначала в одной тюрьме, а потом еще на столько же в другой? Скука смертная и духота!
Я не стала напоминать, что от этого «заключения» каждый маг вправе отказаться… и отправиться на усмирение или в бега. И без того в комнате царила тяжелая атмосфера, которую Анти как могла пыталась разбавить.
- Так, давай. Садись, - она взяла меня за плечи и подвела обратно к зеркалу, усаживая на пуфик. – Я тебе прическу слегка подпортила. Сейчас поправлю! Как раз пара минут есть.
Не споря, я послушно села перед зеркалом и позволила Антинуа поколдовать над моей прической. Из пучка действительно выбилось несколько прядей, и теперь Анти старалась вернуть моим волосам идеальный вид.
Пока Анти сосредоточенно крутилась вокруг меня, я взяла со стола свернутый вчетверо лист бумаги. Написанное на нем со вчерашнего вечера уже зачитала до дыр, но сейчас мне жизненно необходимо еще раз коснуться взглядом родного почерка. Хотя бы через буквы услышать голос мамы, который за десять лет почти вымылся из памяти.
«Все будет хорошо, Тиа. Если получится, и твой наниматель не станет возражать, встретимся?»
Всего пара предложений, но я знала, что маме это послание больно ударило по кошельку. Маги словесности, которым сама являюсь, не только безупречные переводчики, способные изучить любой язык в кротчайшие сроки, но и мастера зачарованных писем.
Достаточно знать имя человека, представить его внешность, чтобы любое послание дошло до него в кратчайшие сроки. Письмо материализуется перед ним вместе с переданными словами… Каждое из которых стоит приличную горсть монет.
Потому когда я овладела навыком передавать послания, я стала отправлять их маме почти каждый день. Рассказывала обо всем, что пропускали проверяющие, досконально изучающие каждое письмо учеников круга, и ждала ответных весточек от мамы. Они приходили крайне редко, но я хранила каждое в шкатулке на тумбочке у кровати.
Сегодняшним утром, в день аукциона, всех выпускников обязали выселиться из комнат общежития. Каждый из нас сегодня обретет новый дом – в привычных стенах школы или же вне. Однако все собрали пожитки в рюкзаки и холщовые сумы, чтобы быть готовыми прямо с аукциона отправиться в путь.
У меня собранных вещей немного. Парочка обычных нарядов, несколько книг, конспекты с занятий и тонкая стопка маминых писем, перевязанных тонкой лентой. Самое основное на случай, если судьба преподнесет сюрприз и меня кто-то выберет.
Но одного беглого взгляда в зеркало хватило, чтобы эта мысль рассеялась, как утренний туман.
Моя внешность – ярчайшее напоминание о худшем, что случалось с королевством Артери за последние сто лет. То, что отпечаталось в истории моей Родины кровавыми битвами и не кончилось до сих пор, нашло отражение и во мне. В драконьих рогах, что отходят ото лба и изгибаются кзади, в редких золотых чешуйках, покрывающих кожу там, где она переходит в рога, в изогнутых когтях, совершенно не похожих на человеческие.
И пусть кровь чужаков, что разбавляет в моих жилах кровь человеческую, делает меня сильным магом, обходят стороной меня отнюдь не из-за страха перед колдовской мощью.
Войны с драконорожденными унесли тысячи жизней. Смерть и утраты коснулись почти каждой семьи в королевстве. А я – живое напоминание о тяжелых временах, которые не кончаются по сей день. Уродец – не человек и не драконорожденная. Плод насилия, зачатый и рожденный в страданиях.
Я – боль, о которой не хочется вспоминать. И лишь немногие, вроде Антинуа, набираются смелости заглянуть глубже и увидеть во мне человека. Остальные же просто бегут, не желая пускать в свою душу волнения. Отворачиваются, будто видят калеку без конечностей. Думают, что этим делают одолжение мне, избегая смутить, но на самом деле спасают только себя.
 
- Пора, - я отложила письмо мамы в рюкзак, который стоял неподалеку от зеркала, и поднялась на ноги.
Те все-таки слегка дрожали. Похоже, в глубине души я не так храбра, какой хочу себя считать.
- Когда ты пройдешь через аукцион, я буду ждать тебя здесь, - Анти кивнула на мой рюкзак, как бы намекая, что кроме последней встречи с подругой, у меня есть еще одна причина вернуться сюда. – Я хоть и не чтица звезд, но знаю, что все будет хорошо.
Мне оставалось лишь кивнуть, изобразив уверенность, которой во мне не было ни капли.
 Закрыть 
  
Глава 2. Аукцион
 
Аукцион магов – кульминационный момент для многих. Одни получают шанс благодаря способностям занять хорошее положение в обществе и доказать верность кругу луны, а другие – за удобную цену на целое десятилетие обретают работника, чьи таланты можно увидеть воочию.«О магах и людях. Том первый» 
Я старалась держать спину ровно, а голову высоко поднятой, когда по узкому коридору шла за профессором Лан.
- Не переживай и делай все так, как репетировали на занятиях, - давала последние наставления она. – Не пытайся разглядеть зрителей в зале. Все равно не выйдет из-за освещения.
- Помню. Оно расставлено таким образом, чтобы пламя слепило меня.
- Верно, - кивнула профессор и обернулась.
Еще одна вдохновляющая, подбадривающая улыбка, как бы говорящая: «Вот видишь, ты все знаешь!»
- Приятно слышать, что твой голос остается таким же ровным, как и всегда, Тиа, - сказала профессор и отвернулась.
До сцены идти по коридору оставалось всего ничего. Я уже ходила этим путем утром, вместе с остальными выпускниками школы. Еще до сборов нам провели небольшую экскурсию по театру Хандан – крупнейшему в провинции Портэ.
Говорят, здесь проходят шикарные постановки и концерты выдающихся музыкантов, но ни у кого из учеников школы круга луны не было шанса увидеть это собственными глазами. Впервые мы посещаем Хандан товаром, теша надежды, что однажды вернемся почетными гостями – членами круга магов.
Чем ближе к сцене, тем теснее становилось в коридоре. Это мои сокурсники пришли послушать из-за кулис чужие выступления, пока дожидаются своих.
Несмотря на то, что с большинством из них мы учились вместе долгие десять лет, за которые как-никак притерлись друг к другу, сейчас мне не хотелось встречаться с кем-то глазами. Знала, что увижу сочувствие или зависть, ведь выступать первой – большая привилегия.
Но не для той, чья кровь человеческая лишь наполовину.
Профессор Лан вывела меня к сцене и оставила в закутке, скрытом от зала тяжелыми темно-красными кулисами. Пожелав благосклонности Владыки лисов, профессор ушла, оставив меня наедине с мыслями и временем, которое тянулось ужасно медленно.
Хорошо, что за кулисами я дожидалась начала аукциона одна. Так никто не увидит, что волнение туже обвилось вокруг шеи, мешая дышать.
Это все из-за атмосферы, царящей в театре. Сложно оставаться спокойной, когда десятки магов вокруг стучат зубами от страха и мечутся из угла в угол, боясь и предвкушая судьбоносный час.
Не будь моя кровь горячее человеческой, я бы наверняка покрылась мурашками – в здании было прохладно и свежо. Будто на улице не лето, а зима, и кто-то настежь распахнул все окна и двери. Даже огонь, танцующий в пламенниках, расставленных по периметру сцены, словно не излучал тепла.