Поцелуй со вкусом крови

Широко распахнув веки, я смотрела на Рафаэля и не верила своим ушам. Это не шутка? Но, судя по тому, как он не сводил с меня взгляда, Карстро нисколько не шутил и ждал, когда исполню его приказ.
- Не испытывай мое терпение. Ты нагрубила своему господину, и это я еще молчу о том, что ты ворвалась в мои покои со скандалом.
- Я поступила правильно, - дерзко вскинула подбородок я. – Я борюсь за свои права!
И снова Рафаэль разразился хохотом. Смеялся он так заливисто, что долго не мог успокоиться, а когда все-таки сумел, по моей коже прополз нервный холодок.
- Запомни, Тиа, - выплюнул мое имя он, - ни у кого в этом замке прав нет. А теперь вставай на колени и проси прощения за свою дерзость.
Я вылетела из той комнаты с такой скоростью, что перед глазами помутилось. Я не буду унижаться перед Рафаэлем! Не подарю ему ни секунды превосходства, которое он не заслужил! Он может заставить меня драить замок, выполнять самую черную работу, но меня он не сломит. Никогда!
  
Глава 6. Письма
 
«Драконорожденные – это дикари, не гнушающиеся использовать магию без всякого контроля. Каждый, кто так же считает, что подавлять магию опасно, должен посмотреть на этих чешуйчатых, рогатых кочевников и спросить себя – хочу ли стать животным, подобным им?»
Из обращения основателя круга луны к артерийцам
Первые две недели пребывания в Розе Гаратиса проползли со скоростью пришибленной улитки. Каждый день – пытка, и Рафаэль от души старался сделать ее еще невыносимее. Записки от него приходили ежедневно. Мне доставляли их другие слуги, и все чаще я стала замечать от них косые осуждающие взгляды. Одна женщина, передавая мне послание от Рафаэля, неодобрительно покачала головой и щелкнула языком.
- Голова кругом от такого внимания, да? – спросила она с ядом в голосе и кинула записку в мою опустевшую тарелку.
Я только-только поужинала в полном одиночестве и меньше всего хотела видеть очередную язвительную записку от господина. Это слово даже спустя две недели горчило на языке, а произнесенное мысленно – заставляло кровь бурлить от раздражения.
- Я бы с удовольствием швырнула эту записку в окно, будь оно здесь, - призналась я и махнула рукой на глухую стену столовой. Вытянутые столы, на каждом из которых в вазе стояли живые цветы, будто находились где-то в подвале, а не на первых этажах замка.
- Не играй недотрогу, - женщина в форменном платье кухарки недовольно поджала губы и ушла, оставив меня наедине с запиской и мыслями.
Это что? Зависть?
Что ж, будь моя воля, я бы с радостью поделилась письмами от Рафаэля со всеми желающими. Тем более, ничего хорошего еще ни в одной записке я не прочла. Только бесконечные задания, где одно унизительнее другого, и каждое – должно поставить меня на колени перед Рафаэлем. То пол вокруг него вымой, то нижнюю пуговицу на кафтане застегни…
Две недели прошло, а он до сих пор не забыл, что я послала его к Пустоши и отказалась извиняться. Теперь расплачиваюсь, выполняя дурацкие приказы.
«Носки моих сапог блестят недостаточно ярко. Жду тебя, чтобы исправить это недоразумение. С глубочайшим уважением к твоей рогатой персоне, Рафаэль К.».
Я оторвала свободный от размашистых каракуль Рафаэля клочок бумаги и сложила в карман в подоле. Эту бумагу можно будет использовать, чтобы отправить письмо маме. А вот оставшуюся записку я поднесла к свече, что стояла на моем столе, и с наслаждением пронаблюдала, как пламя сжирает белоснежную бумагу.
 
Я старалась как можно скорее избавляться от всех посланий Рафаэля, чтобы не сорваться и не отправить ему ответное сообщение. Это для меня – как раз плюнуть. Письмо даже доставлять не потребуется. Напитанное моей магией, оно появится у Рафаэля под носом.
А я потом получу по шее за новую дерзость…
Я убрала за собой со стола и направилась в коридор, к зеркалу, чтобы поправить платье, к которому еще не успела привыкнуть. Высокий воротник казался слишком узким, а рукава – длинными. Они доходили до середины ладоней и постоянно мокли, когда я мыла пол. И как бы я ни старалась поправить плечи серого платья или пуговицы на воротнике – бесполезно.
- Прихорашиваешься перед сном? – в отражении за моей спиной возник Каян. Рыжие волосы свободно спадали на плечи, на губах играла легкая улыбка, а в карих глазах танцевали озорные искры.
- Откуда такое хорошее настроение? – вопросом на вопрос ответила я, наблюдая за Каяном через отражение.
За те дни, что живу в замке, толпой друзей я так и не обзавелась. Каян единственный, кто разговаривает так, будто мы старые добрые знакомые. Всегда готов помочь, подсказать. Несколько раз мы обедали за одним столом, болтая на отвлеченные темы, а потом Каян пригласил меня прогуляться вечером по плантации.
В тот день на закате я впервые увидела, как работает жрец. Стояла в стороне и, затаив дыхание, наблюдала, как Каян воздает молитвы своей богине. Он сидел на коленях посреди цветочной поляны, и кожа его светилась, будто покрытая волшебной пыльцой. Я не слышала голос Матери, но ощутила ту мощь, которая рванула в наш мир сквозь тело Каяна, что стало проводником. На следующий день многие растения понесли новые бутоны, и мне до сих пор кажется, что они крупнее и ярче прочих.
Даже жаль, что Каян, владея такой чарующей магией, вынужден большую часть времени быть обычным рабочим.
- Хотел пригласить тебя на вечернюю прогулку. Погода сегодня отличная, - Каян привалился плечом к стене возле рамки зеркала.
- Погода? – поправив выбившуюся из пучка прядь, эхом повторила я. – Мы в Гаратисе. Здесь каждый день прекрасная погода.
- Ласковое солнце, теплый ветер…
- И парни, которые что-то недоговаривают. Давай, Каян, выкладывай. Какой повод для прогулки?
Он вздохнул и покачал головой. «Ничего от тебя не скроешь, Тиа» - будто говорил его вид.
- Знаешь Найвару? – шепнул он, и я кивнула.
Девушка с кухни. Совсем молоденькая, ей не больше шестнадцати. Низенькая, с двумя рыжими косичками и россыпью веснушек по всему лицу, по форме похожему на сердечко.
- Она хочет пообщаться с тобой, - Каян улыбнулся, и в уголках его глаз появились тоненькие морщинки. Они походили на ниточки паутины, что поблескивала на солнечных лучах. Такие же едва заметные и легкие. Дунешь – и они исчезнут.
- Пообщаться? – недоверчиво повторила я, так же полушепотом. – Ты уверен? Я видела Найвару, она даже в мою сторону смотреть боится.
- Боится, - кивнул Каян и отлип от стены, когда я первая двинулась прочь от зеркала. Вперед по коридору, который вел к кабинету Рафаэля. – Но ты ее пойми, она никогда не видела полукровок так близко.