Этот большой мир. Тайна пятой планеты (СИ)

Стивен вместе с Фредом и присоединившимся к ним ирландцем спутали тонким капроновым тросом руки Хадсона и занялись безопасниками. Один был без сознания — капли крови из рассечённой головы скопились в воздухе, образуя небольшое багровое облачко. Второй мучительно хрипел и кашлял, держась за грудь, куда пришёлся удар.
— Как они, не окочурятся? — осведомился Стив. Поли наскоро осмотрел пленников.
— Ерунда босс. У одного кожа на макушке рассечена, но черепушка, кажется, цела. С ранами на голове всегда так: крови полно, а стоит поглядеть — ерунда, почти царапина. Ещё у него контузия — глаза закатил, стонет, но жить будет.
— А второй?
— У этого рёбра сломаны с левой стороны, одно или два, а может, и все три. Юдж, старина, классный бросок! Признавайся, ты в бейсбол играл?
— Бейсбол — это для неженок! — ухмыльнулся в ответ механик. — В колледже я три года подряд брал призы на Хайлендерских Играх — знаете, шотландские традиционные забавы с толканием бревна и булыжника — а потом вошёл в национальную сборную по метанию молота.
— Да, бросок у тебя что надо… — уважительно протянул Полли. — Короче, босс, все трое живы, но не сказать, чтобы целы. Их бы в медотсек…
— Подождут. — отмахнулся Стив. — У нас сейчас других забот хватает. Фредди-бой, люк заблокирован?
— А как же! — отозвался Дэвидсон. — Теперь без автогена его не вскрыть.
— Тогда отключи и щиток внешнего люка, так, чтобы с мостика его заблокировать не могли, а мы сумели бы открыть в любой момент — отсюда, вручную. Справишься?
— Раз плюнуть, босс! — осклабился механик и поплыл к створкам внешнего люка, на которых тревожно перемигивались красные огоньки.
— И поторопись, пока кэп Йошикава не понял, что мы затеяли.
Стив повернулся к остальным.
— Ну что, парни, все слышали насчёт русского десантного бота?
Слышали все.
— Тогда действуем, как говорил Хадсон: грузимся на «омары» и стартуем наперехват бота! С буксировщика я свяжусь с русскими, они нас подберут. И вот ещё что… — он неприязненно покосился на связанных. — Запихните этих уродов в «ика», проверьте давление воздуха в баллонах и задрайте хорошенько кокпит. Если оставить их тут — задохнутся, когда откроется внешний люк, а трупы япошки на нас повесят. Но мы же этого не хотим, верно?
 VII 
— Старт из ущелья — это было нечто, медам и мсье! чернявая физиономия Шарля выражала крайнюю степень возбуждения, несмотря на то, пересказывал он эту историю по меньшей мере, в третий раз. — Я вообще не верил, что такой манер вообще возможен! Нет, читал, конечно, в наставлениях, на тренажёрах пробовал — но чтобы самому…
— Да, взлетать пришлось на бустерах. — согласился с напарником Дима. — Собственно, так и было задумано, только предполагалось, что направление будет задавать Шарль, разворотом дюз маршевого движка — а я, уже после отрыва от грунта, разверну блоки ускорителей по продольной оси и добавлю ими тяги. Ну, может ещё придётся слегка подруливать при заходе на «обруч»…. Но остатки топлива мы сожгли ещё при посадке — на походах к хребту попали в страшенную турбуленцию, карусель из воздушных потоков, перемешанных с полосами пепла, вот и пришлось слегка того… перерасходовать.
— Ничего себе — слегка! — возмутился гасконец. — Когда мы хлопнулись на грунт, стрелки указателя уровня в баках жидкого кислорода уже секунд десять, как упёрлись в нули, так что садились, можно сказать, на… как это у вас по-русски?
— На святом духе. — с готовностью подсказал Дима. — Или на пердячем паре, кому как нравится. Когда Шарль скомандовал «на старт», маршевый не запустился, даже не зачихал, и тут я понял, что вариантов нет. Ждать было нельзя — с орбиты орали, что к ущелью приближается огромное облако пепла, ещё чуть- чуть и можно уже не суетиться… Взлетали на первой паре бустеров, а когда я стал их разворачивать для горизонтального полёта, то едва не размазал бот об стену ущелья…
— Я пытался выровнять бот аэродинамическими рулями. — добавил Шарль, — Но скорость мы ещё не набрали, так что проку от них было чуть. Прошли впритирку, даже слегка зацепили брюхом. Да что я говорю, вы же сами всё видели!
  
Я согласно кивнул. Действительно, после того, как «Скиф- Алеф» оказался в ангаре «Зари», туда повадились ходить любопытные — дивиться на днище десантного бота, с которого острая каменная гребёнка содрала половину плиток термозащиты. К счастью, сам корпус почти не пострадал, и инженеры планетолёта клятвенно обещали, что ещё день-два — и бот снова залетает.
— Ну вот, — продолжил Дима. — Когда до комплекса оставалось километра три, бустера погасли, оба разом! Я к тому времени почти ничего не соображал: снаружи сплошной пепел, радары ослепли, я вёл бот по командам Шарля, а уж как он ухитрялся что-то там разобрать — это ему одному известно…
— Специфика работы, Август-Иоганн! — важно, басом, процитировал любимую книгу гасконец, подняв палец к потолку «Сюрприза». Я поморщился — десантники народ суеверный, а ведь персонаж «Полдня XXII-го века», которому принадлежит эта фраза, не вернулся из броска в бешеную атмосферу планеты Владислава… Впрочем, Шарль жив и здоров, сидит вместе с нами в «Секрете» и ни в какие бешеные атмосферы нырять не собирается — во всяком случае, в обозримом будущем.
— Так я и говорю: перепугался насмерть, и не сразу вспомнил, что это только первый комплект выгорел. согласился с напарником Дима. — А пока вспоминал — «Скиф- Алеф» провалился уже до самой земли и едва не врезался в какую-то развалину…
— Это я вовремя заметил! — похвастался гасконец. — Когда бустера, наконец, заработали, котлован с «обручем» был у нас на одиннадцать часов. В пепле ничего нельзя было различить, оставалось только прижиматься к грунту и молиться, чтобы удалось задрать нос вовремя и проскочить через это чёртово колечко…
— А магма вам не помешала? — осведомился Середа. — Она же должна была бить из разлома прямо в «обруч»?
— Так она и била. — подтвердил Шарль. — едва-едва уклонились… Спасибо наблюдателям с орбиты, которые вовремя подали сигнал на старт — активность «обруча» действительно снизилась, ну и фонтан магмы немного опал. Чуть раньше — и мы бы влепились точно в него, никакие манёвры не помогли бы. А задержись мы хотя бы секунд на десять — угодили бы прямёхонько под энергетический выброс. А так — выскочили на вашей стороне, как пробка из бутылки «Мадам Клико!» Кстати, когда вернёмся на Землю, каждому из команды «Зари» по одной такой, из нашего фамильного винного погреба!
— А девчонки как? — спросила Юлька. Она только что присоединилась к собравшимся в «Сюрпризе», а до этого почти час они с Леднёвым разбирали доставленное на Шарлем и Димой послание Земли.
— Мира с Владой в каюте, дрыхнут без задних ног. — сообщил Середа. — Их третья, виолончелистка, в медотсеке, тоже спит после ударной дозы успокоительного.
— Между прочим, её зовут Соня, — Оля Молодых посмотрела на Виктора с осуждением. — Мог бы и запомнить!
— Да хоть Таня! — отозвался грубый Середа. — Или, скажем, Маня. Ты, Юль, лучше скажи, что вы собираетесь делать дальше? Мы уже извелись, информации-то никакой!
— Некогда было сообщать! — принялась оправдываться Юлька. — Понимаете, они предлагают…
Что именно предлагают Юлькины коллеги, мы не узнали — остаток фразы заглушил оживший интерком:
— Всем членам экипажа занять места согласно расписанию! — голос Волынова звенел командным металлом, словно он командовал изготовить к бою главный калибр дредноута. — Механикам подготовить к вылету «буханку» и оба «омара», Монахов, Кащеев — срочно в ангар, через десять минут жду доклада о готовности к старту!
«…Ну вот, похоже скоро всё выяснится. — подумал я, выплывая вслед за Юркой из „Секрета“. — Не знаю, что за пьеса тут разыгрывается — но, сдаётся, в ней вот-вот наступит кульминация…»
— Хорошие кораблики, хотя и разные. — Дима похлопал «буханку» по борту, отчего отлетел на пару метров и ткнулся спиной в стоящий тут же, в ангаре, «Скиф-Алеф». И тут же смутился — неприятно опытному космонавту демонстрировать неловкость в невесомости, особенно перед бывшими своим подопечными. А что делать, если провёл почти год на Земле, и даже перед недавней авантюрой с японским «обручем» провёл в невесомости считанные минуты, во время погрузки на десантный бот?