Дороти должна умереть

Пока я ожесточенно протирала лампы в читальне Дороти, в комнату вошла Джелия, от которой все еще противно пахло.
— Время нести Страшиле ежедневную порцию сена, — сказала горничная, держась на расстоянии. Видимо, понимала, какой мерзкий запах ее сопровождает. — Справишься?
Я согласилась. Страшилу я не видела с той самой первой ночи. Он заперся в своей лаборатории, трудясь над совершенно секретным экспериментом, над лучшей своей работой, если верить словам Волшебника. Горничные ежедневно по очереди таскали наверх тюки сена и оставляли их у дверей комнаты. И тюки эти уже начинали скапливаться. Я представила себе Страшилу, который уменьшился и похудел, и вздрогнула.
Тюк оказался тяжелым, но мне было приятно делать что-то другое, помимо вытирания пыли. Когда я добралась до середины лестничного пролета, который вел в комнату Страшилы, проволочная ручка уже сильно давила на ладонь, и та ныла, а спина покрылась испариной. Поднявшись наконец по последней лестнице, я уронила тюк на пол, решив просто катить его весь оставшийся путь. Тогда-то я и заметила неладное.
У двери в комнату Страшилы стояла очень малорослая темноволосая горничная и возилась с дверной ручкой. Я ее не узнала. Новенькая? Разве ее не предупредили, что в покои Страшилы нельзя входить без разрешения? Оставив сено, я кинулась в конец коридора. Если Страшила вернется, эта дамочка станет его новым экспериментом. Упаси Господи! Я и так за эту неделю насмотрелась на всевозможные пытки.
— Эй! — шикнула на нее я. — Ты что творишь?
Служанка испуганно повернула голову, и я замерла в нескольких футах от нее. Да это же вообще не горничная, а обезьяна, неуклюже замаскировавшаяся горничной. И даже не женского пола, пусть и в женском наряде. Это Олли! Лицо его больше не было изможденным и покрытым волдырями, а на истертых запястьях отрос мех. Он слегка потолстел. И теперь носит платья?
— Я на специальном задании Страшилы, — рыкнул на меня Олли. — Иди убирай в другом месте.
Я с уверенностью могла сказать: он лжет. Олли вернулся к своим манипуляциям с ручкой, и буквально секунду спустя дверь со щелчком распахнулась. Обезьяна вразвалочку вошла внутрь, совершенно не волнуясь, что ее поймали на взломе.
— Олли, стой!..
Прежде чем дверь захлопнулась, я скользнула за ним следом. Когда же она все-таки закрылась, на меня налетел меховой ураган. Ноги Олли врезались мне в грудь, повалив меня на грязный, забросанный разнообразным хламом пол комнаты. Я опомниться не успела, как он уже оказался на мне, удерживая мои руки.
— Не ори! — прошептал Олли, придвинув злую морду к моему лицу. — Не хочу причинять тебе боль, но если придется…
— Что ты делаешь? — шепнула в ответ. — Это же я!
И сразу же осознала, что сглупила. Я так переволновалась, увидев его, что совершенно забыла про свой новый облик. Олли никак не мог меня узнать. Прошло много времени с тех пор, как мы виделись в последний раз. Наверное, он уже и забыл, как выглядела Эми.
— Просто закрой рот, — заявил Олли. — Я найду кое-какую информацию и исчезну. А ты притворишься, что ничего не видела.
Мне едва удалось сдержать улыбку. Даже после всего, что случилось, мне до сих пор было сложно привыкнуть к говорящим обезьянам, но еще сложнее оказалось всерьез воспринимать гневную речь Олли, наряженного в платье. Главное, что Олли жив! И что-то задумал. Если он врывается в покои Страшилы, то определенно мой друг. Я без труда могла скинуть его с себя. Даже несмотря на то что Олли был силен, уверена, по сравнению со мной боец из него никудышный. Было чем гордиться, но я не сопротивлялась — не хотела обострять ситуацию и устраивать настоящую драку, во время которой мы оба могли пострадать. Я кивнула, изображая из себя робкую девочку-горничную, как и полагалось.
Хватка Олли ослабла, а потом он нахмурил лоб, словно ему в голову пришла какая-то мысль. Черные глазки превратились в щелочки, а захват ослаб.
— Ты назвала меня по имени, — угрожающе прорычал он. — Как ты узнала?
— Я… — Мысли бешено скакали в голове. Открыться ему? В последний раз, когда я видела Олли, он сбежал, бросив нас с Индиго. Я не винила его, но этот поступок доверия не вызывал.
 
Не успела я придумать достойной лжи, как Олли наклонился ближе и обнюхал мне шею. Когда он поднял голову, то выглядел абсолютно сбитым с толку.
— Ты пахнешь, как… — видимо, он пытался определить мой запах.
Я вспомнила о Звездочке — она мгновенно узнала меня. В тот момент я не стала задумываться как, а просто решила, что это какое-то звериное шестое чувство.
— Девчонка с дороги? — изумился Олли, озадаченно глядя на меня. — Та, что спасла меня?
Я кивнула.
— Эми, — напомнила я ему.
— Ты выглядишь иначе, — заметил Олли, так и не выпуская моих рук.
— Прикрытие. И заметь, оно чертовски лучше твоего.
Олли широко улыбнулся, даже шире, чем улыбались жители страны Оз под действием ВечноУлыбки.
— Иноземка Эми! Но как…
Олли спрыгнул с меня, позволяя подняться на ноги. Но как только мне это удалось, он обнял меня за талию мохнатыми лапами — так крепко, что у меня дыхание перехватило.
— Прости, что сбежал от вас, — пропыхтел Олли. — Это был не лучший мой поступок.
— Все в порядке, Олли. — Я похлопала его по голове, и обезьяна медленно разжала лапы, отступая и оглядывая меня с ног до головы. — Где ты был? — спросила я. — Как тебе удалось сбежать?
— Скрылся в Мрачных джунглях, — отозвался он. — Там есть группа Бескрылых, они образовали среди зверей отряд сопротивления.
— Как Орден… — пробормотала я.
— Нет, — резко ответил он, покачав мохнатой головой. — Совсем не как Орден.
— А что не так с Орденом? — удивленно спросила я.
— Им нельзя доверять. Какая разница между Злыми Колдуньями и коварной принцессой? Ты что, связалась с ними?
— Большая разница, — попыталась я защитить Орден, за что и была смерена подозрительным взглядом. — Они тренировали меня, учили пользоваться магией. Теперь я умею сражаться и собираюсь все изменить. Мы можем объединить силы и…
— Ни за что! — решительно оборвал он. — Мы ценим то, что делает Орден, но слишком долго были рабами. Знаем мы этих колдуний и волшебников и больше ни за что не согласимся связываться с ними.
Связь. Я тоже была связана — именно это слово Момби использовала, когда рассказывала о нашем договоре. Но не по этой причине я явилась сюда. Я не раб и все решения принимаю сама. Но пока пришлось отложить вопрос.
— Зачем ты пришел? — спросила я. — Ищешь своих родителей?
— Едва увидев, родители сдадут меня Дороти.
— Тогда зачем? Нужно быть полным психом, чтобы вламываться сюда.
— У меня нет выбора, — пояснил Олли. — Все из-за сестры. Мод. Она где-то здесь, у Страшилы.
— Твоя сестра…
— Мод тоже предательница. Из тех обезьян, которые решили сохранить крылья. Но она все еще моя сестра. Нельзя оставлять ее здесь. Нельзя… — Глаза его заблестели, голос затих.
Опустившись на колени, чтобы оказаться наравне с Олли, я взяла его руки в свои и крепко сжала.
— Что Страшиле от нее нужно? — спросила я настойчиво.
— Не знаю, — отозвался Олли. — У Бескрылых есть шпионы во дворце, но они смогли поведать лишь то, что Мод забрали. Страшила хочет с ней что-то сделать.
— Что именно? — поинтересовалась я, вспоминая о «важном эксперименте», над которым как раз сейчас работал Страшила.
Олли опустил взгляд на свои ноги в маленьких кожаных туфельках. Точь-в-точь как мои, даже с такими же квадратными золотистыми пряжками.
— Мод всегда была особенной, — медленно проговорил он. — Гением. Умнейшей обезьяной, когда-либо жившей на свете. Может, даже умнее, чем сам Страшила. И возможно…
— Ему нужны ее мозги, — поняла я.
Олли кивнул, высвобождаясь из моих рук и сжимая кулаки.
— Мод пыталась убедить меня остаться — сохранить крылья и стать рабом Дороти. Считала, что компромисс — лучший способ выжить. Впервые в жизни она ошиблась, а я оказался прав. Тот, кто жертвует чем-то одним, всегда теряет что-то еще.