Римлянин. Книга третья (СИ)

Аф Ингерланд степенно кивнул.
С гулким металлическим звуком на мраморный пол свалился утяжелённый шлем-маска гренадерского образца. Ломоносов недостаточно надёжно закрепил его. На фронтальной части шлема виднелись пулевые вмятины, местами сколовшие чёрную краску.
— Последний на сегодня диктаторский эдикт: расконсервировать королевский резерв оружия и провианта, — Ломоносов поднял с пола шлем(2). — Квестор по общественной безопасности — обеспечить утроенную охрану. Оружие выдавать мобилизуемым, провиант распределять среди населения. Меньшее, что мы можем сделать в это тяжёлое время — накормить людей. У меня всё, продолжаем работать над нынешним законопроектом.
Сейчас, после того, как он взял на себя диктаторские полномочия, Михаил Васильевич почувствовал облегчение. Теперь, когда больше нет препон, можно навалять зарвавшимся датчанам по сусалам, а затем взять наконец-таки заслуженный отпуск.
Примечания:
1 — Кальдарий — от лат. calida — «горячая вода» — самое горячее место в римской терме. Там горячая вода, там заседали самые выносливые из посетителей, но я вас уверяю, уважаемые читатели, что это полная фигня на фоне обычной отечественной парилки!
2 — Шлем Ломоносова —
 Глава XVI 
 Частичный успех 
//Российская империя, дорога Воронеж — Белгород, близ с. Скородное, 1 сентября 1747 года//
*Персона*
Бросаться в погоню за хаоситами Таргус не стал. Это было бы глупо и необдуманно.
Намного разумнее было определить направление движения колонны и организовать засаду. Так и поступили.
Карта местности обнаружилась в сундуке у Бирона, поэтому Таргус выбрал неминуемый участок трассы и организовал там засаду по передовым в этом мире методикам агентов Арканиума.
«Жаль, что нет нормальной взрывчатки», — мысленно посетовал Таргус.
С мощной взрывчаткой можно было бы закрыть вопрос с хаоситами за несколько минут, но ввиду её отсутствия придётся рисковать.
Шли часы.
Осень начала забирать своё и листва берёз с осинами постепенно меняла цвет. Трава уже давно пожухла, но это случилось ещё жарким летом. Таргусу местный климат чем-то импонировал, было что-то таинственно-магическое в этих лесах. Неудивительно, что многие сельские жители верят в существование множества магических созданий, обитающих в этих лесах.
«Даже в Шлезвиге многие селяне, несмотря на десятилетия борьбы с безграмотностью, всё ещё верят во всяких лесных фей и им подобных…» — подумал Таргус и поёжился.
Он-то видел настоящих лесных фей. И у них нет ничего общего с фольклорными представлениями этого мира.
«Дерьмовое было времечко», — Таргус вновь поморщился.
Наконец, наблюдатель на дереве подал знак и пришло время действовать.
Таргус выглянул из-за дерева, прикинул расстояние до первой кареты и спустя несколько секунд поджёг фитили.
Бомбы зарыты в листве, поэтому на скаку их обнаружить не удастся. Мощности взрывов будет достаточно, чтобы пробить днище любой кареты готовыми поражающими элементами. И да, пришлось переделать бомбы под новое техническое задание, чтобы максимум поражающих элементов направились вверх.
Лошадей жалко, конечно, но Таргус не видел иного безопасного способа быстро уничтожить хаоситов.
Всего в колонне насчитывалось две кареты, на каждой по четыре человека, считая с кучерами. Ещё двое ехали верхом, являя собой что-то вроде передового дозора.
Когда всадники и кареты пересекли заранее условленную отметку, дорогу перекрыли упавшие деревья. Классика жанра, работающая в любую техническую эпоху. Даже с поездами, если надо.
Теперь всё зависело от компетенции назначенных метателей бомб и стрелков. Ну и самого Таргуса.
Он вышел из-за дерева и вскинул винтовку.
 
Выстрел — ближайший всадник завалился с новым отверстием в груди. Это летально в 99 случаях из 100.
Перезарядка заняла пару секунд.
Выстрел — второй всадник, начавший спешивание, лишился левой руки. Руку буквально оторвало, откинув на листву у дороги.
И в этот момент догорели скоростные запальные шнуры.
Взрыв был не слишком громким, но и Таргус устраивал всё это не ради потрясающих спецэффектов. И словно в контру громкости, ущерб от взрывов получился выше всяких похвал: готовые поражающие элементы, представляющие собой свинцовые шарики, превратили кареты и лошадей в кровавый фарш. Одна карета была буквально порвана пополам, а вторая села на «брюхо», завалив пассажиров под грузами и крышей.
«Вот так это и работает», — подумал Таргус с удовлетворением.
Он прошёл к первому всаднику и проколол его грудь штыком. Второго всадника постигла та же участь.
Подав условные знаки охране Бирона, он аккуратно подошёл к первой карете и сразу же понял, что делать там нечего: пассажиры превратились в сочащийся кровью фарш. Но это и неудивительно.
«По четыре бомбы с каждой стороны, твою мать», — подумал Таргус.
Восемь бомб на одну карету, а ведь в каждой бомбе по сто двадцать грамм хлоратита, направляющих во все стороны чугунную рубашку и готовые поражающие элементы, доработкой Таргуса сфокусированные в направлении врага. Избыточность эффекта была намеренной, так как была у Таргуса склонность работать с гарантией.
Вот эта его склонность — наследство от альтер эго. Тот тоже не любил рисковать, очень не любил. Психокоррекция Арканиума сделала эту нелюбовь чем-то большим, частью личности. Логику специалистов Арканиума понять можно: Таргуса отправляли на многолетнюю агентурную деятельность без какой-либо поддержки извне, поэтому провал был неприемлем. Альтер эго должен был тщательно взвешивать риски, отказываться от заданий, слишком сильно зависящих от случая. Но случай — это иногда очень непредсказуемое явление. И будь альтер эго осторожнее в один памятный день, не бывать Таргусу в этом параллельном мире. Вероятно, рано или поздно задание Сената Римской республики было бы выполнено, а Каскад миров водворён под власть народа Рима. Пусть ценой огромных жертв, материальных потерь и ужасов войны, но с благоприятным итогом: изнеможённые аборигены бы получили безопасность и цивилизацию, а Римская республика получила бы целых семь миров для многовековой экспансии. А дальше были бы новые миры, новые завоевания…
Хотя с другой стороны, Римская республика должна была получить те миры, только без какого-либо населения и признаков жизни, так как Таргус уничтожил там абсолютно всё. Это тоже хорошо, ведь земля сама по себе имеет ценность.
«Нет, в итоге для Рима всё закончилось очень хорошо», — пришёл Таргус к выводу.
Трупы хаоситов были извлечены из карет и Таргус лично начал их «контролировать». Сюрпризов он не любит.
Восьмой по счёту пассажир заставил его напрячься: тело его было аномально иссушено, а вены вскрыты. И «хранился» он в большом сундуке, закреплённом под каретой.
Таргус мало знал о ритуале связи с аф Лингреном, но то, что это требует потери крови и жизненных сил, знал определённо. А ещё важным было то, что использование свечей из человеческого жира и крови призваны для снижения «стоимости» связи.
Вероятно, этого хаосита принудительно использовали для связи с аф Лингреном. Косвенным свидетельством состоявшегося ритуала были жирные пятна и огарки на полу кареты.
«Сука…» — подумал Таргус и почувствовал жар в кармане мундира.
Дневник Бездны жёг его грудь, призывая прочитать новое сообщение.
Задание: скрытно уничтожить шпионскую ячейку Хаоса в городе Воронеж — частично провалено
Награда за частичное выполнение: путь на Запад, зачёт выполнения заданий «Не идти на Кавказ», «Не вступать в контакт с губернатором Астраханской области» — в карете Эрнста Бирона