Тринадцатый III (СИ)

Она не улыбалась, поглощенная собственными переживаниями.
— Пройдёмте на кухню. Разговор предстоит долгий.
За ужином я поведал всю историю Макара. От начала и до сегодняшнего дня. Да, пришлось и про тюрьму поведать, но теперь я хоть знал, что меня туда отправили не за преступления, а на верную смерть. До сих пор задаюсь вопросом почему братья не придумали способ попроще. Но мне же на руку их несообразительность, иначе пуля в голову, и я бы здесь уже не сидел. Рассказал про Макара как есть, упустив только факт, что он умеет материализоваться.
— Вот это да! Я слышала про воображаемых друзей, но чтобы призрачные… Такое первый раз, — под впечатлением прокомментировала Лесси.
— Лёш, ты меня удивляешь. В хорошем смысле. Я всегда знала, что ты сможешь стать сильным магом, — кивнула мне сестра.
— А я вот одного не пойму, домовой сказал про обман, значит бабка специально сделала так? Она внука убить хотела⁈ — удивилась своим выводам Лесси.
— Похоже на то. Она точно это спланировала. Скорее всего решила, что для Макара так будет лучше, — ответил я.
Вспомнил поведение бабушки Макара. Она прощалась с ним, как в последний раз, хотя я говорил, что мы будем навещать. Стоит ли ей звонить и предъявлять? Думаю, не стоит. Пусть думает, что внук в лучшем мире. А то с её способностями одним утром я могу не досчитаться кирпича.
— Да, это похоже на мою бабушку, — задумчиво проговорил Макар. — Она всегда была свято уверена, что душа в призраках распадается, даже если их привязать к самому сильному источнику магии.
— Сам как думаешь, это правда? — спросил я, повернувшись к призраку.
Для девушек это выглядело, словно я говорю в пустоту. Ивана Фёдоровича каждый раз забавляла их реакция. Но теперь они только выпучивали глаза, место в психбольнице мне уже никто не подбирал.
— Не знаю, — погрустнел Макар. — Но я не чувствую никакого распада. Плохо запоминаю новое — это да, а вот всю сознательную жизнь помню хорошо.
— Ладно. У нас будет время разобраться. Если в твоей душе и начался какой-то процесс, то протекает он крайне медленно. Поищем специалиста по призракам, помимо твоей бабки. Не в обиду, но больше я к твоим родственникам соваться не намерен.
— Ну хоть открытки бабушке по праздникам можно отправлять?
— Нет. Если она узнает, что её план не сработал, то может попробовать другие методы. И нет гарантии, что я справлюсь во второй раз.
— Ладно. Эх, — поник призрак. — А про регата будешь им рассказывать?
— Попозже. Сперва обсудим важные темы.
— Какие? Нам тоже интересно, — без запинки спросила Света.
— Далеко ехать до места прохождения испытания? — спросил я у сестры.
— Часов пять от города, а что? Ты решился? В училище не хватятся?
Сестра же была не в курсе происходящего. Объясняя, что я не сошел с ума, не упомянул причину спешки.
— Свет, мне нужно тебе кое-что сказать, — начал я, но слова шли тяжело. — Александр или кто-то другой из братьев похитил нашу мать.
— Что? — девушка встала.
Она нервно дышала, удерживаясь чтобы не спалить всё вокруг.
— Мы не можем долго ждать, как и позволять манипулировать нами через семью, — продолжил я. — Поэтому отправимся на рассвете.
— Ты… ты уверен? — спросила Света, запинаясь.
— Да, я должен закончить начатое. Тогда у братьев не будет смысла похищать матерей.
— На этом всё не закончится.
— Знаю. Но каким бы ни было наследство, у нас появятся финансы для противостояния.
— Как же хорошо, что я родилась простолюдинкой. Нет денег, нет семейных дрязг, — пожала плечами Лесси.
— Дело не в деньгах, а людях, — ответил ей Иван Фёдорович.
— Согласен с вами, — кивнул я, а затем снова обратился к Свете. — В чем заключается испытание?
— Это решает родовой артефакт. Испытание для всех разное. Я пробыла в пещере всего пять минут.
— И что там было?
— Ничего. Я просто бродила. Но постоянно было странное ощущение, что за мной наблюдают. Я то и дело оборачивалась, но ничего не могла увидеть. Камень на артефакте загорелся красным, показывая, что я не прошла. И всё.
 
— А что было у других?
— Обычно не принято о таком расспрашивать. Поэтому не знаю, — пожала плечами сестра.
— Стой. Если наследники по определению мужчины, то как ты умудрилась пройти испытание? — недоумевал я.
— Прошла вместе с Евгением. Вернее, он вышел и сказал, что артефакт его отверг. Предложил пройти мне, убедил, что это безопасно. И я пошла. Лучше так, чем я бы всю жизнь жалежа, что не попробовала…Вообще бывали случаи, когда женщина проходила испытание рода. Но наш отец то ли хотел нас уберечь от семейных склок, то ли заранее кто выйдет победителем, поэтому обозначил в завещании, что испытание рода должны проходить только его сыновья.
— А возможно, всё месте, — дополнил я.
— Тогда бы прямо написал в завещании имя, зачем такие сложности?
Схема отца была не из простых, в этом Света права. Однако другие братья не знали про алтарь тысячи мучеников, который положил начало магии видящих в Российской империи. Логично предположить, что и наследник великой силы родится с даром видящего. Один на всю огромную семью… И тут дело даже не в больших деньгах. Для отца они стояли на втором плане, их загораживала великая цель. Но пока это лишь догадки, которые я предпочел держать при себе.
Света расстроилась и отошла в ванну. Она привыкла не показывать слёз на людях, и сейчас было не время для переубеждения.
Внезапно в коридоре завопил кот. Лесси бросилась на крики со словами:
— Так и знала, что этот волк будет охотиться на кота!
Одна выйдя в коридор девушка застыла. Чёрт, кажется, я догадываюсь в чем дело… Надеюсь, кот жив.
Лесси повернула ко мне голову и спросила:
— А это нормально, что мой кот висит в воздухе?
— Целый? — уточнил я.
— Да.
Я передал регату образ, где он медленно опускает белого кота на пол. А сам поднялся и увидел, как это происходит вживую. Испуганный кот со всех ног ринулся в комнату. Ох, думаю в ближайшие дни мы его точно не увидим.
— Это ещё один призрак? На домового не похож, — дрожащими губами продолжила Лесси.
Для неё было слишком много странностей да короткий промежуток времени. которые происходили именно в её квартире.
— Нет, а что ты там про домового говорила?
— Алексей, не увиливайте. Домового мы всегда можем обсудить, — хмыкнул Иван Фёдорович.
— Я и не собирался. Вы не поняли моего тонкого юмора.
— Так кто это? — не унималась Лесси.
Света вышла из ванны. Любопытство после разговоров о летающем коте пересилило грусть. В общем, из-за настойчивых собеседников пришлось рассказать о Зубастике раньше.
— Вы только не пугайтесь. Это будет сложно принять, — я говорил успокаивающим тоном, подготавливая почву.
— Да мы готовы! — фыркнула Лесси, на что Иван Фёдорович только ухмыльнулся.
Я вспомнил, как регат испачкался в земле. Но подобный трюк явно не стоило повторять в квартире. Поэтому я начал перебирать в голове с помощью каких подручных средств можно показать девушкам малька.
Обсыпать его мукой? Намазать краской для волос? Облепить пеной для ванн? О, придумал!
— Лесси, а у тебя есть акварель? Ну, или хотя бы гуашь?
— Эм, я их со школы не покупала.
— А ее коллекция теней для век не подойдет? — с иронией спросила Света.
— Подойдет, но тогда это будет смотреться крайне… забавно.
— Красок нет, но можете взять тени, — разрешила Лесси.
— Точно? Я потом закажу тебе другие.
— Тогда тем более. Я столько палеток напокупала ради одного оттенка.
Наверняка косметика значит многое для девушек, и сейчас Лесси приносила её в жертву ради большого дела. Я хотел превратить это в развлечение, и у меня получилось.
Первые минут двадцать я раскрашивал Зубастика блестящими тенями. Он дрыгался и не понимал, почему все смеются. Даже попытался порычать, но по сравнению с Марсом, который наблюдал из коридора, рык малька звучал по-детски.