Первый... (СИ)

— Нет… — с рыком и вновь целуя. Раз за разом истязая губы, которые и так пылали.
Он не лгал. Кириан действительно согревал. Причем, настолько хорошо, что в какой-то момент мне показалось, что кто-то незаметно разжег подо мной костер. Каждое прикосновение Агеластоса будто пролитый на кожу раскаленный метал и близость его крепкого тела подобна чистому безумию.
Эта ночь действительно была странной. Наверное, именно она виновата в том, что происходило. Накрыла своей странной атмосферой и лишила рассудка. Днем ведь все совершенно иначе. Не так, как сейчас.
Руки Кириана обняли сильнее и поцелуи стали еще более жадными. Они дурманили настолько сильно, что я даже не сразу поняла, что к нам подошел доставщик. Агеластос, не прекращая меня целовать и одной рукой прижимая к себе, второй свободной, сначала достал из джинсов деньги и, расплатившись с доставщиком, забрал пиццу.
— Пойдем, — сжав ладонь на моем запястье, Кириан потянул меня к подъезду, а я, несколько раз растерянно моргнув, так и не смогла прийти в себя. Лишь отдаленно слышала, как доставщик ошарашено благодарил за слишком большие чаевые.
Мы быстро поднимались по лестнице. Кириан вел за собой, иногда останавливаясь, наклоняясь и целуя. Хаотично и жарко. Будто существовало только это мгновение и ничего больше.
Я даже не поняла того, как мы зашли в квартиру. Опомнилась лишь в тот момент, когда мы оказались в коридоре. Агеластос шел очень быстро, а мне из-за невысокого роста приходилось чуть ли не бежать за ним.
Еще одно мгновение и мы оказались в моей спальне. Щелкнул замок на двери и пицца была небрежно брошена на стол.
То, что происходило, для Кириана было привычно, а я терялась. Проклинала свою слабость и желала вернуть ясность рассудку. Все-таки Агеластос действительно дьявол. В его силах было сжать душу в руках.
  
Глава 21. Дальше
 
Одно мгновение и мы оказались на кровати. Вместо воздуха исключительно чистое безумие, в котором я терялась. Тонула в нем и им же дышала, от чего каждая клеточка наполнялась жаром, постепенно пробегающим по всему телу крупной дрожью.
В голове все перемешалось, создавая противоречия и остроту. Хаос, в котором эта близость напоминала миллиард взрывов и всполохов и в них казалось, что уже ничего не имело значения. Только поцелуи Кириана и его прикосновения. Ласка грубых ладоней и даже малейшее прикосновение обнаженной кожи к коже.
Я понимала, что этот парень плохой. Нет, он ужасный, но, проклятье, насколько же приятными были прикосновения его губ. Прямо до дрожи и внутреннего надрыва. Трепета и огня. Моего помутнения рассудка, в котором я уже поддавалась Кирану. Следовала за тем, чего он желал и постепенно сама начинала этого хотеть.
Очередной поцелуй и за ним новый внутренний взрыв следуемый за диким контрастом возникающим от того, что я поддавалась грубому парню и получала удовольствие от его губ. В это мгновение уже не понимала, что хорошо, а что плохо. Кириан был тем, кто смывал грань между этими понятиями и, в тот же момент, ими и являлся.
— Чара… — хрипло. Прямо в губы, а я тут же задрожала и рвано вдохнула воздух, пытаясь им наполнить грудь. И почему мое имя, произнесенное Кирианом, показалось мне чем-то невероятным? Тем, что делало это мгновение еще более личным?
Кожанка Агеластоса уже лежала на полу. Кажется, она соскользнула с моих плеч еще в тот момент, когда мы только вошли в спальню и вот Кириан снял с меня кофту, после чего голодно оскалился, заметив, что под ней была еще одна. Он и ее сорвал, а внизу еще одна кофта.
Агеластос сделал глубокий вдох и лбом прикоснулся к моему плечу. Я плохо соображала, но так отчетливо ощущала то, насколько сильно его тело сейчас было напряженно.
— Ты, как подарок, завернутый в несколько упаковок, — голос еще более хриплый. — Но хочется раскрыть тебя поскорее.
От этих слов я густо покраснела и, в тот же момент, они стали тем, что частично прояснило сознание, ведь практически открыто давали понять, к чему все шло.
 
— Я… Не нужно, — прошептала. Качнула головой, пытаясь прогнать дымку, застилающую разум и приподнялась на локтях.
Кириан тоже отстранился, после чего посмотрел мне в глаза. Держа одну ладонь на моей талии, немного сильнее сжал ее.
— Боишься?
— Нет, — солгала. На самом деле, действительно боялась. — Просто не хочу. Не с тобой.
— А с кем? — Агеластос опять повалил меня на кровать и навис сверху уже теперь обеими руками упирался в кровать по обе стороны от моей головы.
— Не твое дело, — буркнула. Тело все еще горело и из-за этого каждая мысль давалась с огромнейшим трудом.
Взгляд его голубых глаз стал колючим. Практически истязающим. Наклонившись ко мне, Кириан на ухо сказал:
— Твоим первым буду я.
— Ни за что, — фыркнула, но больше ничего сказать не смогла. Кириан поцеловал так, что губы начало покалывать и все мысли тут же разорвались в клочья.
Поддев пальцами ткань пижамной кофты, он и ее потянул вверх. Я протестующе завозилась, а Агеластос вновь поцеловал. Нет, отнюдь не успокаивающе. Наоборот, он еще больше распалял.
— Я не дойду до конца.
— Я бы и не позволила.
— Все еще хочешь сопротивляться мне? — Кириан прикусил мочку моего уха. — И в тот же момент ты так сладко дрожишь.
* * *
И вновь я убеждалась в том, что эта ночь была странной. Для меня она стала чем-то наподобие отдельной жизни, перечеркивающей многие мои прежние убеждения. Переворачивала все с ног на голову.
Я еще долго не хотела выходить из ванной комнаты. Очень много времени стояла под теплой водой, но все никак не могла смыть с себя ощущение прикосновений Кириана. Он не дошел до конца, но, стоило мне вспомнить о том, что происходило между нами, как щеки тут же начало обжигать адским пламенем смущения.
— Ладно, Чара, успокойся, — прошептала сама себе, но так же уловила ироничную мысль, твердящую о том, что, несмотря на то, что я сразу же смыла с себя его пот, запах и другие следы, мне до сих пор казалось, что я была полностью покрыта Кирианом.
Закрыв глаза, я сделала несколько глубоких вдохов, после чего вылила на себя чуть ли не всю бутылочку геля для душа.
Наверное, если бы была возможность, я бы до утра просидела в ванной, но я прекрасно понимала, что Кириан все еще был в моей спальне и мне не очень сильно хотелось оставлять его там одного.
Одеваясь, я заметила, что не взяла с собой спортивный лифчик, в котором обычно ходила по дому и даже спала. Наверное, оставила его в спальне. Думая об этом, я еще сильнее покраснела, стараясь не вспоминать о том, насколько быстро выбегала из своей комнаты, пискнув о том, что мне нужно в душ.
Надев пижаму, я закрыла лицо ладонями и опустила голову. Некоторое время стояла так, а потом, кое-как собравшись с мыслями, поплелась обратно к себе. При этом, с облегчением заметив, что Хтония и папа все еще спали. Дверь в их комнату все так же была плотно закрыта.
Зайдя в свою спальню, я закрыла дверь и оглянулась. Подумала о том, что было бы хорошо, если бы оказалось, что Агеластос уже ушел, но, с другой стороны, при мысли, что он мог это сделать, на душе стало как-то тяжело.
И, все-таки увидев Кириана, я почему-то ощутила облегчение. Хотя, тут же захотелось отругать себя за это.
Агеластос уже надел штаны, но футболку проигнорировал и сейчас, как ни в чем не бывало, лежал на кровати. Смотря на него вообще можно было подумать, что это его комната.
— Ты долго.
Кириан обернулся ко мне, а я тут же скосила взгляд в сторону. Черт возьми, я вообще не могла смотреть на него. Создавалось ощущение, что, если я это сделаю — точно сгорю от смущения.
 
— Тебе пора уходить, — сказала, все так же не смотря на Агеластоса.
Сколько раз я за эту ночь прогоняла его? И все безрезультатно. Эта попытка тоже оказалась провальной. Агеластос взял меня за запястье и потянул на кровать, из-за чего я плюхнулась на матрас.