Первый... (СИ)

— Зачем ты все это делаешь и говоришь? Чего добиваешься? — я вновь ударила его в предплечье. — Решил поиздеваться надо мной уже таким образом?
— Да, проклятье, я издеваюсь. Над тобой и над собой. Ловлю от этого гребанный кайф, — Агеластос рыкнул и, поддев пальцами мой подбородок, заставил приподнять голову, после чего вновь набросился на губы, прикусывая нижнюю и опять целуя. — Откуда у тебя такой бред в голове? Твою мать, я тебя целовать хочу, а не издеваться.
Я засопротивлялась и вновь раз за разом ладонями била в его торс, а он все равно целовал. Прижимал к себе. В этом противостоянии и нашей близости можно было сгореть, из-за чего кровь вскипала и, в очередной раз пытаясь отстраниться от Агеластоса, я прошипела:
— Считаешь, что я поверю в то, что понравилась тебе, как девушка? Я не такая идиотка, как те дурочки, которые бегают за тобой.
Неожиданно для меня Кириан остановился и, немного отстранившись, посмотрел мне в глаза. Его зрачки сейчас были расширенны, а глаза затуманенные, но взгляд все равно пробирал до дрожи.
— Глупая ты.
Я стиснула зубы, собираясь высказать в ответ Агеластосу парочку грубых фраз, но в голове было настолько пусто, что я просто не могла подобрать слов и, пока делала это, Кириан пальцами сжал мой подбородок, после чего сказал в губы:
— Вроде такая сильная, а себя недооцениваешь.
Я не сдержалась и фыркнула.
— Я смотрю на ситуацию реалистично. Поэтому проваливай к своим куклам.
Лично для себя решив, что разговор закончен, я попыталась отодвинуться в бок и спрыгнуть со стола, но Агеластос не дал. Вновь коротко поцеловал, а потом, прикасаясь своими губами к моему уху, сказал:
— Теперь ты моя кукла.
Слова вызвали во мне удушающий гнев, но от голоса Кириана, по телу пробежалась дрожь и кожу начало покалывать. Этот дикий и крайне противоречивый коктейль эмоций перемешался и наполнил сердце. Еще немного и я просто взорвалась бы.
Но неожиданно Кириан отстранился. Подхватил меня под бедра и помог слезть со стола. Вернее, просто приподнял и поставил на пол.
— И что это такое?
— Пытаюсь быть внимательным к тебе.
— Это жутко странно. Агеластос, лучше верни свой сволочизм и проваливай.
Кириан вообще не обратил внимания на мои слова. Вместо этого он пошел к моей кровати. Сел на ее край и, опираясь спиной о стену, взял пульт, после чего включил телевизор.
— Я тебе сказала не приближаться к моей кровати, — прошипела сквозь плотно стиснутые зубы.
— Мы теперь встречаемся. Имею право.
— Чего? — у меня аж глаза заболели, настолько широко я их раскрыла.
— Отношения и все такое. Все по правилам. Верно?
— Ничерта не по правилам. Я не соглашалась быть твоей девушкой.
— Я и не спрашивал твоего согласия.
У меня задергался глаз. Из-за такой наглости я даже не знала, что сказать. Несколько секунд неотрывно смотрела на Кириана и мысленно перебирала разнообразные фразы, которыми могла бы высказать все, что думала касательно этой ситуации, но из-за гнева и негодования сознание пылало и сосредоточиться на каких-либо фразах казалось непосильным трудом.
Агеластос тем временем лениво и без особого интереса переключал каналы, пока не включил какой-то фильм. Очень старый. Наверное, снятый еще в восьмидесятые.
— Посмотри со мной фильм и я уйду.
Я удивилась такому предложению, но сразу же качнула головой и сказала:
— Нет.
Кириан пожал плечами и перевел взгляд обратно на экран. Я некоторое время топталась на месте и пыталась придумать, как мне все же выгнать Агеластоса, но, в итоге не придумав ничего нормального, я обреченно вздохнула и пробормотала:
— Хорошо. Но сразу после фильма уходи.
Стараясь держаться как можно дальше от Кириана, я села на противоположный край кровати. Подложила под спину подушку и сказала:
— Только ко мне не приближайся. Иначе, клянусь, я буду кричать, — наверное, угроза прозвучала совсем неубедительно. Особенно, если учесть то, что Кириан меня до этого целовал, а я даже не пискнула.
Да и Агеластос на эти мои слова вообще никак не отреагировал.
 
Некоторое время я была очень напряжена, ведь ожидала подвоха. Тем более, моя кровать была совсем небольшой и, несмотря на то, что мы с Кирианом сидели на разных краях, мне казалось, что Агеластос был слишком близко.
Но со временем я все-таки успокоилась и даже присмотрелась к сюжету фильма. Прошло еще немного времени и я уже была готова согласиться с тем, что он был интересным. Даже имел особую атмосферу.
Еще через полчаса гнев и негодование постепенно отошли на второй. Затерялись там и скрылись. Вместо них появилось ощущение спокойствия, через время дополняющие атмосферу этой ночи.
Полумрак комнаты и еле слышные голоса героев фильма, идущих по «пузатому» телевизору. А еще чувство, что все так, как должно быть.
— Я сейчас приду, — когда началась реклама, я встала с кровати и очень тихо поплелась на кухню. Вернулась с тарелкой, на которой лежали приготовленные мной сэндвичи. Ее поставила между мной и Кирианом.
Просто мне захотелось есть, но не буду же я одна уплетать ночной перекус. Вот только, Агеластос сразу не обратил никакого внимания на тарелку, из-за чего я пододвинула ее ближе к парню и сказала:
— Ешь.
Агеластос наконец-то заметил сэндвичи и взял один из них.
— Спасибо.
У меня чуть челюсть не отвисла. Оказывается Кириан знает такое слово, как «Спасибо». Эта ночь не переставала удивлять.
Реклама была закончена и сэндвичи съедены. К этому моменту я уже полностью расслабилась и, сладко потянувшись, невзначай, обмолвилась, что была бы не против от еще какой-нибудь вкусной еды, но это или в магазин или готовить.
— Есть доставка, — сказал Кириан. — Ты чего хочешь?
— Ничего, — буркнула. — Еще не хватало, чтобы доставщик пришел и тут всех разбудил.
— Еду можно заказать к подъезду, а не к квартире.
— Все равно я ничего не хочу, — солгала, а потом задумалась и поправила себя: — Хотя, я не отказалась бы от пиццы.
Кириан кивнул и тут же через какое-то приложение сделал заказ.
Ко времени, когда должен был приехать доставщик, Агеластос надел свою кофту и кожанку, которая, оказывается, лежала у меня на коробках с еще не разобранными вещами.
На самом деле, я хотела закрыть дверь и окно как только Кириан выйдет из квартиры и именно по этой причине согласилась на доставку к подъезду, но Агеластос, будто прочитав мои мысли, сказал, чтобы я тоже одевалась. В итоге, к подъезду мы вышли вдвоем.
Мой план провалился, но сильного сожаления по этому поводу я не испытывала, ведь, в итоге, все было не так плохо. Мы действительно просто смотрели фильм и к тому же Агеластос собирался угостить меня пиццей. Пусть будет, как компенсация за его грубое поведение. Хотя, тут одной пиццы будет очень мало. Нужно минимум тысячу.
— Где он? — спросила, пытаясь в темноте двора рассмотреть доставщика.
На улице было прохладно, а я оделась не так уж и тепло, из-за чего то и дело переступала с ноги на ногу и уже начала дрожать. Вот только, почти сразу на мои плечи упала кожанка Кириана. Взяв меня за руку он развернул к себе лицом и, пробираясь руками под куртку, обнял за талию, после чего прижал к себе.
— Что ты делаешь? — я тут же запротестовала.
— Грею.
— Мне было не холодно.
— Как скажешь.
Я фыркнула и недовольно нахмурилась, стараясь скрыть то, что сейчас мне было по-настоящему хорошо. Агеластос действительно согревал. Да и в настолько ночное время во дворе было жутковато, а в руках Кириана было совершенно не страшно.
Но я все равно попыталась сопротивляться. Вот только, очередной протест утонул в новом поцелуе. Коротком, но по своей сути безумном и от этого прикосновения губ стало действительно жарко.
 
— Агеластос… — прошептала, ладонями упираясь в его торс, но не отталкивая. По телу пробежали разряды тока. Они взрывались и щекотали, делая меня слабой. Какой-то податливой. — Прекрати…