Ты волшебник, Гарри! (СИ)

Гарри вздохнул, а Васильев продолжил:
— Понимаешь, мы не просто так за тобой приглядываем. Император очень заинтересован, чтобы ты вырос и полюбил свою родину. Большинство твоих... коллег по силе были крайне... трудными. А ты... Ты отличаешься, Гарри. Ты другой, и у нас были вполне обоснованные опасения, что ты можешь стать таким же... проблемным, — тщательно подбирая слова, начал рассказ мужчина. — Да, у нас есть отличные примеры в истории, когда даже проблемные некроманты были на стороне империи.
— Вы про Василия Мрак?
— Да, про него. Но в истории нашей родины есть и примеры, когда наши же некроманты становились предателями, убийцами и посягателями на императорский трон. Один Максимилиан Горбунов чего стоит.
— Сильно напортачил?
— Сильно. Горбуновых больше не существует, а имя его вычеркнуто из всех исторических источников, — кивнул мужчина. — А теперь представь, что вместо мстительного и агрессивного некроманта у нас появляешься... ты. Понимаешь? Некромантов мало того что немного, так они еще и очень проблемы сами по себе. Вот поэтому вокруг тебя и завертелось.
— Скажите... А вокруг меня много... Ваших людей?
— Ты даже не представляешь сколько, — хмыкнул Васильев. — Дядя Женя из наших «серых кардиналов».
— В смысле он на вас работает? Он что-то, типа шпиона?
— Нет. Просто... сотрудничает. А мы продвигаем его работы среди знати. Мы, так сказать, взаимовыгодно сосуществуем. Даже парочку заговоров мелких раскрыли вместе.
— Вот как... А кто еще?
— А тебе это обязательно знать? — с усмешкой взглянул Васильев на Гарри.
— Спрошу по-другому. Боря и Катя, они из ваших?
— Мусаевы спокойно сотрудничают, но строго в определенных рамках. А вот семья Кати... Не считается неблагонадежной. Мы за ними присматриваем, но к сотрудничеству не привлекали.
Гарри тяжело вздохнул, почесал подбородок и спросил:
— Петр?
— Нет.
Гарри вздохнул, помолчал несколько секунд, после чего произнёс:
— Я не враг... Не враг своему государству и власти. Я пока не сильно понимаю всех хитросплетений, но очень хотел бы... Чтобы от меня поменьше скрывали.
— Понимаю, — кивнул Васильев.
— И у меня есть вопрос, который меня мучает.
— М-м-м-м?
— Зачем? Зачем я государству? И зачем рода хотят затянуть меня к себе? Что такого в некромантах, кроме редкости?
Васильев хмыкнул.
— Хороший вопрос, Гарри. Чтобы на него ответить, надо... Надо обратиться к технологии. Военной технологии. Понимаешь, Гарри... Вот, хотя бы мои часы, — кивнул мужчина и снял их с руки. — Посмотри. Видишь руны?
— Да.
— Так вот. Эти часы очень хорошо защищают от магии огня. Понимаешь?
— Да.
— Есть магические способы защиты, есть активные артефакты-щиты. И можно легко защититься от магии стихий. А есть еще и технологичные способы. Сейчас есть материалы, которые отлично препятствуют поражению огнем. Проще говоря, «атермическая броня». Такую ни огнем, ни льдом толком не взять. Есть способы защититься от взрывов и тому подобное. От магии земли неплохо помогает хорошая бронетехника. При определенной доработке она же справляется и с магией воды.
— Технологии научились противостоять магии, — кивнул Гарри.
— Да, и так со всеми стихиями. Всеми, кроме одной, — Васильев выразительно взглянул на парня.
— Технологии не могут защитить от силы смерти?
— От прямого заклинания смерти не может защитить ни одна технология. И если защитная магия и артефакты худо-бедно держат такой удар, то ни одна технология не справляется и не может защитить от силы смерти.
— Почему?
— Потому что твоя сила разрушает непосредственно живое. Какая разница, какой доспех на человеке, если он не может остановить силу смерти, понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Гарри. — Человек под доспехом все равно живой.
— Вот поэтому некроманты, помимо того, что очень сильные усилители других даров и крови рода, самое главное и ужасное оружие. Ни одна война с некромантом не продлится долго. Противники рано или поздно просто передохнут.
— Я многое думал, но... неожиданно, — произнёс начинающий некромант. — Теперь хотя бы понятно, почему меня пытались убить.
 
Васильев вздохнул.
— И понятно, что кто-то хочет войны с нами. Иначе бы меня не пытались убить.
— Это верно, — кивнул мужчина.
— Но... почему тогда в армии не используют амулеты?
— Почему же не используют? Используют, но ты видел, сколько стоит хороший амулет, способный защитить от боевого заклинания?
— Когда военные начали считать деньги? — вопросом на вопрос ответил молодой некромант.
— Ну, вот тут ты прав, — улыбнулся агент тайного сыска. — Каждый офицер в армии имеет по штату один защитный амулет. И он рассчитан на пару ударов всеми стихиями. Даже смертью, но... ты понимаешь, что их надо перезаряжать?
— Это можно как-то решить, — нахмурился Гарри.
— Все так думали, но практика показывает, что амулеты заканчиваются через пару недель боевых действий. Из-за того, что маги не только занимаются защитой, но и участвуют в выполнении атакующих операций, запасы эргов в войсках тают, как снег в пустыне. Нет достаточно емких хранилищ для эргов, нет логистики, как обеспечить подразделение силами. В общем... В какой-то момент стало понятно, что на одной магии войны не выигрываются. Хорошим примером тут была Японо-Китайский конфликт. В этом последнем большом конфликте выиграла не магия. Выиграли пушки, артиллерия и отчаянность японских вояк.
— Тогда ведь Китай выиграл, — нахмурился Гарри, изучавший историю.
— Да, но в основном из-за отчаянных операций японцев. Если бы они играли от обороны и затягивали конфликт, то победой Китая результаты той войны назвать было бы сложно.
Гарри задумчиво хмыкнул и взглянул на Васильева.
— А вы сюда пришли... для чего?
— Я предлагаю тебе полную помощь и содействие в развитии дара. Я и раньше выступал за то, чтобы тебе помогали, а не сдерживали и контролировали.
— А взамен?
— Клятва в верности Российской Империи и обещание не устраивать больше... экстраординарных «шалостей».
Гарри откинулся на спинку лавочки и задумчиво хмыкнул.
— Что? Сомневаешься в своей лояльности государству? — взглянул на него Васильев.
— Что? Нет конечно. Вы ведь не думаете, что я специально иногда... чересчур увлекаюсь... иногда «шалю»? Так просто иногда выходит.
Агент тайного сыска вздохнул.
— Нет, ну серьёзно, я понятия не имел, что делал с воздухом и тьмой в промзоне. И да, я расчитывал, что ту бедную жабу порвет от силы внутри нее, и будет просто хлопок, а не огненная комета над городом. Понимаете? Я просто пробовал, экспериментировал...
— И порой громко ржал при этом.
— Но согласитесь, лягушка, из задницы которой рвётся огненный протуберанец, отправляющий её в хаотичный полет — зрелище довольно забавное, — пожал плечами Гарри.
— Да. Этого не отнять, — улыбнулся Васильев, помолчал несколько секунд, а затем уточнил: — То есть на клятву верности силой ты в принципе готов?
— Да, — пожал плечами парень. — Политика — не моё. Мне не интересно и не хочется лезть в эту грязь. Уезжать в другую страну... зачем? Не думаю, что я смогу добиться лучшего положения в какой-либо другой стране. Да и я бы вообще с удовольствием занялся медициной. Мне это как-то ближе.
— Понимаю, но увы. Университет тебе придется закончить на боевом факультете. Объяснять почему надо?
— Нет. И так понятно, — вздохнул парень.
— С родом определился?
— Почти.
— Если это не княжеский род, то возражения или пожеланий по его выбору у нас нет... Что же. Я периодически буду с тобой встречаться, по необходимости. До свидания, Гарри.
Васильев поднялся и уже собрался уходить, но его остановил вопрос Гарри:
— Слушайте, это ведь не сложно. Почему вы постоянно меня динамите?
— В смысле? О чем ты?
— Я о трупах! Хотя бы парочку бомжей! Я же видел их! Неужели так сложно достать труп?