Ты волшебник, Гарри! (СИ)

— Нет. Секретарь отписывается стандартной отпиской, — покачал головой Борис. — К телефону он не подходит. За все отвечает поверенный. На приёмы не ходит.
— Что хоть за городок такой? — хмуро спросил Гарри.
— Мелкий городок, основанный родом. Называется «Мертвая лощина».
— Какое говорящее название, — хмыкнул Гарри.
— Поедешь туда?
— Да. Придётся, — вздохнул начинающий некромант.
Друзья почти минуту шли молча, пока Борис всё же не спросил:
— Думаешь, это местные рода тогда постарались?
— Не знаю, Борь. Сомнительно, что они пошли против императора.
— С чего ты решил, что императору это интересно?
— С того, что вон та чёрная машина принадлежит тайному сыску имперской канцелярии. А вон там, за столиком в кафе, видишь мужчину в сером пиджаке?
— Ну... да.
— Он за мной наблюдает. Я его то в кафе, то на улице на лавочке, то ещё где вижу. Раньше редко видел, а сейчас почти каждый день. Думаю, после того боя у них людей мало осталось. Вот и служит... на две ставки.
— Я его раньше не замечал.
— Раньше мы с тобой Рожевых поблизости постоянно видели. Эти появлялись, только когда я один. Вот я и думаю, если это рода наши устроили, то получается, против императора пошли. Если это не наши, то кто-то очень не хочет, чтобы я в этой стране был.
Боря вздохнул.
— В любом случае надо быть начеку.
— Я тут мимо школы проезжал, — задумчиво произнёс друг. — Там ремонт капитальный. Перестраивают всё и перекапывают. То ли трубы меняют, то ли...
— Новую систему безопасности делают, — вздохнул Гарри.
— Мда... — вздохнул Борис. — Ты, кстати, обещал что-то придумать.
— Есть одна мысль, — кивнул парень. — Помнишь, дядя Женя нам капельку стекла показывал?
— Помню.
— Я тут... в общем, почитал те книги, что передали Рожевы. Есть интересный коэффициент Грюнера. Немец был такой. Там таблицы по нему были, и я долго мучался, чтобы понять: о чем там вообще разговор.
— Сложно?
— Не очень, но суть в том, что мне базовых понятий не хватает, — вздохнул Гарри. — В общем и целом, у сил есть свой коэффициент взаимодействия, который влияет на общий результат.
— Усиливает что ли?
— Нет. Я бы сказал... меняет и меняет эффект, — задумчиво произнёс Гарри. — Помнишь, мы шары надували магией смерти и воздуха?
— Ядовитый гриб и дождь из дохлых ворон? Такое забудешь, — хмыкнул пиромант.
— Так вот, ты не задумывался, почему он зелёный был? Почему не... черный или серый? Это как раз и вычислял Грюнер. Дело там не совсем в цвете, а в том, что воздух, насыщаясь тьмой, приобретал ядовитые свойства. Я же потом смотрел этих ворон. Ощущение, что получился... своего рода нервно-паралитический газ.
— Так, а задумка твоя в чём?
— В общем... почитал я те таблицы и заметил интересную вещь. Это ещё проверить, конечно, надо, но... Сила тьмы и света по этим таблицам в концентрированном виде взаимно отталкиваются.
— Как магниты?
— Да. Я тут думал попробовать сделать что-то, типа вечных часов, но... В общем, сила света, оказывается, в концентрированном виде быстро рассеивается в виде излучения света. А чтобы ее удерживать в сжатом концентрированном виде требуются фиксаторы. А фиксаторы делаются как раз по тому же способу, что мы видели у дяди Жени.
— Это типа той капли?
— Да. Причём обязательное наличие двух стихий, чтобы удержать концентрированную силу света.
Боря тяжело вздохнул, почесал голову и спросил:
— Я так и не понял, что ты задумал.
— Смотри, — Гарри скинул рюкзак, достал оттуда тетрадку по этикету, надел рюкзак и открыл последнюю страницу. — Это примерная схема.
Начинающий пиромант приподнял бровь и взглянул на схему.
— Это... похоже на бокал для мартини.
— Да. Но подумать нам придётся крепко, — кивнул Гарри. — Стекло — два стихии. Воздух и огонь. Они будут удерживать свет.
— А тьма где?
— Некрокристаллы, — улыбнулся парень и достал небольшой, размером с половину ногтя мизинца, антрацитово-черный кристалл. — Вчера ночью смог доделать.
— И что должно произойти?
 
— По идее... По идее, когда мы сделаем артефакт, некрокристалл будет левитировать над бокалом. Но я еще не особо представляю, как нам стекло насытить вашей силой и какое оно получится.
— Вопроса два, — задумчиво произнёс Борис и оглянулся. Убедившись, что рядом никого нет, он прошептал: — Первый вопрос — не ёбнет?
Гарри огляделся.
— Слушай, не должно, — пожал плечами он. — Я ещё попробую проверить, но в сети такой информации нет. Если у тебя есть книги по артефакторике — с удовольствием покопаюсь. Но, вроде бы, не должно. В таблицах Грюнера стоит показатель в минус семь по физическому взаимодействию.
— Я спрошу у отца, но... вряд ли. Нам бы у какого-нибудь артефактора спросить?
— Если нам артефактор будет помогать, то где кайф от самостоятельных расчётов?
— Тоже верно, — вздохнул Боря.
— Слушай, что за второй вопрос?
— Второй? Где ты собираешься брать столько света? Там же объемы будут приличные.
— Вот тут, кстати, тоже засада, — вздохнул Гарри. — Я думал эрги с налогов продаются.
— Государство всё покупает. Частный оборот запрещен.
— Да, я читал в сети, но мне до сих пор не понятно, как артефакты работают.
— Так им отдельно выдают лицензию на покупку эргов, но им продавать запрещено. Только покупка и использование.
— Вот. Я поэтому и подумал, что надо искать кого-то с сильным даром света.
— Уже есть кто-то на примете? — покосился на друга Борис.
Гарри тяжело вздохнул и обреченно произнёс фамилию:
— Наумова.
Боря взглянул на друга, словно тот обречён на тяжелые муки, и произнёс:
— Катя тебя убьёт.
* * *
Гарри подходил к подъезду, погруженный в тяжелые думы о пытках, которые устроит Екатерина, которой он объявит, что для их подобия артефакта будет необходима Наумова.
Погруженный в раздумья, он не заметил человека на лавочке у подъезда. Когда он подошёл уже к двери входа, то услышал знакомый голос:
— Здравствуй, Гарри. Не торопись. Надо поговорить.
Парень обернулся и обнаружил, что человек, сидящий на лавочке, никто иной, как тот самый Васильев.
— Вы? — вскинул брови мальчишка.
— Да. Присядь, поболтаем немного. Мне нужно многое тебе рассказать прежде, чем ты зайдёшь домой.
Гарри огляделся, заметил один из автомобилей тайного сыска и хмыкнул. Присев рядом с человеком, он кивнул:
— Слушаю вас.
— Гарри, я смог продавить начальство, — произнес он. — Высшим руководством было принято решение изменение политики в работе с тобой.
— Надо же, — хмыкнул начинающий некромант. — Я чья-то работа.
— Зря ты так. Много людей задействованы, чтобы обезопасить тебя. Тут работает не одна сотня людей, чтобы ты мог спокойно ходить по улицам, посещать школу и дурачиться.
— Вы про нападение?
— И не только. Последнее покушение стоило жизни пятерым сотрудникам и следователю, что вел тебя.
Гарри тяжело вздохнул.
— Мои соболезнования, — буркнул он. — И кто теперь «приглядывает» за мной?
— Я. Меня назначили твоим куратором, — вздохнул Васильев.
— А, что за изменения в политике партии? — спросил Гарри. — Меня закроют в каком-нибудь неприступном замке?
— Нет. Мы больше не будем играть с тобой в тёмную и оставлять в неведении. Начальство согласилось, что ты имеешь право знать, что происходит. Тем более, ты в любом случае рано или поздно узнаешь.
— Я вас слушаю, — сложил руки на груди Гарри.
— Не буду вдаваться в подробности, но как ты уже, наверное, понимаешь, кое-кто не хочет усиления Российской Империи. Настолько, что не считается с потерями очень профессиональных и подготовленных специалистов.
— Вы про покушение?
— Да. Там были серьёзные профи и снаряжение у них было такое, про которое я даже не слышал. И они прибыли сюда по твою душу.