Нужный враг (СИ)

— Отчасти правы, — пробормотала я.
Вожаку надоело первым.
— Взять, — он даже голоса не повысил.
Лексий оскалился и бросил, не оборачиваясь:
— Вер, Искра, идите в дом.
— Никуда я не пойду, — возразила, вытаскивая меч.
— Искр-р-ра!
Марв меня подери! И вот так бездарно? Не на старосте лет, не в битве, а от кучки зарвавшихся псов? Волк тут Лексий, а это шавки.
Оборотни растянулись шеренгой, понемногу тесня нас к дому. Я крепче сжала рукоять, потеснив Вера вклинилась между ним и Лексием.
Вдруг что-то изменилось. Оборотни замерли, смешались, а вожак и вовсе уставился в одну точку.
Замер и Лексий, медленно опустивший меч. Тут я догадалась проследить за его взглядом.
Человек появился неоткуда. Я зуб даю, что еще пару минут назад его там не было. Было только заходящее солнце.
Обычный воин — куртка, под ней кольчужка, меч на поясе, за спиной лук. Чего они на него так пялятся?
Тут до меня дошло. Ма-а-ать моя! Он же светится! Это не солнце, это он сам! Мало нам менестреля, еще одна легенда бредет, судя по всему. Хотела бы я знать — он за наших или за ваших?
Вожак в священном ужасе рухнул на колени. За ним попадали приближенные.
— Пресветлый Стрелок! — завыл оборотень, — не гневайся!
Мне показалось, в глазах «Пресветлого» мелькнуло отвращение. Так, уже интереснее.
— Встань.
Он не просил, не приказывал. Он повелевал. Управлял.
Вожак вскочил, как ужаленный и преданно уставился на воина.
— Ты нарушил закон стаи. Ты посягнул на чужое.
— Я…
— Молчи! Тебе слова не давали.
— Что это за хня? — шепотом спросила я у Вериана.
— Покровитель и божество оборотней.
Я замолчала и уставилась на Лексия. Как всегда, спокойный оборотень, покосился на меня, но ничего не сказал.
— Убирайся. У тебя две минуты. И чтоб близко тебя и твоей стаи здесь не было.
Вожак попятился, что-то бормоча, остальные потянулись за ним.
Стрелок дождался, пока они скроются из виду и повернулся к Лексию. Дальше стало еще интереснее. Лексий неторопливо воткнул меч в землю и медленно опустился на одно колено, положив ладони на гарду. Только в этой позе не было ничего постыдного, как у вожака, скорее дань уважения.
Красивую картину портило одно — ухмылка Пресветлого.
— Встань. Еще не хватало этих театральных эффектов.
Лексий ошарашенно глянул на воина, но поднялся.
— Неужели правда так девица дорога, что против дюжины пошел бы? Не проще было согласиться? Девок много.
— Слушай, может ты и божество, — влезла я, — , но наши отношения тебя трогать не должны?
Ну, а что? Мой оборотень, только я могу его подкалывать, мучить и дразнить.
— Какая маленькая, а какая воинственная!
Я пожала плечами.
— Приперся какой-то светящийся, словно новогодняя елка, мужик, докопался до моего оборотня, что мне, молчать? Нет, спас, конечно, спасибо…
Пресветлый хмыкнул, но не выдержал и рассмеялся.
— Дерзкая! Но это хорошо.
Стрелок сделал жест рукой и сиять перестал. Зато я кое-что заметила.
— Твое?
Воин посмотрел на лежащую у меня на ладони монетку.
— Догадалась?
— Маскоты носят очень немногие.
— Значит в вас не ошиблись.
Я оглянулась на Лексия, словно застывшего и сжавшего рукоять так, что костяшки побелели. Везде-то ему опасность чудится.
— Неужели Эстрелл не проговорился? — прищурился Стрелок.
— У тебя сговор с этим наглым менестрелем? — наглость несусветная, но меня несет.
— Искра… — на плечо легла тяжелая рука Лексия. Понял, что меня надо тормозить.
— Не мог девицу посерьезнее найти? — обратился к нему Стрелок.
— А я и не искал. Это она меня нашла.
— Судьба это называется, — хмыкнул стрелок, — пойдемте в дом, я к вам не чай пить пришел, а по делу.
* * *
— Помощь? — переспросил Лексий ошарашено.
— Ну да. Помощь. Посильную. Мы не боги, люди сильно приукрасили, но кое-что можем.
— Это какая-то особая магия? — спросил любопытный Вериан.
— Ария знает, что это, — пожал плечами сидящий напротив меня Стрелок, — Боги нас помиловали, неизвестно почему.
— А помогать нам тебе какой прок? — спросил Лексий, к которому я привалилась здоровым плечом.
 
— Сила. Зачем она Риену? Сильно я сомневаюсь, что он с таким запасом будет лютики-цветочки растить. И неизвестно, что ему в голову взбредет, а наше предназначение — людей беречь. Лавия еще от прошлой войны не оправилась, хотя сколько времени-то прошло.
— Тридцать пять лет, — подсказала я, — это официально, а на деле — на границах еще полтора десятка лет воевали, да и на Севере неспокойно до сих пор.
— Откуда такие познания? — спросил Пресветлый.
— Ты забыл, кто был моим учителем?
— Ну да, — усмехнулся Стрелок, — сама ты там вряд ли повоевать успела бы.
— Только на Севере.
Даже Лексий уставился на меня огромными глазами, что уж о Вере говорить.
— Искра?
Я встретилась с оборотнем взглядом.
— Что? Против Пещерных и Горных ведьм.
Вериан даже рот открыл. Ну да. Жуткая была битва, даже песенку какой-то менестрель сложил. А я что? Я не одна там была. Так, в общей куче. Последний раз воевала, думала, может погибну, да и дело с концом. Нет, выжила еще и деньгами разжилась.
— Вот я думаю… — протянул Лексий, — почему я тебя еще там не встретил?
Вериан больше попыток закрыть рот не делал, а мы уставились друг на друга.
— Не время было, — сказал Стрелок, — так что?
— Дождемся отряд Академии и будем думать, — решил Лексий, — мы согласны.
— А как же про плату спросить? — улыбнулся Пресветлый, — или Искра объяснила?
Оборотень хмыкнул:
— У тебя ведь предназначение — людей беречь, — и поднялся вслед за Стрелком, я недолго думая откинулась к стене — ровно сидеть я не в состоянии.
Вернувшийся оборотень, глянув на это безобразие, поднял, уже привычным движением, меня на руки и утащил в спальню.
— Отсыпайся. Завтра думать придется, ой придется! — Лексий поднялся.
— Ты куда?
— Вампиренка воспитывать. Ты все равно уснешь сейчас, а я-то еще шататься буду.
— Посиди со мной… Потом уйдешь, — попросила я, даже не успев ругнуть себя за глупую просьбу.
— Подвинься?
Я послушно отодвинулась к стене, подождала, пока Лексий устроится рядом.
— Довольна?
— Угу.
Я подобралась ближе, уткнувшись носом в плечо Лексия и тут же почувствовала его руку на талии.
— Что ты только на Севере потеряла?
— Жить не хотела.
Он промолчал. И спасибо ему.
— Жаль, что я тебя раньше не нашел…
— Жаль, — искренне пожалела я. Раньше. Лет на триста. Тогда не было ни вражды, ни гонений альвов.
— Отдыхай. Или песенку спеть?
— А ты умеешь? — усмехнулась я.
— Я вообще талантливый, — в тон мне ответил Лексий, — вот только колыбельные уже лет двадцать не пел, разучился. Могу сказку рассказать, с этим проще.
Я потерлась носом о грубую ткань его рубашки и хмыкнула.
— А расскажи.
— Слушай. Жила-была одна очень красивая рыжая ведьма, — тихо начал Лексий, — жила-жила и нашла недобитого оборотня. Нашла и помереть ему не дала. А оборотень взял и влюбился…
— Так прямо сразу?
— Ага. Как глаза открыл — сразу влюбился. Вот понял это не сразу.
— Врешь ты все, — усмехнулась я.
— Не вру, а привираю. Вообще, не мешай мне в любви признаваться, вредная ведьма!
— А ты признаешься? — изумилась я.
— Так, все! Спи! — засмеялся оборотень.
— Ты что?! Ты же нарушил мой душевный покой! Я ведь не засну!
— Искра!
Откровенно смеющиеся глаза оборотня я в темноте хорошо различала.
— О чем вы с Пресветлым так долго разговаривали?
Да, я мастер неожиданных вопросов.
— О жизни.
— А подробнее?
— Зачем тебе?
— Не уходи от ответа.
Лексий вздохнул.
— Он опасается, что маги на их помощь не согласятся.
— Согласятся, они ведь не идиоты. Да и вряд ли кто-то захочет видеть королем Лавии Риена. Кстати… Раз уж такая пляска, то кто еще? Эстрелл, Пресветлый, а еще? Какая легенда завтра еще появится?