Усмиритель душ (СИ)
Шэнь Вэй потерял дар речи.
Его сердце, только что колотившееся где-то в горле, опустилось на место, болезненно ударившись о грудную клетку.
— Иди сюда и задержи их, — попросил Юньлань. — Меня зовёт это дерево, и я должен ответить. А может и Кисть Добродетели сумею добыть. — Его рука прошла сквозь кору, и шагнув вперёд, он вдруг развернулся к Шэнь Вэю и добавил: — Вернёшься первым — дверь не закрывай и оставь свет в коридоре. Люблю тебя.
И с этими словами Чжао Юньлань исчез внутри священного дерева.
Примечание к части [1] Арха́т (от санскр. अर्हत् — достойный; или пали арахант) — в буддизме человек, достигший полного освобождения от клеш и вышедший из «колеса перерождений»; верующий, вступивший в четвёртое отделение пути ко спасению и ещё при жизни достигший неполной («дживанмукти» веданты — «искупление при жизни») Нирваны, то есть совершенного, высшего состояния человеческой души, характеризуемого абсолютным спокойствием, отсутствием всяких страстей и эгоистических движений; буддийский святой. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D1%80%D1%85%D0%B0%D1%82_(%D0%B1%D1%83%D0%B4%D0%B4%D0%B8%D0%B7%D0%BC)
[2] Сунь Уку́н (кит. трад. 孫悟空, упр. 孙悟空, пиньинь Sūn Wùkōng) — китайский литературный персонаж, царь обезьян, известный по роману «Путешествие на Запад» У Чэнъэня. Как и Нэчжа, является одним из наиболее популярных образов трикстеров в культуре Восточной Азии. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%83%D0%BD%D1%8C_%D0%A3%D0%BA%D1%83%D0%BD
[3] ”Три тела” или “три червя” — в китайской мифологии демоны, живущие внутри человеческого тела и желающие приблизить смерть своего носителя. Предположительно, эти потусторонние паразиты даны человеку от рождения и располагаются в трёх его энергетических точках: в голове, в груди и в животе. После смерти носителя, три червя освобождаются из плена и превращаются в злых духов.
Глава 74.
После исчезновения виновника торжества, Шэнь Вэй методично зачистил вершину горы Куньлунь от нашествия призрачных зверей. Вскоре от отряда, который привёл за собой судья, почти ничего не осталось — только пара демонов помогала судье подняться. Тот явно хотел бы что-то сказать, но не решался приблизиться.
Шэнь Вэй поманил к себе Да Цина и мягко объяснил:
— Спускайся, я отнесу тебя домой.
Да Цин забрался к нему на плечо. Шэнь Вэй был сложен приблизительно так же, как Чжао Юньлань, и его плечи были столь же удобны, но Да Цину всё равно было неловко обременять подобным Палача Душ, и он сжался в тесный клубок, вцепившись когтями в его чёрный плащ.
К тому моменту судья собрался с силами и слабо подал голос:
— Ваша Честь…
Шэнь Вэй убрал за спину свою глефу и ровно произнёс:
— Лучше убирайся, пока я не разозлился.
Небо над их головами, наконец, прорезали задержавшиеся лучи рассвета.
Когда Шэнь Вэй добрался до квартиры Чжао Юньланя, было уже за полдень. По телевизору репортёры жаловались на погодные аномалии этого утра и дружно пытались разгадать, что же за ними стоит.
Шэнь Вэю оставалось только одно: ждать у двери.
Он придвинул к ней небольшое кресло, сел и застыл без движения.
Да Цин потихоньку забрался на подоконник и улёгся там, словно статуэтка.
Через три или четыре часа, когда солнце уже почти село, телефон Шэнь Вэя дрогнул от входящего сообщения.
Точнее, целых трёх.
«Наконец-то, связь появилась! Со мной всё в порядке, скоро буду.»
Через минуту: «Блядь, позвонил мой начальник и приказал явиться на ужин. Не жди меня.»
И ещё через минуту: «Иди в постель, будь хорошим мальчиком.»
Да Цин спрыгнул с подоконника, почтительно обошёл кресло и собрался с силами, чтобы вежливо уточнить:
— Ваша Честь, прошу прощения… Это Хранитель вам пишет?
Шэнь Вэй кивнул:
— Он ещё занят, но скоро вернётся.
Вздохнув, Да Цин помедлил и произнёс:
— Тогда… Тогда, если вы не возражаете, я вернусь в офис.
Шэнь Вэй посмотрел на него сверху вниз, и Да Цин невольно опустил глаза в пол. Сейчас он очень старался забыть, как имел привычку отзываться о «профессоре Шэне» ранее.
— Можешь идти, — кивнул Шэнь Вэй.
Да Цин с облегчением выскользнул за дверь. Делить крошечную квартирку с Палачом Душ ему не понравилось: если бы не этот чёртов Чжао Юньлань, он бы сразу помчался в офис, где его ждал целый холодильник, набитый кошачьей едой.
А вместо этого пришлось половину дня провести в страданиях.
***
Ни на какой ужин Юньланя не звали. И вообще никуда не звали.
Отправив последнее сообщение, он принялся бездумно бродить по улицам города Дракона.
Обычно зимы здесь были морозными и сухими, но в этом году январь выдался снежным и туманным. Землю покрывала корка льда, и машины ездили по улицам с особой опаской. Большинство магазинов были уже закрыты, и даже пешеходов не наблюдалось: город казался сегодня почти заброшенным.
Чжао Юньлань выглядел так, словно не знал, куда ему податься. Глаза у него покраснели, а лицо было бледным и измождённым.
Когда у него в кармане зазвонил телефон, Юньлань принял вызов и хриплым голосом отозвался:
— Привет, пап.
— Надо же, — задумчиво произнёс голос на другом конце линии. — Почему я не мог дозвониться до тебя раньше?