Усмиритель душ (СИ)

 — Я приготовил то, что тебе нравится, но овощей тоже надо поесть. Не капризничай.
 Пламя, согревающее его изнутри, посветлело и окрасилось чудесным розовым, словно вишня, румянцем… Таким бывает небо на рассвете, когда солнце только-только всходит над горизонтом.
 Шэнь Вэй не стал отталкивать Юньланя, и тот прижался к нему ближе, покачиваясь влево и вправо вместе с его движениями. Просто стоял, молчал и слушал, как постукивает нож по разделочной доске, и в его глазах жила темнота: необъяснимая, но без тени печали.
 — Ты считаешь меня красивым? — спросил он внезапно, качнувшись вперёд.
 У Шэнь Вэя дрогнула рука, и он беспомощно покачал головой.
 — У тебя вообще есть хоть какие-то приличные мысли?
 — Приличные мысли… — Чжао Юньлань прочистил горло и старательно, словно ведущий в новостях, вопросил: — Дружище Шэнь Вэй, находите ли вы этого мужчину, что является истинным эталоном познания, первопроходцем в своём деле, и кому приходится претерпевать в этом мирном обществе ужасающие невзгоды, красивым?
 Шэнь Вэй ничего не ответил, только слегка улыбнулся и вернулся к своим овощам, нарезая их ровными аккуратными ломтиками: казалось, эта простая задача требовала от него полной концентрации.
 Но всё же в конце концов его голос мягко произнёс:
 — Для меня не имеет значения, красив ты или нет. Будь ты ужасен и с ног до головы покрыт жуткими язвами, это бы ничего не изменило.
 — Ты словно собрался делать мне предложение, — хрипло отозвался Юньлань. — Так трогательно.
 Пусть они были у себя дома и только наедине, кухня всё равно была не местом для подобных признаний, и Шэнь Вэй, смутившись, мягко отпихнул Юньланя от своего плеча.
 — Подвинься, я пожарю овощи. Посиди и постарайся мне не мешать.
 Чжао Юньлань послушно разжал руки и отступил назад, нащупав за собой холодную кромку раковины.
 — Могу ли я рассчитывать на твою искренность? — почти не задумываясь, спросил он, стискивая пальцы на холодном металле.
 У Шэнь Вэя закаменела спина.
 — Могу или нет? — повторил Юньлань.
 Не оборачиваясь, Шэнь Вэй глубоко вздохнул.
 — Я никогда не стану тебе лгать, — твёрдо пообещал он. — И никогда не сделаю тебе больно.
 Юньлань не отводил третьего глаза от его фигуры: наполняющий её свет постепенно выгорал, исчезая, словно затухающие огни яркого фейерверка. Сердце Юньланя отозвалось на это болезненной тоской.
 — Я тебе верю, — кивнул он.
 — Достаточно пары слов, чтобы ты мне поверил? — Шэнь Вэй резко обернулся к нему.
 Юньлань только улыбнулся.
  
 — Если ты так говоришь, то я тебе верю.
 Не в силах больше смотреть, как стремительно выцветает наполняющее тело Шэнь Вэя сияние, Юньлань отвернулся и притворился, что в этом разговоре нет и не было ничего серьёзного.
 — Где моё вяленое мясо, — пробурчал он, словно забыв о происходящем, и принялся шарить по кухонным ящикам, — точно где-то была упаковка…
 С этими словами он споткнулся о ручку метлы, оступился и едва не грохнулся на пол.
 Руки Шэнь Вэя были все в овощах, и он, не желая пачкать Юньланя, мгновенно оказался рядом и поймал его в объятия, не позволив упасть.
 Квартира эта была невелика, а кухня и того меньше: там едва ли хватало места одному человеку, а вдвоём они могли только замереть в одной позе. Юньлань накрепко вцепился в Шэнь Вэя, а тот, осторожно сдвинувшись, открыл воду и принялся мыть руки, положив подбородок Юньланю на плечо.
 Чжао Юньлань молчал и не двигался с места.
 Помыв руки, Шэнь Вэй осторожно погладил его по спине и попытался выдворить прочь.
 — Твоё мясо наверняка давно испортилось, забудь о нём. Лучше посмотри под столом, я купил свежую пачку. Если голоден, то можешь немного поесть, но лучше не сбивай аппетит. Ужин почти готов.
 Юньлань с улыбкой опустил голову.
 — Умираю с голоду. Но риса я не хочу.
 — И чего же ты хочешь? — спросил Шэнь Вэй.
 Юньлань мягко коснулся его подбородка и провёл кончиками пальцев вдоль челюсти до самого уха.
 — Тебя, — шепнули его губы, а взгляд пытливо заглянул Шэнь Вэю в лицо.
 Его незрячие глаза полнились тьмой, веки были полуопущены, а ресницы отбрасывали длинную дразнящую тень… Даже сейчас его ищущий взгляд полнился искренней, пылкой страстью.
 Об этот взгляд немудрено было порезаться, и он воспламенял изнутри: Шэнь Вэй ощутил, как идут трещины по пробитой броне его силы воли.
 Склонившись ещё ближе, Чжао Юньлань улыбнулся и глубоко вдохнул запах его шампуня.
 — Не нужно переживать, — прошептал он и поцеловал Шэнь Вэя в щёку, — только дай мне шанс, и я буду с тобой очень нежен…
 Шэнь Вэй без единого слова вздёрнул его на руки, уложил на диван и сбежал.
 Юньлань с наслаждением вытянул ноги и удручённо вздохнул: кажется, чтобы избавить Шэнь Вэя от одежды, действительно придётся устроить ему обмен кольцами и первую брачную ночь при свечах.
 ***
 К тому времени, как пришла пора ложиться спать, Юньлань уже весь извёлся, а Шэнь Вэй принял его беспокойство за скуку. Они оба были в постели; Шэнь Вэй устроился у изголовья и негромко читал Юньланю вслух, надеясь отвлечь его от невозможности развлечь себя самому.