Вождь пиратов (ЛП)

-  Последний шанс, -  заявил Канис. -  Соглашайся на мои условия и помоги мне выбраться отсюда в целости или сохранности, или смотри, как умирает Нерей. Выбирай. 
Телемах на мгновение застыл в нерешительности, разрываясь между спасением своего брата и позволением ненавистному врагу сбежать. Затем его плечи поникли, и он опустил фалькату.
-  Очень хорошо, римлянин. Я согласен с твоими требованиями.
- Хорошо.-   Канис кивнул пиратам по обе стороны от Телемаха. -  А теперь пусть твои люди приготовят лодку.
Герас пробормотал себе под нос проклятие, но взгляд Телемаха заставил его замолчать, и первый помощник вызвал четырех человек из команды  «Трезубца Посейдона» и дал им инструкции. Мужчины потянули за шкивные канаты, подняли лодку и забросили ее за борт триеры, а двух гребцов, сдавшихся пиратам, подвели к боковому поручню.  Когда те  спустились в лодку и подняли весла, последние пираты запрыгнули обратно на  «Трезубец Посейдона».
Герас повернулся, чтобы покинуть флагман, с тревогой глядя на Телемаха: -  Вы уверены в том что делаете, капитан? -  спросил он .
-  У меня нет выбора, -  ответил Телемах. -  Либо так, либо Нерей умрет. Теперь иди.-  Он указал на  «Трезубец Посейдона». -  Освобождайте  корабль, пока этот флагман не утянул нас всех вместе с собой.
-  Да, капитан.
Герас перепрыгнул обратно на палубу «Трезубца Посейдона» и проревел ряд приказов. Через несколько мгновений абордажные тросы были вытянуты, и «Трезубец Посейдона»  повернул прочь, оторвавшись от «Нептуна» и дав себе место для маневра , чтобы уйти от подбитой триремы.  В то же время люди на «Олимпиаде» отчалили от другой стороны разбитого корпуса Нептуна.
Телемах оглянулся через плечо и увидел, что в гавани продолжает бушевать битва. Три пиратских корабля были повреждены или потоплены, остальные прижаты к биремам. Он снова повернулся лицом к Канису, его гнев усилился при виде изувеченного брата.
-  Ты заплатишь за то, что сделал, римлянин. Может быть, не сегодня. Но однажды ты вспомнишь мои слова. Я позабочусь об этом.
-  Я так не думаю. Император не потерпит этого наглого нападения. Возможно, вы одержали здесь победу, но в конце концов мы выследим вас. Тебя и остальных тебе подобных. -  Канис зло усмехнулся. -  А теперь бросай оружие и садись на тендер.
Телемах отбросил фалькату и щит и подошел к боковому ограждению.  Обшивка флагмана шумно застонали, а из открытого грузового люка донесся бешеный плеск морской воды, хлынувшей в трюм, сопровождаемый сокрушительным грохотом разлетающихся припасов. Триера сидела опасно низко в воде, и он понял, что это всего лишь вопрос времени, когда она утонет.
Доски палубы снова содрогнулись, и Канис потерял хватку, когда его ботинки с железными гвоздями с трудом удерживались на скользком настиле. Он потянулся, чтобы опереться на боковые перила, его правая рука рефлекторно опустилась и отвела кинжал от горла Нерея. В мгновение ока Нерей откинул голову назад, ударив римлянина по переносице. Канис издал носовой хрип и отшатнулся назад от боли, кровь хлынула из его ноздрей, и Нерей отполз от префекта, прежде чем тот успел оправиться от удара.
Он сделал пару шагов, прежде чем Канис догнал его. Римлянин выдернул меч из ножен и ударил Нерея навершием в спину. Нерей со стоном упал вперед и ударился головой о деревянные перила. В то же мгновение Телемах схватил короткий меч, лежавший среди нагромождения тел и разбитого снаряжения, и ринулся вперед, с дерзким криком бросившись на Каниса. Канис развернулся и встретил удар пиратского капитана хрупким лязгом металла. Он сделал ложный выпад, заставив Телемаха уйти с дистанции удара, а затем слегка пригнулся, готовясь к следующей атаке.
-  Я должен был убить тебя раньше. На этот раз ты умрешь, дворняжка. Он выплюнул каплю крови, его гладкое лицо исказилось в рычании.
Телемах покачал головой:  -  Это ты умрешь, римлянин. Твоя жизнь заканчивается сейчас.
Канис нанес удар с удивительной скоростью, безумно рыча, когда он целился в правую ногу пиратского капитана. Телемах среагировал слишком поздно, и острие меча сделало неглубокий разрез в его бедре, рассекая плоть и напрягшиеся мышцы. Он задохнулся от жгучей боли и инстинктивно нанес противнику ответный удар, ударив его в лицо, но Канис дернул меч и отразил удар с отработанной легкостью гладиатора на арене.
 
-  Это все, на что ты способен?  - Префект безжалостно улыбнулся. -  Я видел, как рабы сражаются с большим мастерством.
Эта насмешка явно предназначалась для того, чтобы разозлить Телемаха и заставить его совершить опрометчивую атаку. Он сохранял спокойствие и отгонял сильную пульсирующую боль в ноге, когда Канис снова рванулся вперед, нанося шквал коротких ударов и не давая противнику времени нанести ответный удар. Постепенно Телемах отполз назад, мышцы его рук дрожали от постоянного напряжения при отражении ударов врага. Он рискнул бросить взгляд влево и увидел Нерея, лежащего на палубе в полубессознательном состоянии, из раны на его черепе сочилась кровь.
Он стиснул зубы и заставил себя сосредоточиться на Канисе, когда римлянин с ревом бросился вперед с выставленным мечом. Он прочел ход, вскинул фалькату, чтобы встретить удар, прежде чем нанести новый удар, ударив префекта  по руке с мечом. Канис ловко отразил атаку, и Телемах выругался, когда его оружие отклонилось от противника. Он дернулся назад, чтобы избежать резкого выпада римлянина, и споткнулся о распростертое тело пирата позади него, взмахнув руками, когда т упал назад. Он застонал, когда приземлился на спину и потерял свою фалькату, оружие с грохотом улетело  куда-то на палубу. Канис стоял над ним, торжествующе ухмыляясь.
- Теперь ты весь мой, подонок. Я собираюсь насладиться этим!.
Когда римлянин поднял меч, собираясь вонзить его в шею противника, Телемах беспомощно поднял голову, полный горечи и отчаяния. Он умрет здесь, на этом корабле. Он понял, что  Канис убьет его. Префект отомстит и сбежит, и ему ничего не остается, кроме как ждать темных объятий смерти.
Но трирема внезапно накренилась, кормовая палуба сместилась к поверхности воды и сбила Каниса с ног. Он упал и с болезненным ворчанием шлепнулся в нескольких шагах от Телемаха. В следующий момент раздался ужасный грохот, когда мачта лопнула, а расколотые бревна рухнули на палубу. У Каниса было достаточно времени, чтобы поднять глаза и закричать, прежде чем лонжерон рухнул на него сверху, сломав ему ноги и прижав к обшивке. Он слабо хмыкнул, отталкивая его в обреченной попытке вывернуться. Затем море сомкнулось вокруг кормы триремы, и кормовая палуба исчезла под мутной поверхностью, когда вода хлынула через поручни, затапливая  переломанную палубу  и безжизненными тела «Нептуна».
Нерей вскочил, изо всех сил цеплялся за часть перил, а вокруг него с криками раненые прыгали в темную воду. Телемах поспешил к своему брату, не обращая внимания на крики о помощи окружающих его людей:  -  Сюда, Нерей. Давай. Корабль тонет.
Нерей в панике посмотрел на него:  - Я не умею плавать. Я утону.
- Нет. -  Телемах указал вперед. -  Нам надо пробраться на нос корабля. Это наша единственная надежда. Быстрей! 
Он схватил Нерея и оттащил его от бокового ограждения. Наклон палубы увеличивался по мере того, как капитан пиратов и его брат продвигались вперед. Один тяжелораненый пират обхватил рукой фок-мачту, но когда корабль накренился, он потерял хватку и соскользнул по обшивке, крича, и исчезнув в бушующей  воде и обломках за кормой. Телемах, не удостоив человека взглядом, двинулся вперед. Вода теперь заливала палубу, поднимаясь ему до щиколоток, и ему потребовались все последние силы, чтобы помочь Нерею добраться до носа. Позади него Канис дико кричал  и ругался, тщетно пытаясь сбросить вес лонжерона со своих покалеченных ног.
Телемах протянул руку и схватился за носовой ремень, оглядываясь в поисках лодки. К своему ужасу, он увидел, что гребцы уже оттолкнулись, отчаянно пытаясь спастись. Они были быстро сбиты градом  стрел с «Олимпиады». Угол наклона палубы «Нептуна» резко усилился, и Телемах почувствовал, как мышцы его рук горят от напряжения, когда он цеплялся за нос корабля.