Ночные Хранители (СИ)
С травы, аккуратно расправляя серое в клеточку платье, поднималась девочка, на вид моя ровесница. Строгое платье с маленьким корсетом и длинными рукавами, высокая прическа, юбки до пола — кажется, меня забросило назад во времени. Вроде это мой дар. Но аккуратно зачесанные волосы, серый подол и носки туфель странно смотрелись на девочке — сама она, с огромными зелеными глазами и усмехающимся ртом, кажется, совсем не подходила своему окружению. Из-за тучи выглянуло солнце, нещадно поджарив мне спину и пустив тысячу зайчиков на ее пепельные волосы. Девочка улыбнулась и ткнула на косу, обвивающую высокий лоб:
— Странно выглядит, да? — волосы действительно казались седыми
— Не особо — я все же должна быть вежлива. Не из-за ссоры со средневековой девочкой я сюда пришла — я вроде должна была попасть в Астровод — она не дала мне договорить и, развернувшись к огромному дубу, под которым мы стояли, побежала, раздвигая ветки. Я медленно последовала за ней, на всякий случай не подходя слишком близко. Мы буквально прошли дерево насквозь, но оно однозначно того стоило.
На небольшом мысе, почти у самого прибоя, высился замок, смахивающий на диадему — высокое нагромождение башенок, выстроившихся полукругом. Я подумала какой, наверно, открывается вид из балкона на высоте пяти метров. Между башнями по узким висячим мостам сновали фигуры в длинных платьях. Вдоль дворца в деревьях, высаженных по кругу, бегали дети. Ровно по центру стелилась дорожка белого камня, на которую мне указала моя спутница:
— Здесь мы живем. Хочешь зайти?
— Колдуньи Ночи? — уточнила я
— Значит, нас все еще так называют? Ты одна из нас — она не спрашивала, а утверждала — я чувствую — тут я оглядела свою футболку и джинсы и вновь перевела взгляд на ее длинное платье — не волнуйся. Ты не первая, кого забросило под Дуб Джеральдина. Мы привыкли. Признаться, когда Аарон прибыл в вашей одежде, я немало удивилась — моя собеседница выражалась почти современно, на нашем языке, но, чем больше я вслушивалась в голоса, тем точнее понимала, что обитатели Астровода говорят на языке… — …рун. Ты нас не понимаешь? Вас больше не учат ему?
— Я могу читать на нем. Может, начну на слух понимать?
— Не волнуйся. Пойдем в тень, расскажешь, к чему твое прибытие. Я, кстати, Тереза, Аарон меня называет Тесс, а мое прозвище в Астроводе — Луна — наверно, так должны звать девочек Средневековья. Я послушно пошла за Терезой в тень деревьев — от жары у меня будто плавилось тело, а за ним замедлялись мысли. Между тем, мне нужен ясный ум, чтобы все исправить. Не стану же я всех тут убивать. Нужен план.
Дети, игравшие во дворе, не обратили на нас внимания. Видимо, действительно привыкли. От толпы отделилась девочка, ровесница Терезы:
— Это Лили, она хочет, чтоб ее называли так — Тереза усмехнулась и добавила — я бы тоже хотела, если б меня назвали Евангелиной — похоже, здесь любят звучные имена. Девочка перешла на бег, поднимая клубы пыли, раскаленной на солнце и получила недовольный окрик из замка — платье у Лили было нежного василькового цвета:
— Привет, Тесс — она кивнула на меня — у нас гости?
— Лили, это…
— Василиса — закончила я. Не очень люблю свое имя, но ничего не попишешь — если на ваш манер, то Лисса — Лили кивнула и, ухватив меня за руку, потащила к большому цветущему дереву у самого края двора. Не упуская возможности, я оглядела ее — черные непослушные кудри, уложенные на старый манер, острые черты лица и привычка сдувать прядь со лба. Меня усадили на траву вместе с Терезой, а Лили пришлось сесть немного в отдалении на каменный бортик балкона:
— Рассказывай, зачем пришла?
— Там еще Джеральдина?
— Да
— Вот живучая… — Тереза не дала ей договорить:
— Матери говорили, что ее так просто не убить. Ты, Лисса, лучше скажи, зачем тебя послали? Пришла уничтожить колдуний? — я поежилась, надеясь, то дар Терезы — не читать чужие мысли
— Не уничтожить, а исправить свою судьбу — чем больше я общалась с девочками, тем больше понимала, что убивать тут никого не стану. Что же тогда делать?
— Еще одна — покачала головой Лили. Я что тут не первая? Заметив мое смятение, Тереза молча указала в сторону от дуба, через который мы прошли:
— Пойдем. Аарон всех вас сказал приводить
— И просил называть себя безымянным — я вздрогнула
— Для меня он Аарон — Тереза улыбнулась и пошла первая. Не очень-то хотелось говорить с безымянным, но пререкаться с девочками я не стала. Все равно сегодня мне ничего не придумать. Если позволят переночевать — возьмусь за дело завтра. Видно, так быстро мне не выбраться.
Мы прошли обратно сквозь ветви дуба и направились по высокой траве, щекочущей ноги, к пыльной узкой дорожке, что виднелась в конце большой лесной поляны. Девочки о чем-то болтали, а я, следуя за ними чуть позади, погрузилась в безрадостные мысли. Мне нечего здесь делать, если я не собираюсь уничтожать колдуний. Если мне не поможет безымянный, к которому мы идем, все кончится у меня на газоне в лучшем случае, и я все равно буду знать о своем даре — или знать не буду, имея возможность улететь в прошлое, ничего не понимая. По мягкой пыли мы шли еще минут пятнадцать мимо огороженных полей и редколесья. Похоже, здесь недалеко деревня. Но мне, в моих джинсах, лучше встретить как можно меньше средневековых людей. Наконец девочки остановились у домика, стоявшего на краю обрыва там, где соленая вода смыла часть берега, оставив уступ из красной глины.
Домик, полностью из дерева, слегка покосился. Казалось, он готовится к прыжку в море. Я тряхнула головой, прогоняя все лишнее; надо сосредоточится.
Мы подошли к двери, выходящей на берег и девочки тихонько постучали. В надежде, что Аарон, как его называют, услышит робкий звук, я задумалась. Домик был размером с мою комнату, крытый соломой, которую нещадно трепал ветер с моря. У крыльца лежал влажный плетеный коврик, видимо, ручной работы, и букет трав, пахнущих чем-то терпким и сладким. Наконец, дверь с жутким скрипом открылась. Кажется, кто-то внутри потянул ее на себя, впуская нас в пыльное и сырое помещение.
Девочки вошли, по-хозяйски прикрыв дверь, и направились внутрь дома. Того, кто дверь открыл, рядом не оказалось, хотя я для надежности пошарила в полутьме руками. Когда мы, как я подумала, дошли до противоположной стены, задевая затылками пучки трав и тряпки, свисавшие с потолка, появилась новая дверь. Лили уверенно ее толкнула и вышла на яркий свет.
Вначале поморгав для уверенности, что не сплю, я огляделась. Мы стояли в большой зале, в которую запросто влез бы домик Аарона, и даже два. Из больших окон, упирающихся в пол и обрамленных легкими шелковыми занавесками, лился солнечный свет, хотя даже на улице у обрыва не было так светло. В центре, на вкусно пахнущем чем-то деревянном полу, примостился пушистый ковер и несколько высоких стопок книг. Зала пустовала, как домик. Тереза молча уселась на пол, вытащила из стопки книгу в зеленой обложки, открыла на месте, помеченном засушенным листиком, и погрузилась в чтение. Лили примостилась рядом, кивком указывая мне сесть с ними. Девочки явно пришли сюда не впервые.
Я, ожидая хозяина, наугад взяла том с самого верха стопки. Книга оказалась на языке рун, но вскоре я приспособилась. Минуты тянулись медленно, лишь Тереза иногда, ничего не объясняя, переворачивала страницу. Все вокруг словно застыло в желтом янтаре. Лили уставилась в одну точку.
Вдруг резная дубовая дверь отворилась и в комнату вошел парень чуть старше нас. Высокий, с кудрявым волосами, в широкой серой рубашке и простых штанах, он оглядел залу, в чем-то удостоверившись, и повернулся ко мне:
— Аарон — я кивнула, оставляя книгу, и поднялась
— Василиса — кажется, Тереза перестала переворачивать страницы
— Я остановил им время — парень чуть наклонил голову влево и, усмехаясь, посмотрел на меня — Лили устала слушать мои разговоры с каждым из вас — заметив мой немой вопрос, он пояснил — ты не первая, кого сюда закинула Джеральдина. Я тоже когда-то оказался здесь по ее вине