Малина для оборотня

– Просто завидуют, – Марк приобнял меня за плечи и махнул кому-то рукой. – Мог бы выдать пафосное «волкам плевать, что блеют овцы», но это грубо.
– Да у меня с детства не заладилось. И друзей-то, кроме Алины, у меня…
Внезапное душеизливание прервала рожа Карла. Точнее, звали его Игнат, но из-за фамилии Карлов называли Карлом. В джинсах и клетчатой рубашке, со светлыми коротко стриженными волосами и немного вялым взглядом. Главный механик в окрестности, который умел чинить, кажется, абсолютно всё. Не бухающий, в отличие от большинства ровесников, а общем, первый парень на деревне. А ещё мой бывший, из-за которого я и резанула дурацкое каре. Рядом Ангелина, та, кого он лапал, когда я их застукала. А что ж не в леопардовых лосинах сегодня? Пришли к моей однокласснице на свадьбу, и, как и все, таращились на меня.
– Марик, – я потянула принца за руку, громко шепча. – Подыграй, что мы страстно влюблены друг в друга, особенно ты. Видишь блондинчика? Это мой бывший. Должен понять, что мне и без него неплохо.
– Не волнуйся, милая, – мгновенно среагировал он, говоря чуть громче обычного. – У нас полно времени, чтобы расписаться и успеть на самолёт. Я обещал завтрак в Париже, и я держу слово, ты же знаешь. Les rêves se réalisent.
Фига себе! Он ещё и по-французски говорит! Божечки, а звучит-то как. Не говорит, а мурлычет!
– Ох, ты такой романтик, мой волк, – я похлопала ресницами, злорадно наблюдая за перекошенными рожами парочки. – Только я ж ни разу не летала. Страшно.
– Не бойся, я рядом, – он расправил грудь очень естественным движением. – Да и мы хотели посмотреть мир за медовый месяц… ну или полугодие. Как пойдёт. Но, чтобы это реализовать, самолёты должны стать нам друзьями.
– Привет, Ковалёва, – Карл всё с той же ленцой или, скорее, отмороженностью подошёл к нам. И я невольно обратила внимание, насколько он проигрывал Марку по фигуре. – Что, не прошло и двух месяцев как из «ты что? я не такая», превратилась в ту, что с разбегу прыгает в койку с первым встречным? Впрочем, какая разница. Всё равно шлюха и подстилка! Ноги перед богатеньким сами собой разъезжаются, так что остудись.
Я открыла рот для достойного ответа, но тут мне в лицо плеснули кофе, стаканчик с которым он держал в руках. Я заморгала, искренне радуясь, что он успел остыть. Иначе моё лицо превратилось бы в расплавленный сыр.
– Ты вообще придурок?!
В следующий миг я услышала глухой удар, после которого Карл отлетел и шлёпнулся задницей на асфальт, щедро усыпанной кожурками от семечек. Его лицо перекосило от злости, шока и возмущения, ладонь придерживала грудь. Марк опустил руку и начал снимать пиджак.
– Mon comportement – le résultat de votre attitude. Впрочем, вы можете не знать французский, поэтому я переведу: «моё поведение – результат вашего отношения». Если продолжите расстраивать Алину, я буду вынужден защищать честь своей невесты. Вам точно нужны проблемы?
Он укрыл мои плечи пиджаком, а после вынул из нагрудного кармана платок и протянул.
– Ты охренел?! – Ангелина подбежала и остановилась в нескольких шагах от нас с Марком. – Мой папа – прокурор в районе! Ты попал, сядешь в тюрячку, понял?! Мы на вас заяву накатаем! Хрен вам, а не Париж!
– Номер моего адвоката, – невозмутимо кивнул Марк, протягивая ей визитку, будто фокусник, невесть откуда вытащивший загаданную карту. – Чтобы вам не пришлось утруждаться с поисками. Ему же оставьте контакты, куда прислать счёт за химчистку платья.
Я в это время получала эстетическое удовольствие от выпученных глаз этой парочки. Что? Съели? Как там называется? Закон возмещения?
Самовлюблённый озабоченный изменщик ушёл, а благородный прекрасный принц пришёл. Тоже самовлюблённый, но сейчас я ему это с лёгкостью прощала.
– Ох, Марик, ты такой смелый у меня, – приложила я руку к груди. – Прости, не удержусь и поцелую прямо сейчас, – невинно хлопнула ресницами, вглядываясь в правильные, чуть широковатые скулы и красиво очерченную линию губ.
А что? Почему бы не воспользоваться моментом.
 
Марк, непонятно, подыгрывая или из своих соображений наклонился, лукаво улыбаясь.
Я положила обе ладони на его широченные плечи, согнула ногу в колене и потянулась, эм… сама не знала, куда собиралась поцеловать, в щеку или губы. В общем, к его лицу.
Но когда я оказалась на расстоянии вдоха, а голову начало кружить от запаха Марка, окрестности вздрогнули от оглушительной музыки и рёва мотора.
 
Глава 16. Основной соперник
 
Я готова поклясться, Марк тихо-тихо выдал сложную ругательную конструкцию. Посреди дороги остановилась спортивная машина кричаще-красного цвета. Она выглядела настолько неуместно, что, казалось, пятиклассник прилепил её в фоторедакторе.
Дверь поднялась и на улицу вывалился…
– А-а-а-а-а-а!!!
Девчачьи визги достигли громкости сирены стихийного бедствия, и к машине хлынула людская толпа, сметающая всё на пути. Ещё бы, – в наше захолустье пожаловал сам Алик Гор. Я справилась с верой в реальность моего волчьего принца, но это уже за гранью адекватности.
Так не бывает!
Алик Гор живёт в телевизоре и на вылизанных фотках в интернете! Он не должен знать о существовании дыры вроде нашего местообитания. Для него это как Мунис – аномальное место, в которое можно попасть, только если ты альфа-лузер!
Но он здесь. Я правда его вижу! Эта ехидно-дерзкая ухмылка, тёмные глаза под густыми бровями, широкая челюсть. Он выглядел очень брутально, но был невероятно харизматичен. В кино, во всяком случае. Блин, в деревне не так много развлечений, так что сериалы и шоу по телеку одни на весь район. Может, я сплю?
– Блин, я его вижу. По-настоящему, – я тоже подпрыгнула.
Алик – широкоскулый, коротко стриженый брюнет с трёхдневной щетиной, делающей его ещё более брутальным. Ярко-красная под стать машине майка демонстрировала широченные плечи, могучий торс и накачанные руки. Бицепсы размером с мою голову. Чёрные джинсы в обтяжку подчёркивали правильную трапецию фигуры.
Лениво стянув с себя зеркальные очки, он вальяжно глянул на толпу:
– Здорово, бэйбы.
Визг усилился, хотя куда уж. Непонятно как, но можно различить хриплые крики:
– Алик, посмотри на меня!
– Селфи! Всего одно, умоляю!
– Алик, распишись на груди!
Гор несколько раз позволил себя сфотографировать, после чего невесть откуда взявшиеся громилы растолкали остальных. А он двинулся к нам с Марком.
– Обалдеть, – шепнула я. – Марик, он даже больше, чем ты. Глянь какой здоровый.
– Ага. Продюсер, актёр, что ещё?
Ого, это что, ревность?
– Тебе дня не хватит, Волков, – Гор подошёл вплотную, – чтобы всё перечислить. – Да и куча комплексов, которые взращивает ваш чокнутый папаня. Чего припёрся? Признать своё поражение лично? Тогда где братик? У моих на него виды, сам знаешь. Или будешь умолять не трогать? Ну, тогда, сам знаешь, я люблю девочек, да и сомневаюсь, что твои навыки могут впечатлить.
– Когда ты молчал или я смотрела сериал с тобой, ты мне нравился больше,– не выдержала я и сделала шаг вперёд.
– Малышка, ты просто не знаешь, что я могу, – Алик глянул на меня с высоты своих десяти метров.
– Во-первых, она тебе не малышка, – Марк поднял подбородок. – Таким тоном будешь со своими разговаривать. Во-вторых, я здесь затем же, зачем и ты, – он растянул губы в усмешке. – Фантазии о моём брате придётся сам придумай куда засунуть. Ему нравятся девушки, а даже если б это было не так, вашему дому его ни я, ни отец добровольно дадим. Вы недостойны.
– Я тебя скинул с отбора, Алиночка-то со мной, – Алик ухмыльнулся и глянул в сторону своей машины. – Эй, киса, прыгай ко мне. И давай резче, не тупи.
Из спорткара вышла Алина Белоклыкова. В чёрном обтягивающем платье. На высоченных каблуках. Будто с подиума в Париже. На меня она смотрела каким-то странным взглядом, словно злилась, что я здесь.
Ну нифига себе! Это я вообще-то должна устроить знатный скандал!