Любовь по смете не проходит (СИ)

Женя посмотрел на меня и, улыбнувшись, погладил по щеке.
— Не думай о ее болтовне. Не бери в голову. Она сказала это от безысходности. Иногда, когда ты кого-то сильно любишь, ты пытаешься защитить его всеми возможными способами.
— Даже причиняя ему боль? — спросила я.
— Даже. Потому что эту боль он выдержит, а ту, от которой его пытаются защитить — нет.
Я опустила глаза. Что значили эти слова в его понимании? Что для него большим ударом станет наше одиночество или…
— Инна смотрит со своей колокольни, — перебил мои мысли Женя. — И суждения ее субъективны. Она не хочет понимать, что семья для кого-то — это тоже счастье, не осознает, сколько может вынести человек, чтобы его создать. Она понятия не имеет, на что готов я.
— Мы, — поправила я.
— Мы, — согласился Женя и поцеловал меня в висок.

Больше о выпаде Инны мы не вспоминали. О нем она напомнила мне сама.
Последние дни перед выходными Женя был нарасхват, и мы почти не виделись. На работе я помогала Марине сдать дела до ухода в декрет. Хотя мне проектов тоже привалило, но я научилась разгребать завалы, планируя свой день с вечера. Про тайм-менеджмент мне рассказал Женя — кое-что объяснил, кое-что скинул в виде видео-уроков.
— Пока есть время, изучи, — посоветовал он. — Очень полезная штука, если подойти с умом.
Действительно, помогло. Я не только стала многое успевать без цейтнота, но даже перестала сильно нервничать и дергаться, если у меня были незаконченные дела.
Гордая собой, что завершила неделю на высокой ноте и без горящих заданий, я решила посвятить свободное воскресенье (субботу мы с Женей посвящали друг другу) уборке.
Марго с Пашей должны были вернуться в понедельник, поэтому в воскресенье генералить я начала далеко за полдень, проспав до одиннадцати. В дверь позвонили, когда я тащила ведро с водой на кухню. Поставила его в прихожей и, сняв одну латексную оранжевую перчатку, заторопилась к двери.
Сказать, что я удивилась, значило бы ничего не сказать. Я замерла, вытаращив глаза. Передо мной стояла Инна. В сиреневом пиджаке и в тон ему юбке-карандаше до колена, в белоснежной блузке с золотой брошкой в виде очков на отвороте воротничка, с желтым зонтом в руке и маленькой сумочкой-саквояжем на сгибе локтя. Осенний ветер принес ко мне Женину Мэри Поппинс, только вот тут она была совсем не нужна.
— Здравствуй, Анна.
— Добрый день, — буркнула я в ответ. — Я, к сожалению, занята.
— Я понимаю, как ты ко мне относишься. Но, пожалуйста, выслушай меня.
Ее надломленный голос меня смутил.
— С Женей все в порядке? — спросила я, все ещё держа дверь так, что незваная гостья не смогла пройти в квартиру.
— С Женей все хорошо. Я пришла извиниться.
Что тут оставалось делать? Я отступила назад и пустила Инну в дом. Она мельком оглядела мою съемную обитель и снова посмотрела на меня.
— Я вас слушаю, — я скрестила руки на груди.
— Я наговорила много лишнего в тот раз. Я была очень обижена тем, что Женя не прислушивается ко мне, и повела себя неверно, в корне неверно, позволив своей агрессии, своему эгоизму взять верх над здравым смыслом. Я прошу у тебя прощения. И в вашу жизнь я больше не вмешаюсь.
Я кивнула.
— Я вас поняла, — и потянулась к двери.
— Это ещё не все, — проследив за моим движением, быстро произнесла Инна. — Мне нужна твоя помощь.
Я хмуро посмотрела на собеседницу. С этого, наверное, и стоило начинать. Вряд ли она пришла бы извиняться за просто так.
— Я бы хотела принести свои извинения Жене. Я его очень обидела, и мне стыдно и больно от собственных слов и глупости. Представляю, как больно ему… — она на мгновение опустила глаза. — Но он не хочет меня слушать. Захлопывает двери, отворачивается, уходит. Пожалуйста, помоги мне попросить у него прощения.
— Каким образом?
— Будь рядом со мной. Он увидит и поймет, что мы помирились. Что я ничего больше не имею и не хочу иметь против тебя.
— Ну, допустим. Что вы от меня хотите?
— Поедем к нему. Пожалуйста. Ещё один день с осознанием того, что я натворила — и я сойду с ума.
 
— К нему? Сейчас?
Инна кивнула.
Что-то здесь было не так. Может, она собралась меня убить?
— А он сейчас дома? — спросила я.
— У него встреча с партнером до трех. А потом он поедет домой. Так мне сказала Светлана.
— Это ее идея?
— Да.
Теперь все встало на свои места. Я с готовностью кивнула.
— Проходите. Я только быстро соберусь.
— Ничего страшного. Я подожду здесь.
Конечно, мне было неуютно в ее обществе. Но и Инна тоже выглядела растерянной — ей тяжело дался шаг мне навстречу.
Мы вышли на улицу и направились к ее машине, серой хонде, почти сливающейся с мокрым асфальтом. Было очень холодно, ветер пронизывал до костей, и даже за несколько метров, пройденных до автомобиля, я успела обругать себя за то, что надела плащ, а не теплое пальто.
— Мне очень жаль, что так получилось, — заметила Инна, сев на водительское. — Я, правда, была будто не в себе. Надеюсь, что смогу все исправить. Что еще не поздно.
Я ничего не ответила. Если честно, то я вообще слабо представляла, о чем сейчас могу вести беседу с Инной.
— Не знаю, освободился он или нет. Не хотелось бы разминуться с ним, — Инна, взяв в руки мобильный, выбрала было контакт племянника, но, поджав губы, тут же сбросила. — Нет, не ответит.
— Давайте, я позвоню, — предложила я, доставая свой телефон из сумки.
Женя долго не отвечал, и я спохватилась, не сразу поняв, что на встрече он, скорее всего, занят и лучше было бы ему написать, но тут он взял трубку. Ответил отрывисто, если не резко.
— Да?
— Женя, привет. Отвлекаю?
— Немного. Что-то срочное?
— Да нет, просто хотела узнать, когда освободишься.
— Через полчаса. Я перезвоню.
— Он ещё занят, — ответила я, убирая мобильный.
— Тогда подождем его у ресторана.
— Какого ресторана? — не поняла я.
— Где проходит встреча.
Я удивленно посмотрела на Инну, которая, вцепившись в руль, не сводила глаз с дороги.
— Может, подождем его дома? Мне кажется, это не очень уместно — караулить его за углом.
— Он может и не поехать домой, а я должна его увидеть.
Я нахмурилась, но промолчала. Зря, очень зря я позволила себя во все это впутать.
До ресторана "Абрикос", расположенного неподалеку от нашей фирмы, где Женя обычно встречался с клиентами и партнерами во внерабочей обстановке, мы доехали, храня молчание. Инна припарковалась во втором ряду от здания ресторана, и, заглушив двигатель, вытянула шею, будто хотела разглядеть Женю за панорамными окнами заведения.

Я обвела взглядом парковку, ища машину босса, и нашла ее у самой лестницы, в первом ряду.
— Он ещё тут, — сообщила я. — Вон его… автомобиль…
Инна обернулась, а я потеряла дар речи. Женя спускался по лестнице под руку с рыжеволосой молодой женщиной. Женщина улыбалась и что-то болтала. Женя смотрел себе под ноги и хмурился. Спутницу моего мужчины я узнала сразу. Это она приходила к нему пару месяцев назад, когда я была одна в его квартире. Это ей я не открыла дверь.
— Надо же… — тихо произнесла Инна. — Не ожидала, что он снова с ней свяжется.
— С кем "с ней"? — процедила я.
— С Натальей, конечно. Буду удивлена, если ты о ней не слышала.
— Слышала, — эхом ответила я, наблюдая, как Женя открывает перед Натой дверь переднего пассажирского своего автомобиля.
— Куда это они собрались? — Инна завела машину. — Я думала, благодаря тебе он, наконец, забыл эту дрянь. А она снова прилипла. Что за порча…
Я сжала зубы и молчала. Обида, досада, отчаяние, непонимание скручивались в тугой жгут у меня под ребрами. А голова отказывалась верить, ища Жене оправдания.
 
— Он не мог, — прошептала я.
— Эта тварь всюду преследует его. Даже будучи в браке с Ритой, он летел к ней по первому звонку. Ненормальная привязанность.