Неожиданная Россия (СИ)
Образовательная реформа стала едва ли не первым крупным мероприятием молодого царя, в ней отразился весь романтизм и склонность юного Александра I к западным влияниям. Если планы Екатерины II рассматривали университеты строго как элемент государственной машины, то молодой царь учредил нечто совсем иное. В итоге Василий Каразин, один из основателей Министерства народного просвещения и человек весьма либеральных взглядов, с недоумением писал – «Устроили университеты на манер германских XV века…»
Действительно, уставы новых вузов прописали в самом романтическом духе – царь Александр I просто скопировал «университетскую автономию» средневековой Европы. Со стороны всё выглядело красиво: полное самоуправление педагогов и студентов, собственная юрисдикция вне подчинения региональным и полицейским властям, свобода присвоения научных степеней и т. п. Однако в европейские средние века всё это возникло не из-за особой любви к демократии, а исключительно вследствие феодальной раздробленности и войны всех против всех – университет тогда просто был аналогом независимых феодалов или столь же самостийных ремесленных «цехов».
В самой Западной Европе к началу XIX в. былая средневековая «автономия» вузов уходила в прошлое, зато романтический Александр I вдруг возродил её посреди отечественного абсолютизма. Но стоит помнить, что высшее образование в Российской империи было не только ценностью само по себе – ещё великий Ломоносов предложил «академические градусы» (как в ту эпоху именовали учёные степени) официально приравнять к государственным чинам. В итоге при строгой сословности российского общества два с лишним века назад студент с дипломом приравнивался к армейскому офицеру, а доктор наук – к «статскому советнику», который в иерархии государственных чинов котировался лишь чуть ниже генерала.
Так высшая школа получалась пропуском в высшую часть элиты – не просто выше каких-то там копошившихся внизу крестьян, а куда выше обычного провинциального и служилого дворянства. Вкупе с романтической «университетской автономией» это дало неожиданный для Александра I результат. К тому же первое десятилетие университетская система России функционировала вне пристального внимания высшей власти – в ходе наполеоновских войн царю и его сановникам стало не до высшей школы.
Когда же отгремели все баталии, то наверх всплыла целая череда университетских скандалов. В наши дни все слышали о плагиате в диссертациях или покупке научных степеней, но два столетия назад наши предки на этом сомнительном поприще были не менее хитры.
«Факультеты» царя Александра
В 1812 г., пока Наполеон сжигал Москву, ушлый курский купец Григорий Хлапонин решил стать доктором наук. Писать буквы купец не умел, зато имел хорошую деловую хватку – быстро договорился с профессором Харьковского университета Иоганном Шадом и на следующий год получил степень доктора философии.
Это лишь один пример, их было множество. Но чашу терпения высшей власти переполнил скандал в Дерптском университете, где летом 1816 г. два заезжих немца фактически купили степень докторов права – т. е. автоматом приобрели в Российской империи ещё и потомственное дворянство с почти генеральским чином. Обычным порядком такая карьера требовала долгих десятилетий беспорочной гражданской службы, либо немалого риска здоровьем и жизнью на службе военной. Зато университетская автономия, формально оставаясь в рамках предоставленных законом прав – средневековые традиции даже предписывали делать денежные взносы и подарки профессорам! – стала плодить такие «карьеры».
Реакция свыше последовала жёсткая, игры в «автономию» закончились – к концу 1816 г. в отставку отправили министра просвещения, ректора Дерптского университета уволили с жесткой формулировкой «впредь никуда к должности не определять», а профессора Харьковского университета Шада вообще выслали из России. Одновременно вышел приказ «О всеобщем запрещении на производство в ученые степени», действовавший два года.
В РГИА, Российском государственном историческом архиве до сих пор хранится заведённое в 1816 г. многотомное «Дело о выработке правил для получения учёных степеней с целью прекращения злоупотреблений при их присвоении». Итогом интенсивной работы над ошибками стало утверждённое царём «Положение о производстве в учёные степени» – в полном объёме оно заработало с 1820 г., ровно два века назад.
К тому времени в Российской империи насчитывалось уже семь университетов – вполне солидная цифра для той эпохи! – и именно этот поистине эпохальный документ создал в нашем Отечестве единую общегосударственную систему присуждения учёных степеней. Однако утверждённое царём «Положение» не ограничилось только подробной регламентацией экзаменов и испытаний для студентов, кандидатов, магистров и докторов. Впервые была законодательно систематизирована вся наука, преподаваемая в высшей школе.
Сегодня в РФ официальная номенклатура научных специальностей, по которым присуждаются ученые степени, насчитывает 26 основных наименований, от математики до теологии. Два века назад царь уложил все преподаваемые гражданскими вузами «роды наук и познаний» всего лишь в четыре «факультета»: богословский, философский, юридический и медицинский.
Примечательно, что указанное в этом перечне богословие не имело никакого отношения к православию – для официальной государственной религии, повторим, существовала своя, совершенно обособленная система обучения, подчинявшаяся Синоду, а не Министерству просвещения. Богословские факультеты гражданских вузов изначально создавались лишь в двух университетах Российской империи и только для католиков с протестантами – для первых в Виленском университете, для вторых в Дерптском.
Куда интереснее другие «факультеты», вмещавшие все возможные науки. Если с медицинским всё понятно без пояснений, то философский и юридический «факультеты» удивят нашего современника. Например, все физико-математические науки, вместе с химией, входили в философию, а история делилась между двумя «факультетами» – всеобщую преподавали и изучали на философском, зато история России была составной частью юридического «факультета». Если вдуматься, такая классификация вполне стройна и логична.
Словом, начиная с 1820 г. в России можно наблюдать высшую школу и систему высшего образования почти в привычном нам классическом виде. Конечно, за два минувших столетия многое менялось, но заложенные ещё Александром I основные принципы сохранились даже после всех потрясений XX в. и дожили вплоть до наших дней.
Глава 37. Присоединение Крыма к России – как это было четверть тысячелетия назад…
«Яко царь крымский прииде на землю нашу…»
Первый набег крымских татар за рабами на земли собственно Московской Руси состоялся в 1507 году. До того земли Московии и Крымского ханства разделяли русские и украинские территории Великого княжества Литовского, поэтому московиты и крымчаки даже иногда союзничали против литвинов, доминировавших весь XV век в Восточной Европе.
В 1511-12 годах «крымцы», как называли их русские летописи, дважды разоряли Рязанскую землю, а в следующем году Брянскую. Через два года снова два новых разорения окрестностей Касимова и Рязани с массовым уводом населения в рабство. В 1517 г. набег на Тулу, а в 1521 г. первый набег татар на Москву, разорение окрестностей и увод в рабство многих тысяч. Через 6 лет – следующий большой набег на Москву. В 1532-74 годах – непрерывно каждый год по крупному набегу на южные окраины Московского государства…
И вот так весь XVI век. Москвы была вынуждена тратить огромные материальные и человеческие ресурсы на строительство сотен вёрст «засечных черт», пограничных укреплений. Венец крымских набегов на Россию в том столетии это 1571 год, когда хан Гирей сжег Москву, разграбил более 30 русских городов и увёл в рабство около 60 тысяч русских людей.
Как писал один из русских летописцев: «Веси, отче, настоящую сию беду на ны, яко царь крымский прииде на землю нашу, к Оке реке на берег, многие орды с собою совокупи». Летом 1572 года в 50 километрах южнее Москвы четверо суток шло ожесточённое сражение при Молодях – одна из крупнейших битв в истории Московской Руси, когда русское войско с большим трудом разгромило армию Крыма.