!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Джон Росс сидел в пилотском кресле истребителя, его голову облегал шлем виртуальной реальности, похожий на шапочку-содомку. Джон наслаждался полетом. Он установил режим полного слияния сознания с машиной, он не управлял истребителем, а летел сам. Порывы ветра колыхали его композитную кожу и отдавались в углеродных костях. Антигравитационные мускулы направляли его полет по расчетной траектории. Его электронное осязание следило за нагревом наружной обшивки, а его получеловеческий-полуэлектронный мозг принимал эту информацию к сведению, но не волновался, потому что знал, что температура обшивки не успеет войти в критический диапазон. Для боевой машины суборбитальный полет по экономной трассе — это как для лошади неспешная рысь по ровной утоптанной дороге. Можно отключить сознание от корабля, полностью доверить управление бортовому компьютеру, и ничего плохого не произойдет. Окажись на месте Джона любой нормальный человек, он так бы и поступил. Но человека, не имевшего доступа к высоким технологиям на протяжении бесконечно долгих восьмисот двадцати двух лет, никак нельзя назвать нормальным.
Узор гравитационных вихрей за бортом изменился. Основные силы эскадры начали выход на низкую круговую орбиту, а двум командирским истребителям поставлена особая задача. Незаметно приземлиться в окрестностях города Идена и морально подготовить бойцов к тому, что летающие тарелки, от которых скоро потемнеет небо — не авангард мифических инопланетных захватчиков, а боевая добыча, эпик вин, как говорили в конце первой эпохи.
Кажется, верхняя точка траектории уже достигнута. Да, достигнута, компьютер подтверждает. Самое время уточнить, как идут дела на других кораблях… вроде нормально. А у Алисы как? Гм… Забавная девочка. Уговаривать бортовой компьютер дать порулить — это примерно как со статуей беседовать и обижаться, почему та не отвечает. Впрочем, что взять с девчонки? Деревенщина необразованная, только-только читать выучилась… Но какая же она милая, непосредственная…
— Хорошо, уговорила, — произнес нечеловеческий голос в наушниках Алисы. — Но тебе придется снять всю одежду, кроме наушников можно оставить. Не торопись так, а то заденешь что-нибудь… Молодец. Теперь вот этот рычаг надо вставить в…
Композитную кожу Джона защекотало ионосферой. Сейчас начнется вход в плотные слои, связь прервется. Довести шутку до конца не получилось, но не менять же из-за этого траекторию снижения! Передать компьютеру корабля Алисы приказ, чтобы извинился, когда она догадается, и перейти в автономный режим. Поехали! Хотя нет, «Поехали!» надо было раньше кричать, на старте.
В небе над Иденом вспыхнули две падающие звезды. Джон не рассчитывал, что их заметят, но он недооценил бдительность караула. Не успели летающие тарелки коснуться пожухлой травы, а на базе уже взвыли сирены боевой тревоги и засуетились бойцы.
Летающая тарелка смачно чмокнула, в борту открылся маленький круглый люк, из него выполз Джон Росс. Выпрямился, подвигал руками и туловищем, разминаясь. Прислушался.
— И чего они суетятся? — задал он риторический вопрос. — Можно подумать, они нас победить хотят.
— Правильно они суетятся, — ответил ему полковник Слайти, также известный как Дубовый Джозеф. — Встретившись с неведомой угрозой, настоящий боец сперва пытается ее победить, а уже потом начинает думать. Это называется «отвага».
Произнося эту маленькую речь, Джозеф тоже стал разминаться, при этом его экзоскелет отчетливо посвистывал в такт движениям. Надо сказать, что обе ноги Джозефа были ампутированы ниже коленей, их временно заменяли соответствующие детали экзоскелета. Джозеф из-за этого походил на мифического сатира. Кисти рук у него тоже были ампутированы, вместо них стояли металлические нейропротезы, придававшие полковнику сходство не только с сатиром, но и с другим мифическим существом — терминатором.
— Пойдем, вождь отважных, — сказал ему Джон. — Там вон уже дозор выезжает, надо им показаться издали, а то столкнутся с тобой нос к носу, подумают: «О, терминатор мифический!», и сразу побеждать начнут. И ведь победят, они у тебя отважные!
Джон и Джозеф взобрались на вершину небольшого холмика, закрывавшего место посадки со стороны базы.
— О, вон уже скачут, — сказал Джозеф и помахал рукой всадникам.
Солнце блеснуло на металлической кисти полковника.
— Ты их лучше не пугай, — посоветовал ему Джон. — А то подумают, что к ним голем в гости явился. Мы лучше вот что сделаем.
Он вытащил из кармана телефон и несколько секунд пристально вглядывался в него, при этом на экране мелькали картинки.
— Вот, — сказал Джон и протянул артефакт Джозефу. — Сейчас он работает в режиме радиостанции, на вашу волну я его уже настроил, скажи дежурному радисту, чтобы трубили отбой.
— Радиостанция не работает, — сказал Джозеф.
— Работает, — возразил Джон. — Просто я помехи ставлю, а сейчас временно снял. Осторожнее, не раздави!
Джозеф немного расслабил металлические пальцы, корпус телефона перестал хрустеть. Джозеф поднес телефон к уху и сказал:
— Дежурный! Полковник Слайти говорит, прием. Отбой тревоги, прием. Подтверждаю отбой тревоги, прием. Конец связи.
Он вернул телефон Джону, Джон его спрятал. Через полминуты Джозеф сказал:
— Не верят, суки.
— Ничего, сейчас поверят, — заверил его Джон.
Еще через две минуты Джозеф истошно заорал во всю глотку:
— Лейтенант Бист, ко мне! Чего пялишься, это я, Слайти!
Еще через минуту всадники приблизились к ним, возглавлявший всадников лейтенант Бист спешился.
— Сэр полковник, лейтенант Бист по вашему приказанию прибыл, — доложил он. — Разрешите узнать… эээ…
— Тяжелое ранение, — ответил Джозеф на невысказанный вопрос. — Протезы. Еще вопросы?
Лейтенант отрицательно помотал головой.
— Двух лошадей нам, — потребовал Джозеф. — Едем на базу, срочно.
Когда они подъезжали к воротам, сирена тревоги наконец-то заткнулась. А еще через пять минут над базой разнесся голос полковника, усиленный десятком громкоговорителей:
— Говорит полковник Слайти. Отбой боевой тревоги. Всем офицерам немедленно явиться в штаб.
Еще через полчаса ворота базы распахнулись, и наружу выехала сотня конных воинов. Вооружены они были традиционно — не бластерами, а мечами и луками. Бойцы распределились по периметру большого ровного луга к югу от базы и спешились. Казалось, они охраняют этот луг от какой-то неведомой угрозы. Хотя, если вдуматься, зачем его охранять?
Ответ на этот вопрос стал ясен, когда ясное небо расцветилось двумя сотнями падающих звезд. И когда эти звезды опустились достаточно низко, стало видно, что это вовсе не звезды, а боевые дисколеты ушедшей эпохи. И заполнили они весь луг своими композитными телами, и стали из них вылезать люди, и смеялись они, и радовались, и хлопали друг друга по плечам и спинам, и здоровались с теми, кто их как бы охранял, и столько было радостных возгласов, что слились они в сплошной непрерывный галдеж. И смотрели на это зрелище Джон и Джозеф, и были их лица радостны и светлы.
— А все-таки мы это сделали, — сказал Джозеф.
— Угу, — сказал Джон.
— Давай, я ребят построю, — предложил Джозеф. — Произнесешь речь, у тебя тогда отлично получилось, мне очень понравилось. Как там было… кто не со мной, тот сам по себе, а кто со мной, тот со мной до конца… Так, вроде?
— Что-то типа того, — рассеянно кивнул Джон. — Нет, спасибо, я больше не хочу демагогией заниматься.
— Почему? — удивился Джозеф.
— Демагогия — это спецсредство, — объяснил Джон. — Нельзя пользоваться им слишком часто. А то стану как Морис Байтер, разве это хорошо будет?
— Нехорошо, — согласился Джозеф. — Но ты не станешь как Морис Байтер. Потому что Байтер — дурак, а ты нет.
— Это временно, — сказал Джон. — Начну злоупотреблять демагогией — тоже поглупею. Да и не нужно сейчас никаких речей, особенно от меня. Командуешь-то ты, а я так, советами помогаю помаленьку.
— Фигасе помаленьку, — сказал Джозеф.