!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Мамут из-за нее получил? — догадался Рокки.
— Из-за нее, — подтвердил Зак. — То ли она к нему приставала, то ли он к ней, теперь уже не разберешь. Джон к ним подошел, представился, Мамут не расслышал, стал руками махать…
— Это плохо, — сказал Рокки. — Если Мамут на Джона обиделся…
— Вроде не обиделся, — сказал Зак. — Они потом трубку мира курили, а потом Мамут домой поехал, а Джон пошел в боевое братство дальше праздновать. Накурился очень сильно, впервые его вижу таким накуренным. Ко мне приставал, за грудки хватал, радовался, говорил, типа, мы победили, это великий день… Как-то странно он относится к этой электростанции, неестественно, энтузиазм слишком большой. Хотя, понять его можно…
Рокки загадочно посмотрел на Зака, дескать, думаешь, ты понимаешь, о чем говоришь? Ну-ну.
— С Алисой надо что-то делать, — сказал Зак. — Джон в ней души не чает, а всех остальных она уже достала. Не думаю, что из нее хороший ассасин получится, слишком она неуравновешенна. Я по этому поводу с Мортимером говорил, он подтверждает.
Рокки вздохнул.
— Может, Джону как-нибудь намекнуть? — продолжал Зак. — Я с Германом разговаривал, он сказал, что уже как только ни намекал, а Джону все без толку.
— Имеет право, — сказал Рокки.
— Чего? — не понял Зак. — Кто имеет право?
— Джон имеет право, — объяснил Рокки. — Такой человек, как Джон Росс, имеет право иметь маленькие слабости.
— Фигасе маленькая слабость! — воскликнул Зак. — Да она мне все братство деморализует! И что значит «такой человек»? В штатном расписании значится «чиновник для особых поручений», даже не начальник никакой. Мне бы хотелось получить ясность насчет его статуса.
— По-моему, его статус вполне ясен, — сказал Рокки. — Чиновник для особых поручений. Для особых. Понимаешь?
Зак пожал плечами и ничего не ответил.
— Девчонку не трогай, — велел Рокки. — Я с Джоном сам поговорю.
4
Утром Длинный Шест обнаружил Джона в баре. Джон пил чай с печеньками, читал утреннюю газету и выглядел довольно бодрым. Длинный Шест сел напротив и пожелал шефу доброго утра.
— И тебе доброго утра, — отозвался Джон. — Как здоровье? Голова не болит?
Длинный Шест пожал плечами, дескать, вроде нет.
— Вот и хорошо, — сказал Джон. — Наливай чаю, вот чашка, угощайся печеньками, не стесняйся. Сейчас у нас будет серьезный разговор, сконцентрируйся.
Длинный Шест налил чаю, надкусил печеньку и сконцентрировался.
— Как у тебя, с боевыми братьями все в порядке? — спросил Джон. — Контакт наладился?
— Более-менее, — ответил Длинный Шест.
— Это хорошо, — сказал Джон. — Нравится боевое братство?
От этого вопроса Длинный Шест чуть не подавился печенькой.
— Издеваетесь? — спросил он. — Как оно может не нравиться? Да я никогда и не мечтал в таком коллективе оказаться, я и подумать не мог, что такое бывает!
— Помнишь наш первый разговор в штрафном загоне? — спросил Джон. — В тот раз, когда мы дохлых эльфов по двору раскладывали.
— Конечно, — кивнул Длинный Шест. — А что?
— Тогда ты поклялся служить мне до самой смерти и выполнять любые мои повеления, — сказал Джон. — Помнишь? Так вот, я освобождаю тебя от этой клятвы.
— Почему? — изумился Длинный Шест. — Я сделал что-то неправильное? Я вас разочаровал?
— Нет, — покачал головой Джон. — Я хочу поручить тебе очень сложное и ответственное задание. И мне нужно, чтобы ты подчинялся мне не из-за клятвы, данной давным-давно и при совершенно других обстоятельствах, а по собственной воле, разумно и осознанно. Тебе придется в полной мере проявить смекалку, изобретательность, решительность и упорство. И еще это будет очень грязное дело. А если ты не справишься, ты прославишься в веках как Джудас. Ты клялся пожертвовать ради меня жизнью, но готов ли ты пожертвовать бессмертной душой?
Длинный Шест ответил немедленно, не раздумывая.
— Готов, — ответил он.
Несколько секунд Джон испытующе разглядывал Длинного Шеста, затем рассмеялся и хлопнул его по плечу.
— Боевое братство хорошо на тебя влияет, — констатировал Джон. — Решительности в тебе стало — хоть отбавляю. Тогда начнем инструктаж. Начнем, пожалуй, вот с этого. Держи.
 
Еще садясь за стол, Длинный Шест заметил, что рядом с локтем Джона на столе лежит маленькая коробочка из тех, в которых богатые женщины хранят драгоценности, у Алисы таких коробочек штук пять. А теперь Джон открыл ее и протянул Длинному Шесту.
— Серьга, — прокомментировал Длинный Шест. — Тяжелая какая… Рисунок непонятный — то ли черный цветок, то ли Ктулху без щупалец…
— Йог-Сотот, по-моему, — сказал Джон. — Но это неважно. Посмотри, что с другой стороны.
Длинный Шест вытащил серьгу из коробочки, перевернул.
— Щупальце, — констатировал он.
Джон вдруг зашипел и стукнул кулаком по столу.
— Твою мать! — сказал он. — У тебя уши не проколоты!
— Если надо — проколю, это дело нехитрое, — сказал Длинный Шест. — Попрошу Алекса…
Джон задумчиво побарабанил пальцами по столу.
— Вот так и рассыпаются хорошие планы, — пробормотал он. — Придется ждать, пока дырка подживет… А то начнется воспаление прямо в степи…
— Так мы в Оркланд поедем? — догадался Длинный Шест.
— Не мы, только ты, — покачал головой Джон. — Короче, так. Прижми серьгу к уху, а щупальце засунь внутрь, в слуховой проход. К левому уху прижми, ты же вроде не содомит.
Длинный Шест прижал серьгу к левому уху, засунул щупальце в слуховой проход и спросил:
— Что теперь?
— Раз, два, три, проверка связи, — проговорила серьга холодным и безжизненным голосом, абсолютно лишенным интонаций.
Длинный Шест вздрогнул и выронил серьгу, она покатилась по столу и упала бы на пол, если бы Джон вовремя не прихлопнул ее рукой.
— Осторожнее, — сказал Джон. — Не дай боги тебе ее потерять или сломать.
— Это Йог-Сотот говорил? — спросил Длинный Шест.
Джон непонимающе уставился на него, и Длинный Шест понял, что сморозил глупость.
— Нет, не Йог-Сотот, — сказал Джон. — Это я говорил. Голос специально искажен, чтобы если кто подслушает, не узнал меня по голосу. Это, скорее всего, излишняя предосторожность, но береженого боги берегут.
— Но ваши губы не двигались, — сказал Длинный Шест.
— Я говорил мысленно, — объяснил Джон. — Эта серьга — артефакт, она принимает мои мысли и произносит их в твоем ухе. Там еще есть микрофон, так что твои слова я тоже буду мысленно слышать.
— Волшебство, — понял Длинный Шест.
— Можно и так сказать, — кивнул Джон. — Там внутри микроядерный аккумулятор, знаешь, что такое?
— Другое волшебство? — предположил Длинный Шест.
— Да, другое волшебство, — согласился Джон. — Если положить эту серьгу на наковальню и ударить молотом, серьга взорвется и сотрет кузню с лица земли. Если просто уронить серьгу, как ты только что уронил — ничего не будет. А что будет, если раздавить ее каблуком — не знаю. Но лучше не проверять. Осознал?
— Осознал, — кивнул Длинный Шест.
— Тогда пойдем дальше, — продолжил Джон. — Когда я к ней подключаюсь, она греется, при этом чем дольше подключение, тем сильнее нагрев. Поэтому большую часть времени я не буду тебя слушать. Если захочешь что-то мне сказать, нажми пальцем вот сюда. Потом потренируйся, выработай привычку поглаживать серьгу как бы машинально. Чтобы когда будет надо, ты мог незаметно сжать ее, не прерывая разговора с кем-нибудь. Далее. Серьга не работает в подвалах, пещерах и подземельях. Можешь сжимать ее сколько угодно, она будет нагреваться, но я ничего не услышу, пока ты не выйдешь на открытый воздух.
— Но здесь она работает, — заметил Длинный Шест. — Это потому что вы рядом?
— Нет, — покачал головой Джон. — Внутри зданий она будет работать, разве что если стены слишком толстые… Короче. Пусть Мортимер проколет тебе ухо и продезинфицирует ранку, и еще попроси у него какой-нибудь антисептик с собой в дорогу. Но не спирт, мазь какую-нибудь. Завтра утром ты отправишься в путь. Вначале поедешь в Ноддинг Донки, там будет операция прикрытия. Лошадь возьмешь ту, на которой я в Оркланде ездил, это важно. Заранее придумай какую-нибудь легенду, почему ездишь именно на ней. Если ничего не придумается, просто посылай подальше всех, кто спрашивает. Понял?