Черное солнце (СИ)

- Они все красивые, - Никита зло мотнул головой. – И наглые.
- Ну, этому наглость хотя бы идет, - Клим остановился у газетного киоска, изучая витрины. – К тому же, кажется, ты ему понравился.
- Не говори ерунды! – взвился Никита, и Клим удивленно повернулся к нему.
- Ого, какая реакция! Похоже, он тебе тоже понравился.
Никита с мгновение смотрел на него ошарашенными глазами, а потом резко повернулся и пошел, почти побежал прочь. Клим выругался себе под нос, и кинулся за ним:
- Подожди! Ну, подожди же! Б****, Никита, не заставляй меня называть тебя при всех истеричной девкой.
Никита резко затормозил, разворачиваясь к нему:
- Только попробуй!!
Клим подошел, остановился и, глядя прямо в сердитые глаза, усмехнулся:
- Черт, Ник, ты как цвет волос сменил, так и вести себя стал, как настоящая блондинка.
- Клим!
- Ладно, прости, я больше не буду, - Клим поднял руки вверх, сдаваясь. – Нам еще в супермаркет зайти надо, ты не забыл?
- Нет, - недовольно буркнул Никита и уныло поплелся за Климом, вслух перечислявшим всё, что им надо будет купить. Под его монотонный голос мысли сами собой перескочили на события получасовой давности. И черт его дернул потащить Клима именно в это кафе! А день так хорошо начинался. Казалось, что жизнь наконец-то стала понемногу налаживаться. Клим работал на испытательном сроке и, судя по всему, имел хорошие шансы получить эту работу на постоянной основе. Да и Никита нашел вполне приличный ресторан. Вдали от центра, правда, но это было и к лучшему. Не ночной клуб, просто ресторан, в который «золотая молодежь» даже не заглядывала. Тихо, спокойно. Платили нормально, да и на чаевые посетители не скупились. Они с Климом на всякий случай заплатили за квартиру за два месяца вперед, и даже удалось немного скопить на то, чтобы купить к осени приличные, теплые куртки.
А сегодня выходной совпал у обоих, и день выдался такой погожий, что Никите с самого утра хотелось рвануть куда-нибудь. Клим, правда, сначала собирался весь день проваляться перед телевизором, но устоять перед щенячьими глазками оказался не в состоянии. Они прогулялись по парку, а потом Никита потащил его в кафе… Лучше бы они дома остались.
Никита зашел в супермаркет вслед за Климом и, стараясь не потерять его из виду, принялся изучать полки. Надо бы вспомнить, что же им нужно купить домой, но мысли постоянно возвращались в то кафе. К голубоглазому мальчику Владу. Высокому, юному, просто, но дорого одетому. Никита смотрел в его глаза всего лишь несколько секунд. Далеко не детские глаза. Холодные, но почему-то невероятно живые. По телу прошла дрожь, и Никита поежился. Страшные глаза у этого мальчика. Хотя… он помнил их и другими. Жаркими, голодными. В той комнате клуба «Сияние». Никита напрягся, готовый сопротивляться неизбежному отвращению, появлявшемуся всякий раз, когда он думал о том часе своей жизни. Но, к собственному удивлению, вместо отвращения, его охватил жар. Жар самого настоящего желания. Напуганный и ошарашенный, Никита застыл на месте, смотря невидящим взглядом на яблоко в своей руке. Сознание замерло, а вот тело словно в кипяток опустили. Кто-то прошел мимо, задев плечом, и Никита вздрогнул. Поспешно положил яблоко на место и отошел от прилавка, ища глазами Клима. Тот обнаружился возле полки с супами быстрого приготовления, и Никита поспешил к нему, пытаясь успокоить сорвавшееся вдруг дыхание и понять, какого черта собственное тело решило вдруг сойти с ума. Наверное, все дело в том, что у него просто давно никого не было. Так, чтобы для души и собственного удовольствия. К интрижкам на одну ночь он относился с отвращением, а долгих романов у него никогда не было. Кому нужен бедный парень, у которого за душой нет ничего? Искать кого-то из тех, с кем он работал? Однажды он попытался, но быстро понял, что слишком сильно отличается от них. Девушка была милой и простой, она даже его любила, но отношения получились тягостными, какими-то муторными. Они тихо расстались, и после этого Никита даже не пытался с кем-нибудь сойтись. А надо было. Может, тогда бы и не думал сейчас о том, какой вкус губ у того мальчика. Влада. И в памяти сразу же, совершенно некстати всплыли те два почти-поцелуя. Никита зло тряхнул головой. О чём он только думает?.. Этот «мальчик» сравнял его с прикроватным ковриком, а сегодня… А сегодня предложил прийти к нему… Никита шумно выдохнул, напугав какую-то проходившую мимо бабулю. Надо успокоиться. Просто успокоиться. А потом обо всем забыть. Он сможет… Он…
 
- Никита?.. С тобой все в порядке?– на плечо легла тяжелая, но тёплая рука Клима, и Никита облегченно выдохнул. Теперь все будет хорошо.
- Да, - Никита поднял голову, глядя в полные тревоги глаза Клима. – Просто… Просто устал.
Клим нахмурился, и Никита отвернулся, отводя глаза. Клим не поверил. Значит, дома его ждет допрос.
- Пойдем, - Клим потянул его куда-то за собой, и Никита послушно пошел за ним. – Нам нужно молоко, а потом можно и домой. Кстати, я тут твоё любимое мороженое взял.
Никита улыбнулся, а потом вспомнил, сколько стоит его любимый «Карт-Дор» с фисташками и наклонился к тележке, чтобы убедиться в том, что Клим все-таки взял ДРУГОЕ «его любимое». Попроще и подешевле. Увиденное заставило его нахмуриться.
- Клим, - он потянул тележку назад, намереваясь вернуться к прилавкам с мороженым. – Оно слишком дорогое. Давай возьмем что-нибудь подешевле.
Тот остановился, потянув тележку на себя:
- Ник, не надо. Я сам за него заплачу.
Глаза Никиты сверкнули:
- Клим!!
- Не капризничай, Ника-блондинка. Просто позволь мне сделать тебе этот подарок. Пока я могу себе его позволить, - в темных глазах Клима застыли тоска и решимость.
- Ты заплатил за нас в кафе, - голос Никиты упал почти до шепота.
Клим успокаивающе улыбнулся:
- Совсем немного. Правда, немного. И потом, у нас дела не так уж плохи. Так что мы можем позволить себе съесть вечером перед телевизором твой любимый «Карт-Дор» с фисташками. К тому же оно не такое уж и дорогое. Там есть такое, которое мы с тобой никогда не попробуем.
Никита разжал пальцы, и Клим потянул тележку на себя:
- Вот и умница. Пошли, нам все еще нужно молоко, - он направился к «молочным» полкам, и Никита, опустив голову, последовал за ним. Почему-то хотелось плакать. О нем никто никогда так не заботился, никто не дарил подарков. Никита знал, что у Клима денег почти не осталось. А после того, как он оплатит это мороженое из своих, а не из общих, их не будет совсем. И он снова начнет ходить до работы пешком, потому что на дорогу денег уже не будет. И помощь Никиты он тоже не примет. От этого было тепло, но немного страшно. А еще внутри ныло. Предчувствие, ожидание. То ли катастрофы, то ли праздника.
- Ник, ты уснул? – его сильно дернули за рукав, и он поднял голову, ловя смеющийся взгляд теплых глаз Клима. – Я тебя спрашиваю, какое молоко взять. Уж третий раз, между прочим.
- Прости, - Никита улыбнулся. – Мне все равно, а какое ты хочешь?
- Позволь тебе напомнить, что из нас двоих молоко пьешь только ты. Так что тебе и выбирать.
- А… - начал, было, Никита, а потом замолчал. Почему он раньше никогда не замечал, что молоко они покупают только для него? И сколько, интересно, в месяц уходит на это самое молоко?
- Так, Ник, - мгновенно понявший причину внезапно напавшей на друга немоты Клим сердито сдвинул брови. – Если ты сейчас хоть слово скажешь о том, что молоко мы не берем, то я сначала врежу тебе прямо здесь при всех, потом сниму другую квартиру, перееду, а потом сдохну где-нибудь под забором потому, что без тебя я загнусь. И моя смерть будет на твоей совести. А причиной будет несчастное молоко, и твое желание на всем экономить.
- Это не желание, это необходимость! - Никита отреагировал мгновенно, а потом поднял руки, сдаваясь. - Но я не хочу, чтобы ты «сдох под забором». Поэтому давай купим наконец это чёртово молоко и вернемся домой. Я, правда, устал.
Клим с пару мгновений смотрел прямо ему в глаза, а потом молча взял с полки литровый пакет, положил его в тележку, и, отвернувшись от Никиты, направился к кассе. Начавшее было улучшаться настроение, скатилось до отметки «ниже некуда». Похоже, он умудрился обидеть Клима. Черт…