Черное солнце (СИ)

- Все в порядке. Давай просто вернемся домой, - он вытащил бумажник. Даня скользнул взглядом по его потрепанным краям, толщине и открыто усмехнулся. Такой же нищий, как и Никита. И, наверное, такой же гордый. Брюнет, которого Никита назвал Климом, метнул на него непонятный взгляд и положил на столик пару купюр. Даня успел заметить, как поджал губы Никита, рука которого до этого тоже метнулась к карману.
- Ты мог бы найти кого-нибудь и побогаче, чтобы перед ним ноги раздвигать, - молчавший до этого Влад решил напомнить о себе. Полный презрения голос заставил Даню улыбнуться.
- Тебя? – Клим встал из-за стола, глядя на Влада спокойно и чуть насмешливо. Янковский отразил его улыбку:
- Возможно. Хоть я разговариваю и не с тобой.
Даня дёрнулся, а Клим покачал головой, изображая сожаление:
- Прости, но он не по твоему карману.
Влад только сильнее сжал пальцы:
- Хорошая попытка. Хочешь сказать, что он по ТВОЕМУ карману?
- А у него со мной любовь, ей не нужны карманы, - Клим шагнул вперед, вынуждая Влада посторониться, – но тебе этого не понять. Пойдем, Ник, - он протянул руку и тот, немного поколебавшись, вложил в нее свою. Клим сжал его пальцы и потянул Никиту на себя, поднимая его из-за стола. Тот встал, сделал шаг, а в следующую секунду перед ним вырос Влад, легко оттеснив Клима в сторону. Одним резким движением разорвал их сцепленные пальцы, схватил Никиту за запястье и дернул на себя. Тот покачнулся, и Влад запустил свободную руку в его волосы. Надавил на затылок, вынуждая приблизить лицо и, глядя прямо в его ставшие огромными глаза, зашептал, почти касаясь губами его губ:
- Когда твой дружок тебе надоест, приходи ко мне.
- Мне не нужны любовники на пятнадцать минут, прости, - Никита вдруг подался вперед, словно собираясь поцеловать Влада, а потом резко оттолкнул его. Не ожидавший этого Янковский отступил на шаг, разжимая пальцы. Клим тут же оказался рядом. Положил руку на плечо Никиты и повел, почти потащил за собой. Даня проводил их до выхода растерянным, злым взглядом, а потом повернулся к Владу. Тот стоял совершенно спокойно, но Дане казалось, что он слышит, как мышцы Янковского звенят от напряжения. Бледное лицо, сжатые в полоску губы. И новый, какой-то непонятный взгляд в сторону двери. Даня невольно поежился.
- Педики гребаные, - злой шепот откуда-то сбоку заставил его напрячься. Он развернулся, но Влад его опередил.
- Хочешь что-то сказать «гребаному педику»? - он стоял уже рядом со столиком, за которым сидел мужчина средних лет с опухшим лицом. Улыбаясь, Влад наклонился над ним и похабно облизнулся. – Или хочешь присоединиться?
Мужчина дернулся, замахнулся, но Влад снова оказался быстрее. Незаметным глазу движением он перехватил руку мужчины, дернул на себя, выворачивая. Тот закричал, складываясь пополам в попытке ослабить боль. Даня невольно вздрогнул. Он слишком хорошо знал силу Влада. Рядом кто-то охнул и Даня оглянулся. Испуганные лица, удивленные взгляды. Даня выматерился. Черт, это же кафе! И в нём полно народа! Надо увести Влада. Пусть ему и плевать на всё, хлопот потом не оберётся. Даня шагнул к нему, сжал плечо:
- Влад, оставь его. Пошли, наверняка сюда уже менты или «вневедомка» несется.
Влад дернулся, оглянулся, и Даня невольно разжал пальцы, отпуская Янковского. Столько ненависти и чистой, концентрированной злости в ставших синими глазах он не видел в своей жизни никогда. Неужели этот мужик… Или сейчас Влад просто отыгрывается на нем? Даня стиснул зубы. Он подумает об этом позже. Сейчас надо увести Янковского отсюда и как можно быстрее.
- Влад, пошли! – Даня редко позволял себе разговаривать в таком тоне с Владом и, не будь тот так увлечен процессом выкручивания руки из сустава не вовремя решившего проявить свою гомофобность мужика, это не сошло бы Дане с рук.
Янковский замер, а потом медленно отступил от мужчины, выпуская его руку, за которую тот тут же схватился, баюкая. Выпрямился, тряхнул головой и оглядел зал спокойным, холодным взглядом, от которого, как показалось Дане, те, на кого он смотрел, как-то съеживались, становились меньше. А потом взгляд голубых глаз остановился на пустом столике, за которым сидели Никита с Климом, и что-то дрогнуло в них. Не желая разбираться в этом, Даня взял Влада за руку и потащил за собой к выходу, уже за дверью вспомнив, что за свой заказ они так и не расплатились. А, черт с ним! Не обеднеют.
 
Влад стряхнул его руку уже у самой машины. Даня поджал губы и отключил сигнализацию. Влад молча устроился на пассажирском сидении, ясно давая понять, что разговаривать не желает. Даня тихо выругался себе под нос и, обойдя машину, сел на свое место водителя.
- Домой, - Влад соизволил назвать конечную точку, и Даня завел мотор. Хотелось орать. Выть, материться. Под колеса машины стелилась дорога, а перед глазами проплывали картины произошедшего. Сознание пыталось справиться с потоком информации, сделать какие-нибудь выводы. Мальчик-официант Никита, ставший вдруг платиновым блондином. Не похожий на себя прежнего. Другой, изменившийся. И не только внешне. Хотя и внешне…
- Закопаю суку, - тихий, дрожащий от ярости голос Влада буквально выдернул Даню из его мыслей. Остановившись на красный, он повернулся к Владу. Сцепленные в замок пальцы, бледное лицо. Влад смотрел куда-то прямо перед собой, но Даня мог поклясться, что он не видит ничего из того, что у него на самом деле перед глазами. Да и вряд ли понимает, что произнес что-то вслух.
На светофоре загорелся зеленый, и Даня тронул машину с места. И чёрт его дернул тогда? Не мог найти другой «подарок»? Хотя, если вспомнить, каким взглядом Влад пялился на этого Никиту… Не Даня, так он бы сам затащил его в ту комнату. Ну, а сейчас-то какая муха Янковского укусила? Раньше Влад забывал о своих «игрушках» сразу, как только все заканчивалось. Абсолютно. И уж тем более, не устраивал никому разборок. Что не так в этот раз? Блондином Никита, конечно, выглядел гораздо эффектнее, но в постели Влада бывали любовники и покрасивее… К тому же, и как любовник он, скорее всего полный ноль. Даня поморщился, когда перед глазами вдруг всплыла картина, в которой Влад, казалось, умирал от удовольствия, когда «подарок» над ним «трудился». Потом он, правда, говорил другое. Но кто знает, что на самом деле думает и чувствует Янковский? Даня давно потерял надежду понять его. От того нежного и милого мальчика Владика, которым тот был когда-то, не осталось ничего.
Даже воспоминания. Но Даня любил его именно таким, каким он был сейчас. Сейчас…
Машина остановилась на очередной светофор, и Влад пошевелился. Потянулся к бардачку, в котором Даня держал пачку сигарет специально для него. Приоткрыл окно и закурил.
- Влад, что вдруг с тобой случилось? - на самом деле хотелось не задавать вопросы, а закатить полноценную сцену ревности. Но Влад их ненавидел. И отвечал всегда одинаково. «Не нравится – я не держу».
- Ничего, - тот даже не обернулся, все так же смотря в окно. – Ты так и будешь стоять или мы все-таки поедем? Зеленый горит уже давно.
Даня поджал губы и тронул машину с места. Бесполезно. Разговаривать с Владом просто бесполезно.
 2. 
- Зачем ты это сказал? – Никита шел в шаге от Клима, держа руки в карманах.
- Что? – тот оторвал взгляд от ног проходящей мимо девушки и перевел его на недовольное лицо Никиты. – Кстати, давно хотел тебе сказать: ты такой милый, когда сердишься.
- Клим!!
- А что? Чистая правда, между прочим, - Клим тепло улыбнулся. – Ладно, не дуйся.
- Не буду. Но все-таки, зачем ты это сказал?
- Что именно? – мимо них прошла еще одна девушка, и Клим снова отвернулся.
- Что у нас с тобой любовь.
Клим внезапно стал серьезным:
- Не знаю, Ник, честно. Может, захотелось его позлить. Это же тот самый, из-за которого ты ушел из «Сияния»?
Никита тоскливо кивнул:
- Да.
- Красивый, - Клим на мгновение воскресил перед глазами образ юноши из кафе.