Черное солнце (СИ)
- Как быстро тебе это надо?
Влад задумался, что-то прикидывая, а потом ответил:
- У тебя есть полторы недели и полный карт-бланш. Можешь воспользоваться моими связями, если понадобится.
Даня нахмурился:
- Все настолько серьезно?
- Более чем.
Спокойный голос, обычные интонации, но Даня напрягся. Поймал себя на этом и усмехнулся: «Становишься параноиком, Пономарев».
- Ладно, я пошел, - Влад вытащил какую-то папку и, коротко кивнув Дане, направился к выходу. – Если не задержусь, может, вечером сходим в клуб.
- Удачи! – проговорил Даня, наполнив голос теплом и легкой нежностью. Влад чуть притормозил, а потом, кинув из-за плеча странный взгляд, вышел за порог. Даня еще с пару секунд вслушивался в удаляющиеся шаги, но, как только звук захлопнувшейся двери достиг его, откинул голову и рассмеялся. Чисто и радостно. Так, как не смеялся давно.
- Теперь я знаю, - голос был полон ликования, но хотелось сделать что-то еще. Даня быстро подошел к столу, рывком открыл ящик и… застыл. Сияющая улыбка медленно сползала с его лица, а дыхание начало тяжелеть. Влад забрал журнал. В памяти тут же всплыл фрагмент, когда зашедший в комнату Влад только скользнул взглядом по так нужному ему отчету и сразу пошел к столу. Даня вскинул голову и нервно, почти истерически рассмеялся: отчет так и лежал на столе. Влад вернулся не за ним. Влад вернулся за журналом.
- Ненавижу!! – это уже был не крик, это больше походило на стон раненного зверя. – Ненавижу вас!!
3.
В клуб они попали уже далеко за полночь. Влад все-таки задержался на работе, и Даня уже почти расстался с мечтой о хорошо проведенном вечере. Но Владу хотелось веселья, и спустя час после его возвращения домой, они переступали порог клуба. Пафосная «Нефть» встретила их пьяным угаром и толпой веселящихся людей, больше чем на половину состоявшая из тех, кто, так или иначе, имел отношение к шоу-бизнесу. Даня оглядел все это сборище и, поморщившись, пошел следом за Владом к заказанному столику. Когда Влад успел его заказать, для Дани осталось загадкой, но это же Янковский. Удивляться нечему. Официант нарисовался почти сразу, и пока Влад изучал меню, Даня придирчиво оглядел его, поймав себя на том, что в последнее время официантов мужского пола на дух не переносит. Правда, этот экземпляр ничем особенным похвастаться не мог, и Даня тихо фыркнул. Похоже, на всю Москву был только один такой, как Никита и именно он-то им и достался. Хотя нет, это Влад заставил его обслужить их столик. Правда, это Даня потом предложил Владу его ему подарить. При мысли об этом Даня только покачал головой – похоже, он сам во всем виноват. Не дарил бы он Никиту Владу, может, ничего и не было бы … Да нет, бред полный. Не он, так Влад сам бы Никиту в ту комнату затащил. Достаточно вспомнить, какими глазами он тогда на него смотрел…
- У вас сегодня шумно, - Влад отдал меню официанту, заказав что-то из морепродуктов. – Много посетителей?
- Да нет, как обычно, - официант пожал плечами. – Просто все собрались именно в этом зале. Вот и кажется, что много.
- У кого-то вечеринка? – Даня протянул ему свое меню. – Мне кофе.
Официант сделал пометку в своем блокноте:
- Нет. Просто сегодня здесь Никита Верг и, полагаю, всем стало интересно. Он не часто ходит в такие места.
Официант отошел, а Даня резко повернулся к Владу, еле сдерживаясь, чтобы не зашипеть:
- Ты знал?
Влад кинул на него странный взгляд:
- Нет.
Даня молча отвернулся. Странно, но сейчас он Владу верил: тот действительно ничего не знал. Следя краем глаза за почему-то сдвинувшимся в тень Янковским, Даня принялся искать взглядом Никиту. И нашел его практически сразу – стоило только проследить за взглядами большинства людей. Никита сидел за не слишком большим столом в окружении толпы народа. Нога на ногу, в тонких пальцах дымится сигарета… Он курит?! Почему-то очень удивленный этим открытием Даня попытался воскресить в памяти все их предыдущие встречи. Нет, курящим Никиту он не видел ни разу до этого момента. Даня повернулся к Владу, горя желанием узнать у того, как он относится к этому неожиданно открывшемуся факту. Но одного взгляда на его чуть более бледное лицо и сжатые в полоску губы хватило для того, чтобы свой вопрос оставить при себе на еще какое-то время: Влад напоминал бомбу с замедленным действием, которую лучше не трогать. Даня тихо выругался себе под нос и снова вернул свое внимание Никите. Когда еще доведется понаблюдать за соперником, возведенным в ранг личного врага? А посмотреть было на что. С чуть растрепанными волосами, так, словно он только недавно встал с постели после хорошего секса, с томным, но пронзительным взглядом полных тумана глаз. С улыбкой, живущей только в кончиках губ, с опущенными ресницами, делавшими его похожим на стеснительную девушку… Никита был восхитителен. Красив, холоден, если не смотреть в глаза. Доступен, но опасен – если поймать его взгляд. Его хотелось завоевывать. Покорять. Вырывать, как приз, из рук соперников и соперниц. А их вокруг него вилась целая туча. И он каждой улыбался в ответ. Ласково и почти нежно, но что-то было в его улыбке, что держало всех этих девиц на небольшом, но все же ощутимом расстоянии. Никаких смелых и наглых жестов и касаний. Только взгляды. Липкие, раздевающие, восхищенные, жадные, страстные, откровенно голодные. Даня на секунду подумал, как же он сам выглядит со стороны, каким бы показался его взгляд стороннему наблюдателю? Наверное, изучающий. А вот оглядываться на Влада Даня не рискнул, боясь увидеть в его глазах смесь всех тех взглядов, которые отскакивали от Никиты, как от каменной стены. Но рядом с Никитой сидел его продюсер, и он то и дело поворачивался к нему, заглядывая в глаза, смеясь над его словами. И Даня подумал, что, возможно, все слухи про то, что эти двое любовники, вполне могут оказаться правдой. Даня перевел взгляд на продюсера, который сидел, поглядывая чуть свысока на кружащихся вокруг них девиц. И улыбался. Немного ревниво и с оттенком странной гордости. Даня только покачал головой, а потом… Никита вдруг вскинул взгляд и что-то тихо и резко сказал, отчего лица находящихся рядом с ним девушек враз растеряли все свои краски и улыбки. А Никита улыбнулся. Как-то по-особому. Не так, как улыбался девушкам, а открыто, радостно, даже счастливо. Даня повернулся в ту же сторону, в которую смотрели серые глаза Никиты… Она шла через зал красиво, по-модельному. Высокая, худая - она и казалась моделью. А еще она улыбалась почти так же, как и Никита. И сразу было понятно, что никого больше она не видит. Только его, вышедшего ей навстречу. Не обращая внимания на десятки взглядов разной степени напряженности, обращенных на него, он обнял девушку, коротко поцеловал и повел за свой столик. Даня скользнул взглядом по разочарованным и пылающим откровенной яростью лицам девушек, которым перешла дорогу неизвестная красотка, и тихо фыркнул. Неужели кто-то из них всерьез рассчитывал, что привлечет внимание этой новоявленной «звездочки»? Дуры. Наивные дуры. А Никита не промах… Вон как целуется с этой самой красоткой, аж завидно. Как она к нему жмется…
Перед глазами мелькнула черная тень, а спустя секунду Даня недоумевающе смотрел в спину уходящего Влада. Даня вскочил, готовый бежать за ним, но замер. Что-то во Владе остановило его. Через мгновение до него дошло: неестественно прямая спина, высоко вскинутая голова и засунутые в карманы руки. Влад шел по залу легко и почти небрежно. Но только почти: Даня отлично видел напряжение, которое буквально лилось из Янковского. Даня медленно сел обратно. Никуда он не пойдет. Он останется здесь и, мечтая разорвать на куски этого счастливо улыбающегося блондинчика, напьется до потери памяти. Потому, что без уже скрывшегося за дверью Влада пусто и холодно. Потому, что Никита, которого он видит сейчас, уже не тот, которого он знал. Потому, что Влад ревнует. Потому, что… Потому что.
Даня нашел взглядом официанта и кивнул ему, подзывая. Тот торопливо подошел и Даня коротко бросил: