Черное солнце (СИ)

- Это все… для него?
Никита ощутимо вздрогнул и поспешно нагнулся, шнуруя кроссовки:
- Нет. Это для меня. У него шикарная квартира, и я не хочу чувствовать себя побирушкой, - Никита замолчал и выпрямился.
- Но это ведь не единственная причина, да? – Клим сделал к нему шаг и принялся поправлять воротник.
Никита сверкнул глазами:
- Единственная!
Клим промолчал, отступая на шаг и качая головой:
- Просто я не хочу, чтобы ты страдал.
Никита вздохнул и, прежде чем исчезнуть за дверью, на мгновение крепко обнял Клима, шепча:
- Я знаю. Спасибо.
А через пару секунд за ним захлопнулись двери лифта.
 3. 
Чем ближе он подходил к дому Влада, тем сильнее его трясло. Мысли в голове перескакивали с одного на другое с такой скоростью, что он не успевал за ними. Страх, предвкушение, стыд… Не спасало ничего. Ни мысль о том, что это только ради Клима, ни то, что все скоро закончится. Последняя, к тому же, приносила только боль. Он игрушка. Всего лишь игрушка для Влада. Почему он – Никита? Почему вдруг такое внимание к его персоне? Или это просто он ничего не знает о Владе, а для того на самом деле такое поведение вполне нормально? Никита поежился от резкого порыва ветра. И рубашка эта дурацкая. Тонкая, шелковая. Зачем он ее надел? Зачем он вообще нарядился так, словно на свидание собрался? Смешно. И больно. Он понимает это умом, но на этом все и заканчивается.
Никита огляделся. Почти пришел. Осталось только перейти дорогу, да пройти через маленький парк. Сегодня утром ему пришлось поплутать прежде, чем он понял, где вообще находится. Зато вот сейчас ноги почему-то сами несут его туда, куда нужно. Никита кинул короткий взгляд на смешные, почти детские часы. До десяти осталось шесть минут. Ему как раз хватит. При мысли о том, что вот сейчас он придет и снова увидит Влада, сердце сжалось. Как он его встретит, что скажет? Может, вообще отправит домой? Никита судорожно втянул воздух, слишком ярко представив картинку, а потом велел себе вообще не думать об этом. Ведь так будет только к лучшему, да? Все закончится. Все. Закончится.
Никита остановился на крыльце дома Влада перед дверью подъезда. Здесь не было кодовых замков, зато была серьезная охрана и консьерж, который только кинул на него хмурый взгляд и молча нажал на кнопку пульта. Дверь щелкнула, и Никита, уже ничему не удивляясь, толкнул ее, входя внутрь. Давя робость внутри, он прошел мимо настороженно следящей за ним охраны к лифту. На его счастье, тот стоял на первом этаже, и ждать не пришлось. Когда двери сошлись за спиной, отрезая от холла, Никита только облегченно вздохнул. А потом лифт взмыл вверх, и мыслей не осталось, когда сердце провалилось куда-то в желудок. Черт, он, наверное, никогда не привыкнет к этому ощущению. Прийти в себя он не успел: лифт остановился, двери распахнулись, и Никита буквально вывалился из него. Выдохнул и оглянулся. Дверь квартиры Влада, обтянутая черной кожей, строгая и красивая почему-то показалась воротами в ад. Криво усмехнувшись своим мыслям, Никита направился к ней, стараясь не думать вообще ни о чем. Надавил на кнопку звонка и застыл, прислушиваясь и отчаянно молясь о том, чтобы дома никого не было. Ведь может же такое быть. Но замок щелкнул, и дверь распахнулась, явив стоящего на пороге Влада. С легким румянцем, растрепанными волосами и голым торсом. Казалось, что его только что вытащили из постели и, судя по лихорадочно горящим глазам, он там не сну предавался. Никита стиснул зубы.
- Тебя вообще не учили здороваться? – Влад оглядывал его с ног до головы и этот взгляд Никита чувствовал всем телом.
- Добрый вечер, - он заставил себя расслабиться. На его нейтральное приветствие Влад покачал головой, а потом отступил в сторону:
- Заходи.
Никита перешагнул порог, искренне удивляясь: он почти приготовился к тому, что его пошлют.
- Влад! – яростный возглас, раздавшийся откуда-то сверху, заставил Никиту вздрогнуть и невольно сжаться. – Какого черта он здесь делает?!
Никита осторожно поднял голову. Данил смотрел на него со второго этажа с такой яростью и ненавистью в глазах, что Никите захотелось куда-нибудь спрятаться. И Влад, словно почувствовав это желание, шагнул вперед, закрывая его собой:
 
- Он здесь потому, что Я позвал его, - от холодного голоса Никиту пробила дрожь. Почему-то вспомнилось, каким был этот голос вчерашней ночью. Мягким, нежным до слез.
- Только не говори, что снова уложишь его в нашу постель!
Никита не видел лица Влада, но усмешку в его голосе не услышал бы только глухой:
- В нашу? Нет. Только в свою.
Никита на мгновение нахмурился. Смысла сказанного он не понял, а потом все и вовсе вылетело из головы, когда Влад повернулся к нему и, почти в точности скопировав свой вчерашний жест, кивнул:
- В душ.
Тело мгновенно бросило в жар. Уже забыв и про Данила и вообще про все, Никита на деревянных ногах направился в ванную в сопровождении почти мертвой тишины и взглядов двух пар глаз. Перешагнул через порог, заперся и, тяжело привалившись к двери, позволил себе расслабиться. Ноги тут же задрожали. Он подождал пару мгновений, а потом начал раздеваться. Предельно аккуратно сложил одежду и встал под душ, стараясь не думать вообще ни о чем. Начавшаяся внутренняя дрожь и разливающийся по телу жар потихоньку сводили с ума. Предвкушение, ожидание, желание… Никита вывернул кран холодной воды до упора. Зашипел под ледяными струями, но стало легче. Голова немного прояснилась. Никита постоял еще немного, а потом вышел. Наскоро обтерся и, завернувшись в большое полотенце, вышел из ванной.
В квартире стоял мягкий полумрак. Никакого верхнего и слепящего света. На пару мгновений Никита даже растерялся, но вскоре глаза привыкли. А потом до него донесся голос Влада, зовущего его из соседней комнаты. Никита набрал воздуха, как перед прыжком в воду, дошел до порога и замер, чувствуя, как его продирает озноб от мерзкого ощущения дежа-вю. Влад сидел в роскошном кресле. Как тогда, в том клубе. Только сейчас выражение его глаз было разглядеть невозможно: они были надежно скрыты тенью.
- Иди сюда, - мягкий голос Влада почему-то напомнил большую хищную кошку. Никита, отчаянно борясь с памятью, подошел к нему вплотную и опустился на пол. Все равно и так ясно, какой приказ будет следующим. Но Влад удивил его:
- Нет, встань.
Недоумевая, Никита поднялся и, только сейчас вспомнив про Данилу, огляделся.
- Его нет, - Влад мгновенно расшифровал взгляд и, потянувшись к нему, сорвал с Никиты полотенце. Тому удалось победить инстинктивное желание прикрыться. Но взгляд Влада, буквально шарящий по телу, жег. Никита чувствовал его каждым своим волоском. Ему кажется или температура в квартире действительно поднялась?
Он вздрогнул, когда Влад провел ладонью по его животу. Нежно, но очень сильно. Так, что Никиту снова бросило в жар.
- Иди сюда, - тихо шепнул Влад и, потянув его за руку, усадил к себе на колени. Никита напрягся. Его нагота, поза… Открыт абсолютно для всего, доступен. Но стыда уже не было, разве только отголоски где-то внутри. От соприкосновения обнаженной кожи разошедшихся в стороны бедер с грубой джинсой Никита вздохнул. Ощущение было странным, но оно ему нравилось. И Влад больше не был похож на надменного и холодного ангела. Из потемневших глаз исчез лед. В платиновые волосы зарылись пальцы и потянули, принуждая отогнуть голову. Никита послушно выполнил требуемое и тут же почувствовал, как касаются его кожи горячие губы Влада, лаская сначала нежно и осторожно, а потом – со все усиливающейся страстью. Никита стиснул зубы, чтобы не застонать, но Влад уже оставил его шею в покое. Он скользнул ниже, изучая ключицу, плечо, грудь. Когда под его губами оказался темный бугорок соска, Никита застонал. Ласка Влада, то нежная, то на грани боли, сводила с ума. Хотелось не безвольно сидеть на его коленях, подчиняясь, а ласкать самому. Прикасаться, играть с его рассыпавшимися и так приятно щекочущими волосами. Но что-то внутри не давало рукам даже сдвинуться.