Белый - цвет надежды (ЛП)
— Я отнесу тебя в гостевую комнату…
— Я могу поспать у тебя? Я боюсь! Боюсь, что придёт Алессандро и заберёт меня. Что он меня убьёт, как он убил Даниэля! — Она тянет ко мне дрожащие руки и я не могу винить её и отказать в этом её желании.
Молча иду по коридору и открываю ногой дверь своей спальни. Потом заношу её внутрь и усаживаю на матрас.
— Он не умер. Даниэль жив, в этом я абсолютно уверен. Был бы он мёртв, Алессандро давно бы прислал мне что-нибудь. Запись. Видео. Фото. Но ничего из этого нет. Ты здесь в безопасности. Мои люди снаружи охраняют нас. Сюда никто не входит так легко. — Я поглаживаю её по голове. Лиз перенервничала. Она дрожит и, всхлипывая, залезает под одеяло.
— Я принесу тебе ещё снотворного и что-нибудь поесть. А потом тоже лягу спать. — Я бы не хотел оставлять её одну, но иначе никак не получится, ей ведь нужно принять снотворное. Лиз не отвечает мне. Конечно, она не хочет ещё больше обременять меня.
— Поторопись, пожалуйста! — кричит она мне вслед, едва я переступаю порог комнаты.
— Я всё сделаю, — отвечаю я спокойным тоном. Оказавшись на кухне, замечаю охранников перед дверью. Какая-то очень странная ситуация, знать, что они так близко расположились к дому.
Я, конечно, тоже заинтересован в том, чтобы Алессандро побыстрее нашёлся. И хотя среди нас, «мафиози», есть кодекс, что мы друг друга не предаём, но ему бы я позволил раскрыть моё инкогнито. Тогда вышел бы отличный скандал.
Дин Уайт — босс мафии! Это действительно был бы запоминающийся заголовок.
Я подогреваю Лиз куриный суп, который повар приготовил вчера вечером. Тогда она ничего не хотела есть. Готовлю ей чай, горячее молоко с мёдом и кладу на поднос упаковку вкусных шоколадных кексов, которые она так любит. Плюс, конечно же, снотворное и бутылка воды.
Когда я возвращаюсь в спальню, то замечаю Лиз, она стоит у окна. Наверное, она меня слышала, потому что, когда я вхожу, она говорит:
— Что, если он всех их перестреляет, а потом он ворвётся сюда и заберёт меня с собой…
— Не только дом охраняется. Также отличные ребята находится на другой стороне улицы. Кроме того, вилла защищена высокой стеной. — Поднос осторожно ставлю на ночной столик. Лиз даже не сдвигается с места, не отходит от окна.
— Они хороши. Они выследят его, если он или его люди сюда войдут. Ты останешься здесь, если я в офисе…
— Нет! — Лиз поворачивается в панике на месте и попадает прямо в кольцо моих рук.
— Я хочу быть с тобой! Всё равно, куда ты идёшь, я не отойду от тебя ни на шаг! Ты один раз уже меня спас от Алессандро и сейчас являешься единственным, кому я ещё могу доверять!
Я делаю глубокий вдох и осторожно обнимаю её дрожащее тело.
— Хорошо. Но только, если ты сейчас что-то поешь. Куриный суп с шоколадными кексами. К ним ещё чашку горячего молока с мёдом и чай для успокоения? Ну? — Видя её в таком отчаянии, я напоминаю себе, что Джолли моя ахиллесова пята. Если с ней что-то произойдёт, моя жизнь больше не будет иметь никакого смысла. Меня можно шантажировать. Но не только из-за Джолли. Если Алессандро захочет взять под свою власть Лиз… То мне нужно будет её спасать также как и Джолли.
Возможно, этот урод скоро объявится! Каждую секунду, что проходит без сообщения от него, даёт ему всё больше и больше времени для создания армии!
Лиз садиться на кровать. Она выглядит обессиленной, и всё же пытается изобразить улыбку.
— Строительство бункера уже завершено… — говорит она неожиданно, когда я снимаю пиджак.
— Что?!
— Я всё время была здесь и должна же была себя чем-то отвлечь. Это должно было быть сюрпризом. Но сейчас… Когда он готов, я бы сама с удовольствием там заперлась. — Лиз пододвигает к себе суп и опускают в него ложку. Как загипнотизированная она подносит еду к своему рту.
— Я не знал, что ты…
— Сюрприз, — говорит она и бросает на меня быстрый взгляд. Я действительно удивлён. На это я даже не мог рассчитывать.
— Я вспоминаю о том дне, когда я в первый раз заговорила с Даниэлем. Он был в кофейне и я специально вылила кофе на его пальто, чтобы завести с ним разговор. Мне он сразу показался милым, но я за ним только шпионила. Если бы я знала, в какую опасность моё любопытство может привести… Или моя работа журналистки, тогда я никогда бы это не сделала. Даниэль был бы жив, а я? Я всё ещё оставалась бы в Англии и не нужно было бы проходить через всё это. Возможно, у меня был бы друг. Парень. Возможно, я была бы даже замужем. Предположим даже было бы всё хорошо… — Она смотрит на суп, пока я снимаю брюки и рубашку. В одних трусах-боксерах я перехожу на другую сторону кровати и ложусь прямо на одеяло. Я совсем не хочу приближаться к ней близко, будучи полу-голым.
Лиз поднимает взгляд, когда чувствует движение матраса и удивлённо поворачивается ко мне. Как будто она разговаривала сама с собой и не ожидала, что я буду присутствовать.
— Мы найдём его. И тогда вы поженитесь. Когда я найду Алессандро и его головорезов, то предоставлю тебе такую честь — убить его, — обещаю ей.
— Убить, ммм… — Лиз на мгновенье улыбается и съедает немного супа.
— Это было так легко кого-то убить. Один выстрел в голову, и жизнь кончена. Я раньше не могла и муху обидеть, а потом? Потом я убила сразу несколько человек. Я даже не помню, сколько их было, три или четыре. Или пять. Всё произошло так быстро. Так автоматически. Как будто я не была собой. Но поверь мне… Если я стану против Алессандро, то он будет страдать. Я буду держать его в живых как можно дольше, чтобы заставить его умирать мучительной смертью!
Мои глаза расширяются, когда Лиз это произносит. Это милая, нежная Лиз, что любит розовую одежду и носит милые платьица, и у которой всегда загораются глаза, если она видит что-то блестящее.
— Ты сможешь насладиться своей местью. Обещаю! — Я смотрю на Лиз, как она доедает суп и потом ещё принимается за кекс и молоко. Это хорошо, что она сейчас много ест и восстанавливает свои силы. Она сдала за эти дни. Её лицо выглядит уставшим и руки шершавыми, волосы спутаны.
— Ты правда хочешь её запереть? — спрашивает меня Лиз, ставя пустую чайную чашку на поднос.
— Свободной она нравится мне гораздо больше. Свободная, как бабочка, что может летать над полями и лугами, как ей нравится. Но если я её запрячу в бункере… В её новом жилище, тогда она будет в безопасности. Там никто не будет её искать. Никто никогда её не найдёт. Она будет жить. С ней будет всё хорошо…
— Я ведь тоже должна была запереть Даниэля… — шепчет Лиз, а потом смотрит на меня серьёзно.
— Я до последнего была против того, чтобы ты запирал Джолли. Но сейчас я уверена, что это хорошая идея. Я не доверяю другим драконам. Что если кто-нибудь из них узнает, что ты любишь Джолли? Они ведь могут поймать её, чтобы тебя шантажировать. — Она говорит именно то, чего я опасаюсь. Опасаюсь уже много лет. Я сглатываю, а затем киваю.
— Если другие драконы умрут и есть возможность освободить Джолли — сделай это. Но, в данный момент, настоящая опасность грозит и тебе и ей! Я заметила, как Кассиопея на тебя всегда смотрит. Она ведь запросто сможет убить Джолли, чтобы к тебе поближе подобраться. И этот Наэль? Этот сын вождя? Он всегда смотрит на тебя так самодовольно. Я думаю, он ждёт только случая, пока ты себя проявишь и покажешь хоть какую-то свою слабость. Но самым опасным мне кажется красный дракон. Каито Акирано! Его взгляд будит во мне животный страх! — Лиз передёргивает плечами и принимает снотворное, запивая его достаточным количеством воды.
— Он тебя ненавидит. Я, конечно, не знаю почему, но он и секунды не помедлит, чтобы тебя убить. В этом я полностью уверена! — Лиз тянется к бутылке и отпивает ещё немного, смотря при этом на меня. Я ложусь на бок, подперев рукой голову.
— Да, у меня тоже были подобные мысли, — отвечаю я ей.
Затем Лиз смотрит на бутылку и снова успокаивается.
— Ты думаешь, что Даниэль ещё жив? Что у него всё хорошо? Что у него есть, что пить?