Жнец

Морана выпрямилась, однако, прежде чем успела шелохнуться, Тристан схватил ее за ноги, опрокинул на спину и, подтянув к краю, опустился перед ней на колени. Сердце подскакивало в груди, лоно пульсировало от желания, пока Морана наблюдала, как он задрал ее футболку над грудью, закинул ноги себе на плечи и обхватил губами сосок.
С губ Мораны сорвался стон от прикосновения его теплого влажного рта, и она выгнула спину дугой, прижимаясь к нему в поисках необходимого трения. Он прикусил ее сосок, втянул его глубоко в рот, а потом, не сводя с нее глаз, уделил такое же внимание второму.
– Я не жалуюсь, но, ух ты, это… о черт, – бормотала Морана, когда он разорвал ее трусики и отбросил их в сторону. Между ног разлилось тепло.
Тристан опустил руки ей под ягодицы и обхватил их ладонями, а потом прижался к ней бедрами. Наклонился и проложил дорожку легких поцелуев по животу, заставив ее беспокоиться из-за каждой складочки на коже. Но он даже не остановился, уверенно опускаясь ниже, чтобы вдохнуть ее запах и вонзиться зубами в бедро.
– Пожалуйста, – взмолилась Морана, сжимая его волосы и притягивая ближе.
– Скажи, что это не временно, – потребовал Тристан, задержав губы в считаных сантиметрах от ее изнывающей киски.
Морана кивнула:
– Это не временно.
– Хорошо, – прошептал он, согрев ее кожу, а потом приник к ней ртом и впервые попробовал Морану на вкус.
На миг она увидела звезды, сжала бедрами его голову, а он удерживал ее, держа в плену удивительных голубых глаз.
А потом почувствовала, как он страстно провел языком по клитору.
Морана оторвала спину от дивана, и ее дыхание участилось, когда Тристан начал ласкать ее, как изголодавшийся человек, впервые побывавший на пиршестве.
Он довел ее до исступления своим ртом.
И теперь она уже никогда не станет прежней.
* * *
Спустя долгое время после того, как ее тело пресытилось и расслабилось, они лежали в постели. Морана, водя пальцами по морщинкам у него на лбу, рассказала о кодах и спросила, как прошел его день. Это было так обыденно, так привычно, хотя она даже не думала, что они обретут нечто подобное, и отчасти боялась, что у них это отнимут.
– Сегодня ты спрашивала меня про третьего парня, – чуть слышно проговорил Тристан, рисуя пальцами узоры на ее плечах. – Это напомнило мне о разговоре, который я слышал в тот день.
Морана остановилась на его бровях и посмотрела в глаза.
– В тот день…
Он молча кивнул. Морана ждала, когда он продолжит, зная, что любые разговоры о том дне были подобны хождению по тонкому льду. Она не могла предвидеть, как Тристан отреагирует на связанные с ним события.
– Твой отец и Марони сидели за столом, – вспоминал он с отстраненным взглядом. – Виталио пригрозил Марони, и тот осадил твоего отца, упомянув про третьего парня. Сказал: «Не забывай, что случилось со Жнецом» или что-то вроде того.
Морана замерла.
Сердце на миг остановилось в груди.
Она приподнялась и взглянула на него, не в силах поверить, что разгадка окажется такой простой.
– Жнец. – Морана стала взволнованно трясти его за руку. – Ты уверен, что он упомянул именно это имя?
Поддавшись волнению, она заметила, что Тристан сел, и поспешила из спальни вниз, туда, где оставила ноутбук.
– Да, уверен. – Он шел за ней по пятам, в его голосе слышалась растерянность. – Что такое?
Морана быстро открыла окошко чата и повернула ноутбук к Тристану, чувствуя, как сердце стучит с бешеной скоростью.
– Неужели все так просто?
Он прочел чат, увидел имя пользователя, и выражение его лица стало напряженным, а взгляд устремился к ней.
– Ты никогда не упоминала о нем.
Морана отмахнулась:
– Это неважно. Суть вот в чем: возможно ли, что это один и тот же человек? Парень, которого я встретила на пирсе, сказал что-то о том, что он мертв.
Нахмурившись, Тристан снова уставился на экран:
– Такое возможно, но я не знаю наверняка. Я никогда не слышал ни о каком Жнеце в Клане, даже мимоходом.
На долгую минуту воцарилась тишина, пока они размышляли, а потом вдруг посмотрели друг другу в глаза.
 
– Дай-ка я сделаю звонок, – произнес Тристан.
Он подошел к столу, достал из ящика одноразовый телефон, который Морана никогда не видела, а потом вышел на улицу, так и не надев рубашку. Она пошла следом и остановилась на пороге. Холодный ветер обдувал ее голые ноги и руки. Озеро было спокойным в ночи.
Тристан нажал несколько кнопок, а потом обернулся посмотреть на нее и приложил трубку к уху.
– У меня кое-что есть, – тихим тоном начал он, и у Мораны перехватило дыхание. – Ты когда-нибудь слышал про Жнеца?
Наступила тишина, пока он слушал ответ на том конце провода, а его тело напрягалось все больше и больше. Шли минуты, и, больше не в силах терпеть, Морана спустилась с крыльца на траву, ступая босыми ногами по холодной мокрой росе, и встала перед ним.
– Когда? – спросил Тристан, глядя на нее. – Ладно, – ответил он и отключился, а потом разломил телефон пополам и выбросил в озеро.
– С кем ты разговаривал? – спросила Морана, умирая от любопытства.
Тристан глянул на нее мельком, а потом перевел взгляд на озеро:
– С информатором. Он хочет встретиться.
– О чем ты недоговариваешь? – Она заставила его повернуться к ней лицом.
Он сделал глубокий вдох и нахмурил брови.
– Когда-то давно был один Жнец, но его семья погибла в пожаре.
Морана поморщилась и поджала губы.
– Думаешь, это он?
– Понятия не имею. – Тристан смотрел вдаль, сжимая руки в кулаки. – Меня больше интересует, почему он, кем бы он ни был, хочет твоего внимания. И для этого даже раздобыл коды и вернул их тебе.
Она поразмыслила об этом с мгновение:
– Может, по той же причине, по которой я казалась такой особенной для тебя двадцать лет назад. Я единственная девочка, которая вернулась домой.
Тристан покачал головой с отстраненным видом:
– Знаешь, я никогда этого не понимал. Я рад, что ты вернулась, но почему? Уверен, уж точно не из-за любви твоего отца.
«О, он любил тебя».
Голос Марони ворвался в ее мысли.
– Сегодня Марони кое-что мне сказал, – сообщила она. – О том, что есть причина, почему только я одна вернулась домой. Возможно, он просто морочил мне голову.
– Возможно, – задумчиво ответил Тристан.
Они стояли на берегу озера, погрузившись в свои мысли. Вопросов стало еще больше.
  
Глава 18
 
Доверие
 
Амара официально пропала с радаров.
Морана переживала по этому поводу, пока стояла и смотрела на озеро и окружавшие его холмы. Часы едва пробили шесть утра. Прошла уже почти неделя, и она не знала, что делать.
Ее утро тоже выдалось довольно странным. Тристану позвонили, и не прошло и пяти минут, как он умчался из дома как ошпаренный, сказав ей, чтобы отследила его телефон, если он не вернется через час. Морану интересовало, откуда ему вообще известно о том, что она установила трекер на его телефон. Но Тристан ушел, и она, одевшись и повесив на пояс запасной пистолет, который он хранил в ящике в гостиной, вышла на террасу и стала следить за временем.
В это время дня холмы были окутаны густым туманом, через который слабо пробивался солнечный свет. Холодный ветер играл прядями ее волос, вокруг витал запах утренней росы и цветов. Морана еще никогда не бывала в подобном месте. На мгновение она почувствовала, будто перенеслась в одну из прошлых эпох: от представшего перед ней вида веяло стариной.
По спине пробежала дрожь, и Морана, сжав в руке образец современных технологий – свой телефон, напомнила себе, что не стоит пугаться. На экране датчик слежения с телефона Тристана показывал точку примерно в километре от места, где она сейчас находилась.
Ровно через пятьдесят три минуты после его ухода пришло сообщение.