Ночные наслаждения (ЛП)

Достаю свой телефон и открываю фотографию особняка, которую сделала ранее. Развернув изображение входа, увеличиваю его достаточно, чтобы прочитать адрес. Мурашки покрывают мое тело. Идеальное совпадение.
****
Следующие несколько дней проходят в суете шитья, примерок и долгих ночей за машинкой. Когда, наконец, наступает время вечеринки, я стою на зеркальной платформе для манекенов и рассматриваю свой костюм.
— Ну что, я похожа на джинна? — спрашиваю маму.
— Вау, как красиво, и идеально сидит, ты просто великолепна, милая, — говорит она. — Как настоящий джинн.
— Спасибо, — отвечаю я.
Одно из преимуществ создания костюма для себя — возможность извлечь выгоду из своих сильных сторон, и я, нужно сказать, прямо сейчас чувствую себя потрясающе.
Мягкие, почти прозрачные розовые шаровары низко сидят на соблазнительных бедрах и струятся по ногам. Полную грудь украшает блестящий укороченный топ с блестками, идеально подчеркивающий декольте. Со светлыми волосами, собранными в высокий хвост и закрепленными застежкой в форме конуса, я выгляжу как сексуальный джинн, на что и был расчет.
— Я так рада, что этот день наконец настал. Ты ведь будешь оставаться в людном месте, пока не убедишься, что человек в маске в не опасен? — спрашивает мама в миллионный раз. — Все так загадочно.
— Конечно, я так и сделаю, — глубоко вдыхаю, ощущая крошечный всплеск адреналина.
Десять золотых браслетов, надетые на каждую руку, звякают друг о друга. Я завершаю свой образ массивным ожерельем с драгоценными камнями и огромными серьгами-кольцами.
— Подыскала необходимые аксессуары? — Мама смеется.
— Вообще-то, у меня есть еще один, — поднимаю брови и одариваю ее ухмылкой. — Гоблин, иди сюда, приятель.
Гоблин выбегает в своем плюшевом костюме с золотой лампой. Он выглядит восхитительно разгневанным. Но поскольку первым нашел особняк, думаю, что справедливо, если он будет сопровождать меня сегодня вечером. Плюс, если человек в маске окажется опасным или в особняке действительно водятся привидения, я могла бы использовать своего грозного защитника.
— Ха! Гоблин всецело ненавидит тебя за это, лучше дать ему дополнительные угощения. Так остроумно, мне нравится. — Мама улыбается, делая несколько фотографий.
Я пристегиваю поводок Гоблина к ошейнику и делаю глубокий вдох, когда мы идем к задней двери.
— Хорошо, мы с тобой увидимся где-нибудь между сегодняшним вечером и завтрашним утром, пожелай нам удачи.
 Глава 2 
Адам
— Лучшая ночь в году, — говорю я брату.
— Лучше, чтобы так и было, — отвечает Дэн, чокаясь со мной бокалом.
— Ты же знаешь, я живу ради этой вечеринки, но еще не закончила с трио супергероев, учти, в следующем году я выбираю костюмы, — добавляет моя сестра Челси со смешком.
— А я считаю, что выгляжу чертовски хорошо, — возражаю с дерзкой ухмылкой, глядя на свой красно-синий костюм. С четко очерченной линией подбородка и накачанными мышцами я определенно мог бы сойти за киногероя.
Челси закатывает глаза. — Если повезет, муженек не заболеет, а моя племянница придет одна, так что Дэну не будет одиноко, и, возможно, мы сможем найти к твоему костюму пару.
Челси смотрит на меня, подняв брови. Поскольку они с Дэном одновременно заключили браки со своими школьными возлюбленными, моя сестра постоянно уговаривает меня остепениться.
— Поверь мне, я хочу этого больше, чем кто-либо другой, но мне нужен правильный человек. На данный момент все жители этого города для меня как семья, а все, кто не из этого города, просто не понимают, что здесь происходит. Мою жизнь окутывают традиции, и, давайте посмотрим правде в глаза, они странные. Выпьем за то, чтобы найти вторую половинку для меня в подходящем костюме.
— Твое здоровье, — говорит мой брат Дэн.
Челси делает глоток пива и смотрит на меня. — В этом году они хорошо поработали с декором, вам не кажется?
Я в первый раз оглядываю бальный зал особняка. Украшения для Хэллоуина почти естественно сочетаются с эстетикой особняка. Несмотря на то, что это место с привидениями недоступно для публики в течение всего года, кроме одной ночи, моя компания заключила контракт с владельцем-затворником особняка на работу над проектами реставрации. Так что я провел здесь достаточно времени, чтобы воспринимать как должное поразительную красоту этого места.
 
Огромная люстра закреплена в центре сводчатого потолка бального зала. Большие прямоугольные витражные окна окружают комнату, освещенную только теплым светом свечей. Старинная величественная деревянная лестница ведет на террасу, с которой открывается вид на зал, а позади нее крыло особняка, закрытое для публики.
— Да, верно, — отвечаю я.
— Эй, я пойду возьму немного еды. Составишь компанию? — спрашивает Дэн.
— Нет, вообще-то, я подумала, что мы можем отправиться в сад, — отвечает Челси. — Адам, выйдешь со мной?
— Нет, спасибо, — говорю я небрежно.
— Ты уверен? Мне действительно нравится сад, — спрашивает она.
— Нет, я догоню тебя через несколько минут, хочу выпить еще. Я не собираюсь выполнять ее приказы только потому, что мой шурин не смог прийти сегодня вечером.
— Ладно. — Челси бросает на меня раздраженный взгляд и уходит.
Я иду к бару, и почти каждый человек в нашем городе находится здесь, пьет, танцует и ждет появления привидений. В передней части зала, за деревянными перилами, на всеобщее обозрение выставлены конкурсные работы по вырезанию тыкв, и участвовать в этом конкурсе очень интересно.
«Светильники Джека» (прим. ред.: «светильник Джека» — фонарь из тыквы) оцениваются всеми участниками вечеринки, и денежный приз присуждается тому, чья тыква набрала наибольшее количество голосов. Финалисты часами работают над своими замысловатыми проектами, и с каждым годом кажется, что планка становится все выше. Я просматриваю их и обдумываю, за какую буду голосовать.
Главные претенденты — призрак с вырезанными специфическими зубами, белая тыква с замысловатым кружевным рисунком, а в конце — огромная тыква с вырезанным на ней пейзажем нашего города. Работа, должно быть, заняла много времени.
Я подхожу на шаг ближе, чтобы полюбоваться деталями, и тыква раскачивается с эффектом, похожим на какую-то аниматронику (прим. пер.: междисциплинарная область, которая объединяет моделирование, кукловодство и мехатронику). Я смотрю с растущим интересом, в ней нет никакого штепселя. На мгновение задаюсь вопросом, не заявляет ли о себе призрак. У нас с ним и раньше происходило множество встреч.
Среди покачивающихся изделий вижу взмах хвоста, и мой интерес усиливается. Мои глаза расширяются от ужаса, когда наклоняюсь поближе и замечаю собаку в пушистом костюме золотой лампы, перекусывающую элементами декора.
Оглядываюсь по сторонам в поисках заботливого хозяина, но почему-то этот щенок здесь один и направляется к городскому пейзажу. Его нужно остановить, прежде чем он уничтожит конкурс.
Без лишних раздумий проталкиваюсь сквозь толпу и кладу обе руки прямо на деревянные перила. Согнув колени, я слегка наклоняюсь, прежде чем подтянуться и перемахнуть через край. Мой плащ тянется вслед, и одним плавным движением перепрыгиваю через демонстрационный стол.
Протянув руку, хватаю пса в костюме лампы за лапу и оттаскиваю его. Первая часть моего поспешного плана выполнена, я пытаюсь встать, чтобы принять поздравления. Однако по инерции нас несет вперед, и я теряю равновесие. Расправляя плечи в жесте, возвращающем меня к славным футбольным дням в старшей школе, перекатываюсь, держа «лампу» под мышкой.
Приземлившись, вскакиваю на ноги. Взглянув на бальный зал, вижу, что все взоры устремлены на меня. Я торжествующе поднимаю собаку в воздух над головой. В комнате воцаряется почти полная тишина, за исключением редких хлопков.
— Чья это собака? — спрашиваю я громко, повернувшись лицом к толпе. Осматриваю комнату, чувствуя себя героем в своем суперкостюме, и устанавливаю зрительный контакт с половиной толпы. Но никто не хочет брать на себя ответственность за маленького воришку. — Значит, ни у кого не пропала лампа? — говорю я фальшивым баритоном. — Он сам себе сшил этот костюм? — со смешком продолжаю задавать вопросы.