Двуликий Янус (СИ)

В руках оказывается вполне обычный ржавый изогнутый гвоздь. И вроде бы простая вещь, которая не должна бы вызывать никаких чувств, но Диксон ощущает себя просто невероятно счастливым. Он ухмыляется, сжимая в ладони находку, вдавливает ее в кожу. Это чертовски удачная добыча.
В голове тут же промелькивают быстрые мысли. Попробовать расковырять замок? Нет, до него не добраться. Звенья не разожмешь, слишком они толстые, а вот крепление… Диксон запрыгивает обратно на кровать, прижимается животом к спинке, вставая на колени, перед носом оказывается то самое крепление, торчащее из стены. Он пробовал вырвать штырь, но тот очень хорошо сидит в дереве, а вот если его расковырять… Это могло бы помочь.
А ведь можно было использовать его и по-другому. Кинуть в глаз Граймсу эту хрень, и тот сдохнет прямо здесь, в этой самой комнате. О да, Дэрил легко может представить труп мужчины, его пустое лицо, ниточку крови, вытекающую изо рта, раскинутые руки. Диксон с удовольствием наступил бы ему на яйца, жал бы до тех пор, пока они не взорвутся. И его бабу бы прирезал, так, за компанию, чтобы Рику скучно не было.
Дэрил врезается гвоздем в твердое дерево стены, медленно отделяя кусочки волокон. Тяжело идет, пальцы режет, натирает, в центре ладони уже хорошая ранка, раздраконенная шершавой шапочкой. Дерево как будто не дерево вовсе, словно Диксон пытался расковырять бетонную стену. Но ничего, у него было время. Если все пойдет так, как он думал, то у Дэрила будет очень много времени.
За своей «работой» он не замечает, что в комнате теплеет, лучи солнца, пробивающиеся через плотные кроны, разгоняют темноту. Становится жарче. Дэрил оттягивает ворот кофты, немного отвлекаясь, морщится, когда сжимает и разжимает ладонь. В центре образовалось очень нехорошая рана, кровящая, с мелкими вкраплениями ржавчины внутри. Не хотелось бы, чтобы это переросло во что-то большее. Зато результат есть — где-то полусантиметровая дырка вокруг штыря, обнажающая часть железной конструкции. Ковырять придется много, но Дэрил чувствует приятный подъем. Уже сейчас что-то получалось. Он дергает цепь, но штырь все еще плотно сидит в стене, даже не шатаясь. Однако еще не вечер, как говорится.
Он прислушивается к шагам снаружи, дергаясь каждый раз, когда кто-то проходил мимо его комнаты. Пока все было тихо, но в любой момент в комнату мог войти Граймс, заметить его за делом. Нет, это стоит оставить на другое время. И за несколько часов ничего не изменится.
Дэрил лениво вытягивается на кровати, ковыряет ранку, прочищает ее, пуская кровь. Не хотелось бы получить заражение, но важнее всего было выбраться отсюда. Без рук, без ног, похуй, главное — вновь почувствовать вкус свободы.
— Подожди, я сама приготовлю, — говорит женщина за стенкой, в голосе звучит улыбка, и Дэрил легко может представить ее за печкой, возящейся с какими-то кастрюльками и тарелками. — Должна же я приносить пользу.
— Приятно наконец-то почувствовать женскую руку в этом доме. Сразу же становится уютнее.
Голос Рика снова дрожит непонятными нотками, словно мужчина был готов заурчать, как сытый кот. Тишь да благодать у них. И ладно, пока Граймс не переключался на задницу Диксона. Пускай ебет свою бабу.
— Если ты хочешь, я могу остаться.
Дэрил напряженно вслушивается, надеясь услышать те слова, которые решат и его судьбу. Теплилась у него слабая надежда на то, что Рик все же отпустит его. Ну на кой черт ему Диксон, если он нашел себе новую дырку? Если бы до этого Рик пытался использовать его как-то по-другому, он бы еще подумал, но мужчина только трахал.
— Я обещал королю, что найду тебе хорошего партнера. Я не совсем уверен, что я удовлетворяю твои запросы.
— А мне кажется, вполне. Но если хочешь, я покажу, что ты мне очень подходишь. Ты самый лучший.
Дэрил кривится, улавливая суть разговора. Однозначный ответ так и не прозвучал, а значит, он так и продолжит висеть на этой чертовой паутине, словно паук, который не может добраться до потолка. И не знаешь, сорвет ли тебя оттуда какой-то идиот или сам свалишься. Вот только Дэрил ядовитый паук, у которого охеренное жало, так что он еще продолжит цепляться за свою хреновую жизнь.
  
Разговор становится каким-то бессмысленным и по большей части непонятным. Говорили о какой-то ерунде, о полях, о хонт, об овощах. В общем, бред да и только. Зато до носа доходит очень приятный запах, от которого урчит живот, а желудок напоминает, что он совсем недавно хорошо так проблевася. Но его кормить сегодня, похоже, не собирались.
— Пошли, я покажу тебе деревню, — ласково говорит Рик. — Познакомишься со всеми.
— О, я с удовольствием.
От энтузиазма женщины хочется снова проблеваться, и чем сильнее, тем лучше. Лишь бы выгнать из головы этот мерзкий звонкий просящий голос, который вызывал только острое раздражение. Вот всегда бесили такие бабы, которые переходили от мужика до мужика и сами по себе не представляли ничего, помимо вечно готовой дырки. Как Дэрил это понял? Ему даже видеть не нужно. Он раскусывает их по интонации. Но именно такая и подходит Граймсу. Баба, которая будет терпеть эти заебоны. Вот только не жить им долго и счастливо. Дэрил не даст. Да, блядь, в любом случае эта сука ответит.
Однако Диксон отдыхает недолго. Он поспешно прячет свое «оружие» под шкуру и как будто скучающе прислоняется спиной к спинке кровати, вслушиваясь в знакомый шум шагов, легких, слышных только из-за того, что человек действительно хотел предупредить его о своем приближение. Пол быстро понял, что Дэрил так чувствовал себя спокойнее, и это стало негласным правилом. Диксон не пытался больше его убить, а Ровиа предупреждал о своем приближении. И все равно он не доверял этому добрячку. Подозрительный больно.
Пол как всегда с улыбкой встречает его, а в руках заветная тарелка с едой. Дэрилу приходится одернуть себя, чтобы не показаться нетерпеливым. Хотя жрать хотелось так, словно он не ел целую неделю. Диксон тут же засовывает нос в тарелку, лезет пальцами внутрь, собирая кусочки мяса и овощей, которые больше всего нравились ему. То ли Дэрил привык, то ли Ровиа начал жалеть специй, но на вкус это казалось даже лучше чем обычно.
— Неплохо, — бурчит он, кидая быстрый взгляд на мужчину.
— Ох, да ты прямо расщедрился на комплименты, — счастливо тянет Ровиа, хотя видно, что ему немного неловко. Он быстро облизывает губы, наклоняет голову, смотря на Дэрила, словно щенок на мамку. — Сейчас как растаю, и ты от меня уже не отделаешься.
Диксон фыркает, слизывая с запястья пряные потеки соуса.
— Кстати, у вас не слышали о таком изобретении, как ложка? — интересуется Пол, внимательно наблюдая за ним.
— Иди на хер, — фыркает он. — Так вкуснее.
— Я понял.
Пол с легкой улыбкой поглядывает на него, начиная опять рассказывать о каких-то своих делах. Его монотонное бубнение как-то успокаивает, Дэрил расслабляется, сонно зевает, отставляя пустую тарелку и прислоняется к спинке кровати.
— Я видел, что Рик приехал, — неожиданно говорит Ровиа, прерывая свой рассказ прямо посередине. — И он привез женщину.
Дэрил просто пожимает плечами. Что он мог знать? Да нихера. И не хотел бы. Граймс гребанный урод, который лучше бы вообще не появлялся в его жизни.
— Но при этом ты снова голодный. — Вот этой фразы Диксон точно не ожидал. Не то чтобы Рик его совсем не кормил, вон, вчера ночью швырнул тарелку. Однако Пол продолжает: — Слушай, у меня есть небольшое предложение…
Мужчина заминается, окидывает его внимательным взглядом, словно что-то решая для себя. Задумчиво покусывает губу и наконец-то кивает себе же.
— Да. Я могу попробовать. Рик нашел себе женщину, а значит, ты ему не особо будешь нужен. Женщина всегда предпочтительнее мужчины… — Как будто убеждая самого же себя, бубнит Ровиа. — Если бы не я, то ты бы умер здесь с голода. Так что ты больше ему не нужен. Не понимаю, почему, но…
— Блядь, Ровиа, чего ты хочешь? — срывается Дэрил, сцепляя пальцы в замок. Внутри растет напряжение. Уж не нравилось ему, как напрягался обычно спокойный Пол.