Двуликий Янус (СИ)

Время медленно тянется, а из коридора, куда увели Дэрила, не раздается ни единого звука. И только изредка кто-то проходит мимо них, вынуждая каждый раз вскидывать голову, с надеждой смотря в лицо проходящих. Но новостей нет, слишком долго. Мэрл нервно царапает плотную ткань штанов, собирает ее в кулак. К счастью, даже с его немалыми усилиями она не порвется, все же это не обычное дерьмо, что носили здешние жители.
— Эй, Диксон, — неожиданно окликает его Пол, смотря куда-то мимо, за спину. Мэрл даже оборачивается, надеясь увидеть братишку, но там ничего. — С Дэрилом все будет в порядке…
— С чего бы? — раздроженно фыркает Мэрл. — Здесь, блядь, даже капсул нет. Его будет резать… какой-то… какой-то… — его прямо перекашивает от отвращения.
— Человек? — спокойно интересуется Пол, переводя взгляд на него. Черты лица разглаживаются, становятся мягче. — Я не знаю, какая у вас медицина, но и здесь не так плохо, как ты думаешь. Так что расслабься, Дэрил в хороших руках и… Ты собираешься забрать его отсюда? — быстро съезжая с темы, спрашивает Ровиа, ставя его в тупик.
Похоже, мужчина пытался его отвлечь. И после их ссоры это было очень даже странно.
— Неет, — неуверенно тянет он. — Вряд ли Дэрил сам захочет. Да и ребенка хрен мы утащим. А этому… — Мэрл кивает на Рика, — мелкого я не доверю.
Пол как будто смотрит на него каким-то новым взглядом, удивленным, недоверчивым.
— Неужели ты, Диксон, можешь быть не только последним ублюдком? — присвистывает он удивленно. — А я уже подумал, что у тебя вообще души нет.
— А я думал, что ты не шлюха, — шипит в ответ Мэрл.
Вот и поговорили.
Если бы здесь висели часы, можно было бы услышать, как тихо трещит движущийся по кабелям ток. Но Мэрл может цепляться только за едва слышные звуки, достигающие их из кабинета напротив. Проходит действительно немало времени, перед тем как Мэрл замирает, неожиданно ощущая достигающий даже него запах крови и Марса, настолько яркий, родной, что хочется подскочить и помчаться туда. Но этого делать не нужно, потому что из-за поворота выворачивает тот самый блондинчик с маленьким свертком на руках, от которого и исходил запах.
Мэрл поднимается, не отводя взгляда от шевеления внутри серой тряпки, чувствуя, как сердце ухает прямо в пятки. Неужели…
— А где Дэрил? — тут же спрашивает он, осознавая, что мелкого так и нет.
К счастью, переводить и не нужно, потому что одновременно с ним задает вопрос и Рик. Зато ответ Полу все же приходится объяснить ему.
— Дэрил еще в операционной, удаляют маточный мешок. А малыша несут в бокс на пару дней. Но он решил сначала показать его вам…
Мэрл отодвигает Рика, зло шипя на него, не давая мужчине первому взять на руки сверток. И осторожно принимает его в руки. Маленький, действительно очень маленький, такое чувство, что сейчас сломаешь. И в то же время его не покидает теплое чувство дежавю от ощущения маленькой жизни на своих руках, знакомого запаха, забивающего ноздри.
Придерживая малыша всего лишь одной рукой, второй он отодвигает краешек ткани, открывая взгляду бледное, собранное глубокими складками личико. Страшненький, жуть, но в то же время так похожий на Дэрила, просто его копия, разве что маленькая, не по возрасту, а по размеру.
Малыш недовольно кряхтит, разворачиваясь, набирая в рот воздух, чтобы оглушить их громким воплем. Вот только вместо этого он тихонько мяукает, словно маленький котенок. Пока еще слабенький, но даже так Мэрл знал, что пацан вырастет крепким. По-другому быть и не может. Маленький Диксон на его руках станет самым крутым на этой планете.
Мэрл скользит взглядом по слабо подрагивающему тельцу, замечая и…
— Вот ведь мужик, — восхищенно тянет он, замечая фитюльку между ножек. — Настоящий Диксон. И хрен Диксоновский. Все бабы будут твои. А дядя Мэрл тебе в этом поможет.
Малыш, словно услышав его перестает хныкать, даже словно принюхивается. Инстинкты уже сейчас работают, отличая своих и чужих. Значит… марсианин, настоящий.
Мэрл, наверное, выглядит как идиот, потому что на губы так и лезет нежная улыбка, когда малыш, слабо дергая ручкой, пытается подцепить майку. Похоже, он и правда стал дядей.
  
— Жизнь положу, но сделаю из тебя настоящего мужика, — нежно шепчет Мэрл на родном, — не то что твоя мамочка.
— Можно? — Рик все тянет руки, толкает, пытаясь взять ребенка на руки.
Вот только доверять это пока еще маленькое, совсем хрупкое тельце этому ублюдку… Не очень-то и хотелось. Но вот белобрысый сам тянет к нему руки, заставляя все же отдать ребенка, и передает его Рику.
Мальчишка вновь тихонько мяукает, тут же затыкаясь. Как бы Мэрлу ни было неприятно это признавать, но малыш, похоже, принял отца. Граймс бережно проводит пальцем по пухленькой ручке, едва касаясь, видимо, тоже боясь повредить хрупкие косточки. Наклоняется, целуя лобик, улыбаясь, словно идиот.
— Карл… — дрожаще выдыхает он, считая, что имеет какое-то право давать имя ребенку. Хрен ему.
— Иди в жопу, — обрывает его Мэрл. — Это Мерфи. Мерфи Диксон, в честь деда.
Рик бросает на него быстрый взгляд, но, видимо, ребенок на его руках просто не дает сильно упрямиться.
— Мерфи Диксон-Граймс, — кивает тот. — Хорошо.
— Мне нужно унести ребенка, — напоминает блондин, забирая младенца.
Мэрл просто не может не проводить его взглядом. Малыш, черт, у него действительно мелкий племяшка. Его маленький волчонок, чей запах навсегда запечатлевается где-то в мозгу, включая самый важный инстинкт — сохранения потомства.
***
Хирург затаивает дыхание, освобождая сосуд, чтобы его прижечь, и отрезать еще один кусочек плоти. По лбу стекают крупные капли пота, которые тут же ловит мягкой тряпкой внимательный ассистент, не давая влаге попасть в раскрытую для манипуляций брюшную полость. Органы влажно поблескивают, один из сосудов вновь начинает кровить, и он вновь прижимает инструмент, не давая мужчине истечь кровью.
Было даже сложнее, чем казалось. Нужно было аккуратно извлечь мешок, сначала изолировав его, хотя тот развил вполне такую хорошую систему связи практически со всеми органами, и при этом не убить пациента. Непросто, очень непросто… Но ничего, он справится, не зря же Кевин был лучшим хирургом.
========== XXXXIX. Сильная кровь ==========
Дэрил морщится от боли, открывая глаза, тут же натыкаясь взглядом на серый потолок. Похоже, операция прошла хорошо, раз он все еще жив. Зато живот буквально разрывало от дикой боли. Но Диксон был марсианином, мужиком, так что ничего, перетерпит. Он приподнимается, напрягая мышцы живота, садясь на койке. Так, и где ребенок? Но в маленькой палате пусто, только он да сложенная на деревянной табуретке одежда.
Тело все ноет, но Диксон с мазохистским удовольствием заставляет измученные мышцы работать, превозмогая невыносимую боль. И что самое приятное, туман в мозгу как будто рассеивается, и, мать его, Дэрил никогда не соображал настолько трезво, как сейчас, после того, как из него вырезали ребенка. Кстати, о последнем…
Дэрил опускает взгляд вниз, рассматривая полоску, приклеенную вдоль живота. В остальном, кажется, ничего не изменилось, вообще. Похоже, придется покачать пресс, чтобы подтянуть живот. А то как-то… неприятно.
Диксон дергает дверь, распахивая ее, вываливаясь в коридор, чтобы наткнуться на чужой внимательный взгляд. Не ожидал. Но на губы все равно вылезает легкая улыбка.
— Посмотрите-ка, даже живой, — громогласно тянет Мэрл, раскидывая руки, как будто пытаясь обнять его. — Как брюхо? Выглядишь неплохо.
— Нормально, а где… ?
— Твой хахаль или Мерфи?
Дэрил даже не сразу понимает, что за Мерфи. А потом доходит. Мэрл, конечно же, кто еще мог соблюсти традиции Марса и назвать младенца правильно, в честь предка.
— В принципе, они недалеко друг от друга, — продолжает Мэрл, довольно ухмыляясь. — Твой муженек караулит мелкого. Хотя внутрь заходить нельзя, он в какой-то «боксе». Хрен знает, что это за хуйня, но этот белобрысый сказал, что она необходима. Пацан будет там два дня. Так что, тоже потащишься пороги оббивать?