Двуликий Янус (СИ)

— Дэрил, ты что тут делаешь? — заметив его, интересуется Реми, стряхивая с волос мелкие веточки.
— Где Мэрл? — глухо спрашивает он, надеясь услышать правильный ответ.
— О, он где-то там, — мотает в сторону Реми, — Вместе с Риком и Гленном.
Только это ничуть не радует. Ладно, хватит вести себя как девчонка, нужно действовать. Он слегка кивает Реми, благодаря за полученную информацию, и быстро шагает в нужную сторону.
Увиденная картина не может не произвести на него впечатление. И дело даже не в том, что Мэрл действительно работает сейчас здесь, а не пытается тихонько закинуться, хоть и видно, что он торопится. Дело в том, что брат работает сообща вместе с Риком, плечом к плечу. Эта картина настолько удивительна, но в то же время приятна, что он замирает, запоминая ее. Ведь может быть именно так. С Риком, с Мэрлом, который выглядит спокойным, без всего того дерьма.
Дэрил мотает головой, отбрасывая эту мысль.
— Мэрл, — окликает он мужчину. — Где эта хрень?
Брат оглядывается, распрямляется, недоуменно скользя по лицу. Как будто действительно не понимал.
— Грибы. Ты не понимаешь, что это за дерьмо. Отдай их.
— Виктор? — подозрительно спрашивает он. — Что за дерьмо он сделал?
— Это не важно, — неожиданно легко отмахивается Дэрил, удивляясь тому, как спокойно звучит его голос. — Но вштырило его конкретно. Ты не захочешь повторить это дерьмо. Выкинь их.
Дэрил не думал, что выйдет все легко. Брат любил чувство кайфа, черт, практически все проблемы с Мэрлом были именно из-за наркоты. Но сейчас мужчина просто достает небольшой сверток, и высыпает грибы себе под ноги, словно знает, что ничего хорошего от них не будет, или он действительно знал?
— Эх, жалко, я хотел расслабиться, — разочарованно тянет он, размазывая шапочки грибов по земле.
— Если хочешь расслабиться, лучше настой их попробуй, а не жри всякую хрень.
Мэрл тихо фыркает, но глаза загораются интересом. Дэрил уже знает, что он будет спрашивать.
— Нет, от него тебя не вштырит, — с усмешкой говорит он, потирая живот. — Но хорошо так успокоит. А вот всякую хрень не жри. Они на нас влияют не так, как должно было… И с настоями тоже… того, осторожно.
Да уж, позволить кому-то готовить настой для брата… Он мог доверить такую миссию только одному человеку, который знал реакцию организма марсианина на всякую хрень.
— Что мне будет от простой водички?
О… Мэрл даже не подозревал, что, и уж лучше пусть и дальше пребывает в неведении. Потому что такое пережить… Дэрил никому бы не пожелал. Грибы хотя бы отпускали быстро, а настой же наоборот.
— Рик, — осторожно зовет он мужчину, чувствуя себя очень неловко. Граймс тут же поднимает голову, смотрит недоверчиво, как будто ожидая, что он просто плюнет ему в лицо. Вот только Дэрил хочет подойти к нему, ткнуться лбом в плечо, наконец-то почувствовать успокоение, отпущение грехов. — Ты делал настои от боли.
— У тебя что-то болит? — тут же обеспокоенно спрашивает Граймс, делает шаг вперед, собираясь подойти, но останавливает себя.
— Мэрлу, расслабиться.
— Хорошо, да, почему бы и нет, — пожимает он плечами. — Как закончим, сделаю.
Рик вновь отводит взгляд, продолжая заниматься своим делом, как будто просто забивая на Дэрила. Неприятно колет обида. Но Граймс имел право злиться, вести себя так. Он ведь сам все испортил, снова.
— Мелкий толкается? — неожиданно спрашивает Мэрл, заставляя его отвлечься от рассматривания спины Граймса.
Девочка толкалась сильнее, чем думал брат, она как будто хотела вылезти из него прямо сейчас. Без Граймса было действительно паршиво. Но просить о помощи, о том, чтобы тот прикоснулся к нему, помог снять боль… Черт.
— Мелкая, — поправляет Дэрил. — Рик говорит, что будет девочка. Толкается.
— Да ни хера подобного. Это Диксон, мужик, как и все Диксоны. Дай потрогаю.
Брат надвигается, словно танк, не давая сбежать, даже если бы Дэрил захотел этого. Впрочем… Он замирает, прислушиваясь к собственным ощущениям, когда широкая крепкая ладонь брата опускается на живот. Это не было похоже на Рика, который с ловкостью виртуоза успокаивал ребенка, не похоже на Виктора, от прикосновения которого в голове пульсировал страх и все внутри поджималось. Это было по-другому, просто иначе. Дэрил нервно втягивает воздух, поднимая глаза на брата, замечая в них какие-то незнакомые искорки. Лицо мужчины расслабляется, словно он попал в нирвану, на губах появляется тонкая улыбка.
  
— Хороший мальчишка, — нежно говорит Мэрл. — Крепким будет.
Не будет. И не только из-за того, что это девочка. Но… Блядь, Дэрилу только удалось заставить себя не думать об этом. Хотя нет, не так, он настолько загнал себя мыслями о том, что произошло, что это как-то ушло на второй план. Зато теперь… Вкус горечи вновь наполняет рот, голова начинает ныть. Он не хотел, чтобы ребенок страдал из-за его ошибок, из-за его глупости.
— Ее достанут раньше срока, — хрипло говорит Дэрил, сглатывая слюну, пытаясь заставить голос не дрожать. — Так что не будет крепкой…
— Хватит наматывать сопли на кулак, — резко говорит Мэрл, отвлекая. — Все будет в порядке. Мы, Диксоны, так просто не сдаемся.
Брат был слишком воодушевленным, словно уже успел закинуться. Ведь совсем недавно он выглядел так, словно еще секунда, и взорвется. Может, так повлияла физическая нагрузка? Он просто выпустил пар за счет нее? Хрен его знает, с Мэрлом все могло быть.
— Я тебе клык даю на то, что это пацан. Поспорим?
Дэрил быстро мотает головой. Не нужна ему такая фигня. Вот чего он никогда не позволит, так это споров на тему собственного ребенка. И так все паршиво, чтобы и дальше дразнить судьбу.
— Нифига себе он толкается, — удивленно округляет глаза Мэрла, прижимая ладонь чуть плотнее. — Он тебе там все кишки не отбил?
Не просто отбил, там, наверное, вместо органов у него сплошная гематома. Но сейчас, когда он знает, что малыша скоро достанут… он хотел бы, чтобы это продолжалось, хотел, чтобы ребенок оставался в нем достаточное время, чтобы стал крепким и сильным.
— Отбил, — криво, невесело ухмыляясь, говорит он, скользя взглядом к Граймсу, который настороженно наблюдал за ними. — Уже не привыкать. Кстати, что у вас произошло с Полом?
Зря он это спрашивал, ой зря. Но Дэрил не хотел говорить о ребенке, не хотел дальше мучиться из-за этого. Лучшего способа отвлечь себя он просто не нашел. Видимо, девочка давила еще и на мозги. Мэрл мгновенно мрачнеет, отдергивает руку, засовывает ее поглубже в карман, на лбу вновь собираются морщинки.
— Тебя это не касается, — раздраженно бросает он. — Не беси меня, братишка.
Вот и поговорили. А ведь Дэрил хотел еще узнать о том, что говорил Мэрл до того, как они зашли в больницу. Но сейчас спрашивать его об этом было опасно. Так что он затыкается, вновь поворачивается к Рику, натыкаясь на его метнувшийся в сторону взгляд.
— Свали отсюда.
Ну и похрен. Он свалит, раскроет в комнате окна, чтобы выветрить любой запах, свернется на кровати и будет ждать непонятно чего, вздрагивая от любого шороха. К счастью, как раз Виктор куда-то тоже сваливает, может, пожрать пошел, может, еще куда, Дэрилу было просто плевать. Он не хотел видеть мужчину, черт, лучше бы они с Риком вернулись в деревню, оставив всех здесь, и попробовали все начать с нуля, но уже по-другому. Даже смешно как-то, до чего он дошел. Когда-то мечтал убить Граймса, а теперь хотел забраться тому под бок и спрятаться там, в тепле, в уюте, в безопасности.
Дэрил, кажется, все же отрубается, сказывался стресс и отсутствие нормального отдыха ночью. Вот только в этот раз, может, из-за отсутствия Рика вблизи себя, его мучают кошмары.
В комнате уже потемнело, а Дэрил так и не может сдвинуться даже на миллиметр. Он дрожит, обливаясь потом, мечтая, чтобы все это поскорее закончилось. Надутый живот идет волнами, двигается, словно внутри тысячи змей, пытающиеся прорываться наружу. Адская боль пронзает тело, кровь бежит по коже, впитываясь в шкуры, в покрывало, накинутое на кровать. Острые когти впиваются в мясо, мелкие зубки отрывают куски. Страшно наклониться, страшно посмотреть, что происходит внутри. Но нужно. И он заставляет себя невероятным усилием наклонить подбородок и опустить взгляд. Чтобы увидеть, как коготь разрывает его плоть, открывая длинную глубокую рану, а какое-то темное существо, словно пиявка, выскакивает наружу, скрываясь где-то в темноте…