Двуликий Янус (СИ)
— Не волнуйся, ничего не изменилось, я тебе не наврежу. Просто тебе надо будет хорошенько расслабиться теперь. Верно? Давай, успокойся, расслабься… — бормочет Виктор и одной рукой гладит замершего Дэрила по животу, а второй… Он снова смочил слюной пальцы и скользнул ими к дырке между ног. Без когтей, очень осторожно, он проникает одним пальцем в отверстие. Дэрил не может сдержать дрожи под его рукой, но молчит. На второй руке, которая была на животе, снова появились длинные острые когти.
Виктор работает одним пальцем, затем — двумя, а потом… приставляет член к дырке и потихоньку входит.
Дэрил пытается его оттолкнуть, вцепившись прямо в лицо и раздирая его ногтями одной руки, а второй удушающе впиваясь в горло, но это пресекается рукой с выпущенными котями, что прижимает конечность Диксона к животу и впивается в кожу.
Крид обнюхивает его везде, двигается, на удивление, максимально осторожно, словно мгновенно реагирует на всевозможные сигналы тела Дэрила и подстраивается под его потребности. Словно вознамерился полностью угодить. Подстраивался не так чтобы и долго.
И в результате… Дэрил с некоторым замешательством и бессильной злостью чувствует, как его тело расслабляется, очень даже благосклонно принимая действия Виктора.
Предательское тело… Оно действовало совершенно само по себе. Диксон словно со стороны слышит собственное злобное шипение и бормотание, но уже вперемешку со вздохами удовольствия.
— Вот так, малышка, я же говорил, что будет хорошо…
Чтоб ты сдох, скотина когтистая!
Но уносило его все больше и больше. Виктор был поразительно чуток и осторожен, бережен, аккуратен. Он так изумительно делал то, что в именно эту секунду хотело измученное тело Дэрила, что Диксон просто-таки таял от этого. В конце концов, он уже ничего не может сделать, его уже трахают, и это… боги, это просто великолепно. Если бы не осознание того, что это делают против его воли, что он вроде как переживал за ребенка (но, кажется, от такого обращения ничего плохого не случится, даже навскидку), а еще что где-то там есть Рик (черт, эта мысль вообще заставила щеки и уши загореться от стыда), Дэрил бы сейчас же признался в вечной любви и попросил взять себя замуж. Шутка, конечно, но… Слишком уж все было идеально. Как он это делает, сукин сын такой?.. Оооох!..
— Малышка, хорошая, милая, тебе хорошо? — спрашивает Виктор. Хрен тебе, а не ответ… Хотя стонов Дэрил сдержать не может, увы. И этого Криду достаточно. — Я же говорил тебе, я не сделаю тебе плохо, будет хорошо… А ты не верила… — шепчет насильник, чуть улыбаясь.
Дэрил обреченно стонет, понимая, что превратился в безвольную сучку от наслаждения. Но сделать уже ничего не может. Удовольствие смывает даже подобие мыслей, он растворяется в нем и срывается в оргазм, кончая сильно, долго, оглушающе.
— Боги, малышка, спасибо тебе, — бормочет Виктор нежно, потираясь о Дэрила и оглаживая руками. Диксон из последних сил спихивает его на бок. Некоторое время они просто лежат так, потом Виктор потихоньку отключается, а Дэрил старается прийти в себя.
Как только его мозги немного встали на место, он выскользнул из рук Крида и поплелся в ванную, прихватив с собой свою одежду. Ему надо привести себя в порядок. Если кто-то узнает, что тут произошло, то вот от этого позора ему уж точно не отмыться. Так что лучше отмыться от запаха Крида.
Он довольно долго плещется в воде, без зазрения совести используя всё пахнущее и моющее, что находит. Пусть его… Надо — значит, надо. Чистит одежду, куртку от своего семени, заодно и от запаха Виктора, его пота, ну и от грязи заодно. Не было бы счастья…
Когда Дэрил выходит из купальни, в гостиной стоит Крид. Смотрит на него такими глазами, словно у Дэрила рога отросли, к примеру. Кажется, до него начало доходить. Долбанный нарик, и что ты ему скажешь, он был, блядь, под кайфом ведь. Под кайфом Дэрил, помнится, славно трахался с ненавистным тогда Риком, даже метку ему влепил, выпрашивал ласки, выпрашивал поцелуя, выпрашивал член в задницу…
— Я вообще не понял, с кем был. По ходу, долбанный гриб меня совсем ушатал… — слегка даже сконфуженно сообщает Виктор.
А, так это были грибы… Под грибами у Дэрила память отшибло. Тоже не круто. А этот… Герой, блядь.
Главное, чтобы Мэрл не натворил чего под грибами этими. Видимо, марсианам они противопоказаны, вот и все.
— Слушай, сходи помойся.
— Чего? — не догнал Виктор поначалу.
— Ты… пахнешь… мной, — чувствуя, что краснеет, ответил Дэрил и отвел взгляд. — Там все есть, — добавляет он и сбегает в спальню — наводить там порядки. Краем уха он слышит, как Виктор прошел в купальню. Ну и слава богам. Теперь осталось только подумать, как это разрулить между ними.
Дэрил как ребенок надеялся, что это просто можно будет замолчать и забыть, сделать вид, что ничего не было. Да.
Может, это и сработает.
Супер, теперь у него еще одна грязная, постыдная тайна. Притом — для всех, включая Рика. Супер. Зашибись.
Одна надежда на то, что Криду еще более не выгодна огласка. Так что этот ушлепок будет молчать. Главное, чтобы Рик не… что он там может, он говорил? Увидеть мысли? Прочувствовать их, иногда картинки увидеть… О боги… Дэрил должен научиться закрывать мысли. Думать о ребенке — вот, да, вот что он будет делать. У него есть о чем волноваться. Точно. Да будет так.
Дэрил делает рукой почти позабытый знак, обозначающий и оберег, и серьезность своих намерений, и обещание сделать так, как надо. Может, поможет. Он так на это надеялся — потому что больше не на что было. Только бы никто не узнал.
Думай о ребенке, Дэрил…
========== XXXXII. Попытка все исправить ==========
Смешно, но Дэрил практически привык ко всему тому дерьму, что происходило с ним. Ну изнасиловал Рик, ну теперь выебал Крид. Его жизнь не менялась с момента попадания на Янус. Всё как всегда. Дэрил Диксон — общественная шлюха. И если завтра его попытается выебать Дуайт, он даже не удивится. Но… Дэрил чувствовал отвратительное чувство вины. Потому что, как бы он ни пытался сбежать, задницу все еще тянуло от ощущения таранящего его члена, и даже запах, хотя его уже не должно было быть на нем, словно въелся в кожу, обвиняя.
Живот вновь неприятно тянет, ребенок решает наверстать упущенное. А может, ему просто отвратителен Дэрил, и он хочет поскорее сбежать от него? Ниже падать уже некуда. Итак, наконец-то опустился на дно пропасти. А ведь у него был шанс, был Рик. Но сможет ли теперь Диксон сам смотреть в чистые глаза Граймса и не видеть в них свое уродливое лицо?
Как только Виктор скрылся в «ванной», пытаясь смыть с себя его запах, Дэрил выскакивает на улицу, оставив куртку сушиться рядом с кроватью. Быть вместе с мужчиной в одном помещении просто не было сил. Да и Мэрла стоило предупредить. Если Крид получил грибы от брата, то беда близка, слишком близка.
Дэрил нервно оглядывается, надеясь увидеть знакомую макушку. Но брат словно сквозь землю провалился. Неужели он уже нажрался грибов? Дэрил мешкает, сбиваясь с шага. Если он найдет Мэрла уже под кайфом, что делать? Хрень, сделает то, что нужно. Не бросать же его сейчас. Он может сделать все что угодно, даже убежать в лес голышом. Нет, этого Дэрил не допустит. Так что нужно собрать мысли в кучу, перестать себя жалеть и сделать это.
Мимо снуют люди, которые даже не обращают внимания на него. Ну да, для них мужик с пузом не что-то удивительное. Дэрил постоянно забывает об этом. До слуха доходят голоса все еще работающих над восстановлением забора людей. И… к черту, следовало там тоже проверить. Хотя даже от мысли, что он сейчас увидит Рика, сосет под ложечкой. Сможет ли он удержать собственные мысли? Похоже, ему придется проверить это.
Дэрил слегка высовывается из-за бытовки, окидывая взглядом занятых работой людей. Черт, если бы ему удалось отсюда увидеть Мэрла… Но придется подойти ближе, если он хочет убедиться. Он медленно выдыхает, беря себя в руки, загоняя собственную вину поглубже в душу, запечатывая там. И только тогда, когда сердце перестает пытаться выскочить из груди, он наконец-то подходит к занятым делом людям.