Полуночная метель (ЛП)

— Это не только моё решение, — сказала я. — Я хочу, чтобы ты делал то, что сделает тебя счастливым. Ты будешь счастлив, будучи принцем?
Джек медленно покачал головой.
— Не думаю, но я не хочу лишать тебя королевской жизни, если ты её хочешь.
Я засмеялась.
— Я не хочу этого, Джек. Я хочу свободу кататься на коньках, когда мы захотим. Хочу учить и кататься на санях с тобой, а этого у меня не будет, если я стану принцессой.
Лёгкий снежный ветерок вонзился в комнату, и лицо Джека озарилось самой широкой улыбкой, которую я когда-либо видела.
— Я тоже этого хочу, — сказал он.
Когда остальная часть его семьи вернулась, Джек глубоко вздохнул.
— Я польщён вашим предложением, но я гораздо больше хочу оставаться таким, какой я есть.
Лицо матери сморщилось от огорчения.
— Ты не хочешь, чтобы люди знали, что ты — наш сын? Подумай, чтобы ты мог сделать, показав всем, что маг может быть принцем.
— Мне нечего доказывать, — ответил Джек. — Наша семья знает, и теперь Ноэль знает. Этого мне достаточно. Я гораздо больше хочу остаться таким, какой я есть, помочь Ноэль со школой и продолжать быть советником. — Он бросил игривый взгляд на Стивена. — К тому же, я не хочу выполнять те скучные обязанности, с которыми приходится справляться Стивену. Думаю, я могу сделать гораздо больше, общаясь с людьми без королевского имени.
— Ты никогда не раскроешь свою фамилию? — спросил Стивен.
— Он может носить мою, — ответила я, сияя от счастья. — Джек Фрост — звучит прекрасно.
Король Вацлав улыбнулся сыну.
— Если это то, что ты хочешь, знаешь, мы с радостью уважим твоё решение, а если ты когда-нибудь изменишь своё мнение, мы также поддержим тебя. Мне просто жаль, что мы не можем официально признать тебя.
— Я уже признан, — сказал Джек с улыбкой, сжимая мои пальцы.
Эпилог
— Я сделал тебе новую пару ледяных туфель, — сказал Джек, передавая их мне. — Они зачарованы так, чтобы всегда оставаться тёплыми.
— Переживаешь, что она замёрзнет в день свадьбы? — поддразнил меня Берил, когда я надевала туфли. Пегги тоже засмеялась, крепко держа поводок Кодиака и сжимая маленькую подушку с нашими золотыми обручальными кольцами. Мы потеряли пять заготовок колец во время репетиции, прежде чем решили пришить их к подушке.
Джек закатил глаза в сторону Берила.
— Ты так ждал, чтобы это сказать, да?
— С того самого бала почти год назад. Вот теперь идеальный момент. Думаю, они готовы для тебя.
Джек выпрямил пиджак и, попрощавшись, вышел, оставив меня с Берилом, Кодиаком и Пегги. Я сделала глубокий, волнительный вдох, прислушиваясь к гулу толпы за дверями. Как первая официальная свадьба между магом и немагом, наша церемония стала настоящей сенсацией для всего королевства.
— Ты выглядишь прекрасно, — сказала Пегги, с восторгом глядя на моё платье, которое струилось по полу. Джек тоже внёс свои изменения в это платье, вплетя в ткань крошечные магические нити льда, чтобы я чувствовала тепло, несмотря на морозный день.
— Спасибо. Ты готова помочь Кодиаку выполнить его задачу?
— Да! — Пегги буквально дышала гордостью за свою важную роль.
Трубачи протрубили сигнал, и моё сердце чуть не взорвалось от радости. Время пришло.
Стражники распахнули двери, и я, шаг за шагом, начала двигаться по проходу, в то время как одиннадцать трубачей исполняли мелодичную композицию, которая танцевала по огромному залу. Я шевелила пальцами в туфлях, наслаждаясь постоянным теплом. Впереди Джек улыбнулся от уха до уха, когда заметил меня.
Король Вацлав и королева Изольда сидели в первом ряду, с улыбкой глядя на меня. Почти все десять лордов были на месте, за исключением Валенсии, которая была последним лордом в списке. Хотя она и подала прошение, заявив, что если бы не она, Джек и я никогда бы не встретились, я отказала ей в просьбе прийти на свадьбу, а также отказала Ванессе. Но Валия была здесь, сидя рядом с Стивеном и держа его за руку. Они ещё не объявили о помолвке, но мы с Джеком предсказали, что это лишь вопрос времени. Верная подруга, Триста, и её теперь уже муж Кэл сидели рядом с Стивеном и Валией, а Триста держала на руках их спящего младенца, нежно покачивая его из стороны в сторону.
  
Сама церемония пролетела, как одно мгновение. Мы с Джеком не могли перестать улыбаться друг другу, и к тому моменту, как священник завершил свою речь, мои щеки болели от счастья.
— У вас есть кольца? — спросил священник у Джека.
Прямо по расписанию в дверь вошла Пегги, держа поводок Кодиака. Кодиак, поскользнувшись на ковре, шагал вниз по проходу, неся подушку с кольцами и весело помахивая хвостом, как пушистым флагом. К счастью, мы пришили кольца, потому что в какой-то момент, когда Кодиак был на полпути по проходу, он уронил подушку и с энтузиазмом принялся нюхать ботинок одного из моих учеников-магистров. Смех прокатился по залу, когда Пегги поспешно вернула подушку в пасть Кодиаку и указала ему путь к алтарю.
Кодиак, словно ничего не произошло, с гордостью дошёл до священника и, наконец, вложил влажную подушечку в его руку. Я невольно улыбнулась, когда священник пытался скрыть своё отвращение, вытирая мокрые следы на ладони. Кодиак уселся на ковре, следя за толпой с высунутым языком, гордый, будто сам был женихом на свадьбе.
Джек взглянул на меня своими ярко-синими глазами, полными искр, и надел кольцо на мой палец. В тот же момент мороз коснулся ободка, и бриллиант заблестел, как никогда. Лёгкий снег начал падать на собравшихся, и все ахнули, протягивая руки, чтобы поймать мягкие снежинки и изумляясь тому, как Джек создал такое чудо прямо в помещении.
— Теперь я объявляю вас мужем и женой! — громко произнёс священник. — Можете поцеловать невесту.
Джек воскликнул, притягивая меня в крепкие объятия, и поцеловал меня с такой страстью, что это совсем не напоминало запретный поцелуй.
— Ну, давайте, убирайтесь отсюда, — услышали мы голос Берила, когда мы прервали поцелуй.
Двенадцать барабанщиков выстроились вдоль ковра, который вёл к месту, где располагались сани с упряжкой, и собаки добавили свои лай и вой к барабанному звучанию и овациям толпы, так что эта какофония звуков чуть не оглушила меня. По пути к саням я заметила Стивена и Валию, которые аплодировали вместе с остальными. Я бросила свой букет Валии, и она поймала его, удивлённо покраснев, затем уткнулась носом в цветы.
На санях Джека красовались блестящие золотые колокольчики, и, когда мы тронулись с места, они весело зазвенели в холодном зимнем воздухе. Овации толпы постепенно затихли, пока не остался лишь звук беговых саней, скользящих по снегу.
— Всего неделю осталось до того, как мы вернёмся к обычной работе, — сказал Джек. — Нам лучше насладиться этим временем, пока оно есть.
— А что такого, если мы вернёмся? Мы наконец-то сможем жить вместе, а Зола скоро родит щенков…
— И они, без сомнений, будут самой быстрой упряжкой в королевстве. Хоть бы Тыковка тоже захотел бегать.
Я рассмеялась.
— Он слишком занят тем, что целыми днями ест угощения.
Это было правдой. Тыковка оправдывал своё имя и становился всё более круглым, как тыква, от тех лакомств, которые мои ученики тайком подсовывали ему, когда я не смотрела. Он был принят как новый талисман школы, и я часто находила рисунки тыкв с собачьими мордочками на полях тетрадей моих учеников в течение учебного дня.
— По крайней мере, Валенсия не сможет закрыть эту школу.
— Слава богу за это. — Поскольку всё было юридически правильно и Валенсия должна была унаследовать поместье и стать следующим лордом, мачеха полностью погрузилась в свои обязанности. Она отказалась восстанавливать мою прежнюю школу и вместо этого начала лоббировать принятие магов в школы по всему королевству без какой-либо сегрегации, что, честно говоря, оказалось даже лучшим для сообщества магов, чем то, что сделала я. Валенсия больше не носила париков, а гордо укладывала свои белые волосы, так же яростно отстаивая права магов, как когда-то я, но теперь с деньгами и властью лорда. Несмотря на то что я всё ещё не могла найти к ней добрый чувств, я могла признать, что мой путь был не единственно верным.