Гремучий коктейль – 3
Глава 5
– Позволь тебе представить Орбаза Кинуудена, дорогая супруга. Этот тип совершенно не воздержан на язык, но, так как он является единственным стоящим портным в этом городишке, его до сих пор не повесили на ближайшем столбе. Хотя надо бы, конечно.
– Сопляк, ты совсем офо… то есть, добро пожаловать, сударыня, – осекся двухметровый седой тип самого зловещего вида, зафиксировав свой взгляд на Кристине, – Не представляю, какое горе или ошибка судьбы свела вас с этим наглы… стоп. Супруга?! Мои соболезнования, сударыня!
– Они, безусловно, приняты, – неожиданно улыбнулась девушка, – Рада познакомиться, мастер Кинууден. Работы, что выставлены на витрине, заслуживают всяческого уважения.
– Покрой вашего платья тоже, – кивнул портной, без всякого стеснения рассматривая черные одежды бывшей Терновой, – Очень… универсально. И элегантно. О, скрытые складки… чем-то утяжеляли подол? Понимаю. И висбеновая ткань… бич портных, если уж честно. Вы этот наряд сможете подарить хоть правнучке. А это что? Оторочка из шагала?
– Синская тесьма, – улыбка Кристины достигла рекордной величины, – Я надеялась, что мы сможем у вас заказать нечто подобное, но…
– Сможете, конечно, сможете! – глаза Кинуудена загорелись, – Если изволите сюда присесть, то я принесу каталоги!
– Ради этого я и пришла.
– Ну-да, ну-да, – пробурчал я, – Пошёл я нафиг, да?
– Вали-вали, – тут же потребовал мерзкохарактерный портной, таща кучу потрепанных толстых журналов, – Мерки твои у меня есть, чуток на вырост уже прикинул, так что… а, стоп. Чего тебе вообще надо, грубиян?
– Шесть выходных костюмов приличного цвета, – злорадно начал перечислять я, – два домашних, четыре выходных в свет, приличных, но без претензий, а еще пару, чтобы и ко двору явиться было не стыдно.
Кинууден чуть каталоги не выронил, но потом взял в себя руки, задумчиво прищурясь.
– И всё под кобуры, да? И нож у тебя еще, так?
– Ага, – простодушно кивнул я.
– Хорошо, я тебя услышал, теперь вали, – пришёл в себя верзила, – К сапожнику только не суйся, я сам всё закажу.
– Отрезать тебе язык – и можно принимать в святые, – бросил я, направляясь на выход.
– Пошёл нахрен и не возвращайся!
– Я тебе жену оставляю!
– Тем более! Из неё бы вышла лучшая вдова на свете!
Кристина всё это время просидела с широко раскрытыми глазами, на которых только что рухнул весь мир. В пыль, в тлен, в пожухлую грязь степей, по которым немытые варвары с луками неслись, алчно блестя глазами, в набеги и грабежи. Почему? Ну потому, что заказать себе целую серию костюмов, перебросившись парой фраз шуточного характера – полностью выходило за рамки понимания любой женщины.
Это хорошо, подумал я, выходя от Кинуудена и направляясь к ближайшему кафе. Мужчина должен удивлять женщину!
– «Ты просто варвар, знаешь?», – пробурчала Фелиция, – «Даже лорд в шоке».
– «Я доверяю этому старому хрену», – отбоярился я, отхлебывая горячий чай и примериваясь к миндальному печенью, – «К тому же мне просто страшно там находиться. Он же цену назовёт за всё мое и её. Я дуба дам».
– «Безумец и скряга», – почти по-человечески вздохнула даймон, – «Ужасное сочетание».
– «Ты видишь у меня источники дохода? Если скажешь, что студенческая и ревнительская ставки в сто рублей месяц они и есть, я начну искать способ изгнать тебя из книги!»
Со всем в жизни наступил порядок, по крайней мере, так казалось. Ежов продемонстрировал себя как понимающего, но при этом занятого человека, от чего лишь давал простенькие инструкции и советы, позволяя нам проводить немало времени в академии, где мы не только упражнялись, но и искали информацию по текущим делам. Много свободного времени означает много времени на тренировки, стрельбище, углубленную медитацию по расширению и укреплению энергетических оболочек, но, самое главное – траты.
Последнее вгоняло меня в депрессию. Потихоньку, конечно, но вот когда Кристина покажет, на какие бабки нас выставил Кинууден…
Дело-то не в деньгах, дело-то в том, что их почти невозможно заработать! Мои четыре сотни тысяч, гревшие сердце с давних времен, уже угрожали превратиться в три сотни, а вот старых порталов, богатых измененными и дорогостоящими камнями в «обрамлении», в округе как бы не было!
Взаимоотношения мира и ревнителей оставались для меня загадкой долгое время, пока, наконец, реальность в виде нужды в источнике дохода, не заставила прозреть. Причем, как понимаю, других она заставит прозреть позже. Гораздо позже.
Почему о ревнителях не говорят? Почему почти не пишут в газетах? Почему взрослых мальчишек и девчонок буквально кидают в неизвестность? Почему все родовые ревнители обучаются только в Москве? Ответ на все эти вопросы оказался банальнее некуда.
В этом мире укоренилась традиция многодетности. Страдая с давних времен от чудовищ из порталов, люди привыкли… размножаться. Да, смертность сейчас сильно упала, наука и магия не стоят на месте, но вот тут и порылась одна бешеная собака – дети простолюдинов всегда найдут себя в жизни. Любого обычного человека ждут везде – на имперской службе, в угодьях Истинных, в армии, да где угодно! Он везде придётся кстати. А что касается аристократии? Тут вопрос совершенно иного коленкора.
Благородных слишком много. Их распихивают всюду, куда только можно. В армию, в отряды владетельных, в ревнители, в управляющие, в капитаны судов, даже в простолюдины, как я выяснил недавно. Как? Банально браком. В истории моего мира купцы частенько приобретали звание и титул, заключая браки с бедными благородными, а вот здесь наоборот, такой мезальянс понижает человека в статусе. Но на него идут, причем часто.
Плюс, конечно же, призыв к порталу. Это когда хозяин земли, на которой находятся благородные с чернокнигами, призывает всех принять участие в закрытие окна зла. Отказаться без тяжелых последствий нельзя, а слабо обученный парень или девушка, которые вообще к ратным делам отношения никогда не имели, часто становятся для монстров мясом.
Ревнители – это еще один метод спуска пара из грозящего закипеть чайника. Мы похожи на привилегированных охотников за монстрами и порталами, но лишь похожи. На самом деле, большая часть выпускников становится бродягами и приживалами в отдаленных уголках большой и богатой Родины, как мечтающими о ценном портале, так и набирающими отметки о закрытых окнах в другие миры на свой кристалл. Не удивлюсь, если определенная часть молодых ревнителей еще и гибнет, заглядывая в эти самые чужие миры. В надежде отыскать что-либо ценное.
Почти уверен, что если бы русских ревнителей не гнобили бы за рубежом разные там латыши с турками, то минимум половина бы из всех наших бежала бы за кордон наёмничать и пиратствовать от такой жизни.
Три с половиной тысячи выпускников ежегодно. Отличное кровопускание, надо сказать. Не все так жестоко, конечно, отработавшая контракт ревнительница – очень выгодная партия для какого-нибудь богатого промышленника на Урале, но всё же, у нас тут натуральная индустрия по отсеву благородных бездельников.
Моих проблем, это, правда, не решает.
– «У лорда есть идея», – внезапно подала голос Фелиция, – «Он говорит…»
– «Потом», – отрезал я, глядя как возникшая из-за моей спины огромная туша в потёртом кожаном плаще осторожно опускается на стул напротив.
– Ваше сиятельство, – осклабился Парадин после того, как убедился, что не раздавит хрупкий стульчик, – Какая приятная неожиданность!
– Матвей Евграфович! – в который раз удивляя «чумного волка» также осклабился я, – Какие люди!
Видеть мне его не хотелось совершенно, репутация у мужика была более чем отвратительной, но рассчитаться с долгом… другое дело. Как и не подать виду, насколько я удивлен. Не то, чтобы это решало проблемы между нами – Терновы были кровниками Парадиных, а я уже имел к первым определенное отношение.