"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Поначалу-то желающих много было. Как же, владельцы половины Сангрелара…
— А вторая половина чья? — невольно заинтересовался я.
— Наша, разумеется. Северной половиной изначально владели Мурильо.
— Так вы же вымерли? Неужели желающие на вашу половину не нашлись?
— Почему же не нашлись? — Он довольно погладил себя по подбородку, как будто там росла борода. Возможно, она когда-то и росла, но нынче от нее не осталось даже волоска, а значит, не получится из моего собеседника Хоттабыча. — Нашлись. Да только и сразу закончились, потому что у нашей земли может быть только один хозяин и этот хозяин — я. А я пока жив.
— И что, вы в одиночку распугали всех желающих?
— Почему я? Сама земля их не принимает. Слушай, мы отвлеклись от основной темы разговора, — недовольно сказал он. — Короче говоря, дело в том, что для продолжения рода им нужен сильный чародей, и этот сильный чародей должен сражаться с другим соизмеримым по силе чародеем. Потому что победа над более слабым соперником не засчитывается. — Он гнусно захихикал. — Им довелось в этом убедиться несколько раз. Только сильные чародеи должны биться. А это риск, понимаешь?
Паук переступил лапами, как будто ему надоела неподвижность, и старикашка прикрыл его ладонью, как бы успокаивая. Занятная игрушка, я бы от такой не отказался, хотя к паукам ранее симпатии не испытывал, но этот был очень забавный, этакий меховой шарик на восьми толстеньких меховых ножках с блестящими бусинками-глазами. И казался скорее живым, чем игрушечным.
— Разумеется, — подтвердил я. — Только не понимаю, какое я имею к этому отношение. Я же не чародей.
— Ты чародей, и сильный, — уверенно ответил он. — На это и расчет у них, что в пару к выбранному отцу ребенка берется сильный необученный чародей из миров, где про волшебство давно забыли. Но тут они обломаются, потому что я возьму тебя в ученики.
На этом мое терпение закончилось. Дева была прекрасной, костюмы — хороши, актерская игра — на высоте и даже реквизит в виде паука — забавный, но отыгрывать чужой сюжет не хотелось, как и тратить время на якобы ученичество.
— Я мечник, уважаемый, — твердо ответил я. — Могу сойтись с вашим чародеем на мечах или на саблях.
— Глупец, ты не продержишься против него и нескольких минут, — загорячился он. — Потому что его учили убивать, а для тебя это всего лишь развлечение. А вот умение пользоваться чарами может для твоего противника оказаться неприятным сюрпризом.
— Мне это неинтересно, — ответил я, обогнул оторопевшего старикашку и пошел к нашему костру.
Ладно бы, девица предъявила счет за приятное времяпрепровождение, я бы, может, еще подумал, не пойти ли навстречу, но она слиняла и делегировала какого-то гадкого типа с тупой историей, которая не выдерживает никакой критики. К счастью, он от меня отстал, не поперся со мной до костра.
Я сел на то же место и поднял кружку с шарой. Руки приятно согрело. Артем ругался с Колей на ту же тему, что и до моего ухода. Казалось, что я никуда не уходил, только на минуту прикрыл глаза и увидел необычайно красочный сон, первая половина которого была хороша, а на второй сработал внутренний будильник и привиделся полный сюр.
На всякий случай я взглянул в темноту, из которой вышел, но там не было ни девиц, ни стариков. Может, и правда приснилось?
Глава 2
На душе было неспокойно, поэтому утром я смотался, как только проснулся, хотя и чувствовал себя идиотом. Чувство было сильным, но мысли о том, что меня куда-то пытаются втравить, оказались сильнее, поэтому я решил, что мое спокойствие должно быть на первом месте, а все остальное — вторично. Всякое приключение должно заканчиваться вовремя. Вот и мое подошло к концу.
Вообще поутру все казалось сном, и, если бы не кольцо, которое никак не снималось, я бы в этом был абсолютно уверен. Прекрасный эротический сон, превратившийся в подобие сюра в конце. Но кольцо я снять не мог и склонялся к тому, что это розыгрыш, который завершится тем, что незнакомая девица, отнюдь не такая красивая, как ночью, повиснет у меня на шее и завопит: «Милый, ты обещал на мне жениться». И боюсь, что ответ в духе: «Мало ли что я на тебе обещал» ее не устроит. С чего я вообще переспал с левой девицей? И на пьянку не спишешь — выпил всего ничего, но голову снесло знатно, не поспоришь.
У Коли я потом осторожно поинтересовался, не искал ли меня кто, и даже фотки посмотрел все, что нашел, но ни девица, ни старикашка нигде не засветились. Как будто их там и не было.
И если бы не кольцо… Которое, черт его побери, не снималось никак и ничем. Я его даже распилить пытался, но не удалось даже поцарапать. А вот палец, напротив, поцарапать удалось, и не единожды. Так что в конце концов я плюнул и решил, что кольцо не так уж и мешает. Можно сказать, я к нему привык. Сроднился. И выбросил из головы всю случившуюся ерунду.
Как выяснилось, сделал я это зря, потому что оказался абсолютно не готов к последствиям. Впрочем, если бы не выбросил, это ничего бы не изменило, потому что кто может оказаться готовым к тому, что его телепортируют вместе с тележкой, куда он старательно забрасывал продукты, рассчитывая вкусно поужинать. Я как раз остановился перед полкой с салатами и решал, какие брать, когда неведомая сила подхватила, и я оказался в совсем другом месте. В голову пришла совершенно идиотская мысль о том, что подумает охрана, рассматривая записи с камер. Как-никак, меня украли вместе с продуктами на приличную сумму. И если на меня им наплевать, то на кражу продуктов — нет.
Кто украл? Да вот эта троица, которая сейчас на меня смотрела с видом собственного превосходства. Уже знакомая неразборчивая девица, примерно моего возраста парень и мужик постарше выделялись ярким пятном на фоне лесного массива. Мужик при моем появлении потер руки и радостно сказал:
— Прекрасно, все в сборе, можем начинать.
Вот тут-то я запаниковал по-настоящему, потому что сообразил: сейчас меня будут убивать. Давешнее представление было не розыгрышем, а вполне себе подставой. И почему я не выслушал того старикашку? Здесь его нет, значит, мог подсказать чего дельного.
— И что вы собираетесь начинать? — по возможности невозмутимо спросил я.
— Смертельный бой между тобой и доном Рикардо.
И что-то мне подсказывало, что смертельный — это не фигура речи, а итог нашей битвы, если я не придумаю что-то вот прямо сейчас.
А что можно было придумать? Только забег по лесу. Мы стояли на поляне, довольно большой, но переходящей в густые заросли. В таких кустах можно прятаться долго, пока не наступит ночь и не получиться удрать подальше. Туда, откуда меня кто-нибудь согласиться вернуть в мой родной мир. Потому что этот мир — точно не мой, пусть я и понимал, что мне говорят, но язык был не наш, не русский. Да еще и эти доны… Почему бы благородному дону не пойти нафиг? Точнее, обоим благородным донам. И забрать с собой предмет спора, потому что я на нее не претендовал тогда, не претендую сейчас.
— А можно его перенести на чуть попозже? А то я, знаете ли, не готов.
Мой предположительно соперник насмешливо осклабился и поиграл возникшим в руке сияющим шариком, выглядящим как солнце на минималках. Такое прилетит — даже кроссовок не останется.
— Твои проблемы — твои проблемы, — равнодушно сказал мужик. — Ты был поставлен в известность и о бое, и об условиях. Оружия ты не взял, значит, будешь сражаться чарами.
— Чары я тоже не взял.
— Чары всегда при тебе.
— Я пользоваться ими не умею.
— Твои проблемы, — повторил он. — Захотел стать моим зятем — принял на себя риск. Дон Рикардо, если у вашего соперника нет при себе оружия, вы тоже не можете использовать оружие, только чары. Мария Исабель, мы сегодня с тобой лишь наблюдатели. И да победит сильнейший.
Он отправил в небо сигнальный огонь, выпустив его прямо из руки, и перенесся шагов на сто вместе с дочерью, которая до этого все свое внимание уделяла только сопернику, явно считая того фаворитом. Еще бы: он точно ничем не пренебрег, взял с собой и чары, и оружие — саблю в богато украшенных ножнах. Признаться, при свете солнца девушка оказалась ничуть не хуже, чем при свете луны, но однозначно жизнь за ночь с ней я бы не согласился отдать, если бы меня о том спросили.