"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Если, как я узнал, до происшествия со зверинцем Линдгрен обосновался в зале администратора, куда сходилось управление всеми коммуникациями, то теперь своим штабом он избрал операторскую. При нем постоянно находился Ричард Стоккер. Ну и я ожидал своей участи.
Как оказалось, кроме героически погибшего рядового Верна, еще и пропал без вести капрал Боев. А вот среди персонала подводного комплекса добрая треть оказались разодраны и сожраны столь ценимыми ими уникальными монстрами. В конце концов нашелся и капрал Боев. Вернее, его полупереваренные останки. Сперва обнаружили слабый сигнал его комма, исходящий из переплетений коммуникационных шахт в секторе, где находился зверинец. Из шахты извлекли прятавшегося там исполинского змея. Расследование показало, что прошедший огонь и воду капрал ухитрился оказаться целиком проглоченным ползучей тварью. Однако что-то в Боеве змею не понравилось, предположительно – вибрация вызова коммуникатора, и он отрыгнул жертву, так до конца и не переварив.
Дошла очередь и до моего допроса. Направляемый вопросами командира взвода, я подробно рассказал о собственных похождениях, изложив отдельно всю информацию, полученную от местных жителей, об уникальном оружии галантов.
После того, как мы вернулись в операторскую, я постоянно ловил на себе взгляды Славки, продолжавшего находиться здесь в компании стажера-оператора.
– Разрешите обратиться, сэр? – решился я после того, как мой допрос закончился и майор вызвал членов администрации подводного комплекса. – Разрешите сопроводить мальчишку к матери?
Майор посмотрел на Славку, затем как-то странно глянул на меня.
– Ты думаешь, это мальчишка?
– Э-э… извините, сэр? – не понял я вопроса.
– Ладно, – отмахнулся командир, – определи местонахождение этой русской ученой и доставь ее сюда. У меня к ней тоже будут вопросы.
Оседлав гравикар, я врубил автонавигатор, в который Демин ввел координаты лаборатории Вересовой Марии, и понесся по очищенным от хищного зверья лабиринтам комплекса.
Вересову оповестили о моем прибытии, и она встретила меня у раскрытых дверей. Это была стройная женщина среднего роста, на вид лет тридцати с хвостиком. Хотя, подозреваю, на самом деле ее возраст как минимум лет на десять старше. Одета она в тот же светло-зеленый комбинезон. На голове косынка того же цвета. В таких же, как у Славки, больших карих глазах, обрамленных пушистыми ресницами, плескалось нетерпение, и мы без лишних разговоров сразу же отправились в обратный путь.
– Мама! – по-девичьи взвизгнул бросившийся навстречу Славка, когда женщина, опережая меня, ворвалась в операторскую.
– Дочка, ты как тут оказалась? – заключила ребенка в объятия Вересова. – Где отец? Он вернулся из экспедиции?
Я направился было с докладом о выполнении задания к командиру, беседовавшему в этот момент с тем холеным типом, левая сторона лица которого была красной, словно от хорошей пощечины, и с высокой коротко стриженной сухопарой блондинкой, но тут до меня дошел смысл слов Славкиной матери. Дочка? Какая дочка? Я остолбенело уставился на Славку, который… которая ехидно косилась на меня из маминых объятий. Теперь я ясно видел перед собой девчонку, а вернее сказать, даже девушку. И как я мог не замечать этого факта до сих пор? Так замечал же. Ведь я постоянно обращал внимание на девчоночье поведение Славки, и немальчишеские черты лица, и особенности фигуры… То-то майор так странно на меня смотрел…
Глава 14
Запах жареного
Надежды, родившиеся с появлением в МОНИК взвода космического спецназа, почти растаяли, погребенные невероятной катастрофой. Каким образом находящимся в зверинце животным удалось вырваться из вольеров и разбежаться по подводному комплексу, не мог предположить никто из сотрудников. Военные проводили собственное расследование, не посвящая в него администрацию. Более того, майор Линдгрен, этот на первый взгляд тупой солдафон, каким-то образом ухитрился взломать коммуникационную сеть комплекса и заблокировать доступ к ней всем остальным, оставив права администратора только за собой. Собственно, именно это и было для Кеннета Хаббарда настоящей катастрофой. Военные наверняка скопируют всю информацию из сети МОНИК. А значит, если информация будет доставлена в Конфедерацию или Британию, рано или поздно вскроются похищение и так называемые опыты над русской дикаркой. А Веласкес и Брюно не станут молчать о его хоть и косвенном, но участии в преступлении. Хвала тому монстру, который оторвал голову Толстой Солли. Было бы неплохо, сожри монстры и ее дружков. Но по крайней мере Брюно жив. До того, как майор отключил общую связь, Хаббард успел услышать звероватого подручного Ривса, пытающегося докричаться до своего шефа. В голосе того сквозила непривычная для всегда невозмутимого громилы паника.
И вот теперь узнать что-либо невозможно, ибо все абоненты коммуникационной сети заблокированы. Чертов солдафон, чтоб его пожрала донная слизь!
После собеседования с майором, более похожего на допрос, Кеннет встревожился еще больше. Оказалось, что толстуха решила форсировать опыты с управляемым полипом и Веласкес с Брюно Мартином отправились на берег и отловили для роли подопытных кроликов парочку дикарей – девчонку и парня. И вот тут Хаббард совершенно запутался в услышанных обрывках информации. Получалось, что русский дикарь, доставленный в лабораторию Солли, на самом деле оказался солдатом подразделения прибывшего спецназа… Как такое могло быть? Его что, тайно внедрили в племя русских? Бред какой-то…
После беседы с Линдгреном Хаббард попытался прояснить этот вопрос у Маргарет. Но ни она, ни Ривс сами ничего не понимали. От Мэтью Ривса и вовсе нельзя было добиться ничего конструктивного. Он то впадал в ступор и ни на что не реагировал, то вдруг устраивал истерики, крича, что Линдгрен должен ответить за уничтожение уникальных экземпляров животных.
В конце концов томимый неизвестностью Кеннет обратился к майору за содействием в получении информации о выживших сотрудниках научного комплекса. Тот легко пошел навстречу и даже сам попросил Хаббарда принять участие в опознании останков. Результаты оказались шокирующими для персонала МОНИК, почти без потерь пережившего даже первое облучение оружием галантов, – от когтей, зубов, клешней и щупальцев вырвавшихся на свободу монстров погибли почти треть сотрудников.
Однако, увидев изуродованные останки Веласкеса, Хаббард все же втайне порадовался. Если в заблокированной майором сети что-то и указывало на его причастность к опытам над людьми, коими излишне толерантная галактическая общественность считала и русских, то это могли быть лишь весьма косвенные улики. А вот показания непосредственно причастных окажутся для него гарантированно роковыми. Слава Провидению, из опасных свидетелей остался только Брюно. И, как узнал Кеннет, в данный момент громила находился в регенерационном блоке. Поэтому, когда солдаты извлекли из-под обрушенных стеллажей лаборанта Антонио Веслера, находившегося в бессознательном состоянии, Хаббард решил лично отвезти бедолагу к регенератору. Когда прибыли на место, Брюно Мартин уже собирался покинуть блок. Как оказалось, у него был всего лишь ушиб ребер и все обошлось полуторачасовым сеансом местной регенерационной терапии.
– Куда направился, Брюно? – остановил его администратор.
– Мне надо срочно поговорить с Мэтью.
– Не спеши. Твой шеф опять впал в невменяемое состояние. К тому же находится под надзором военных.
– Под каким еще надзором? – в удивлении взметнул брови здоровяк.
– Под строгим. И я думаю, благодаря тебе.
– Что-о? – брови Мартина забрались еще выше по покатому лбу. – Мне-е?
– Тебе, – кивнул Хаббард, задвигая платформу с бессознательным телом Веслера в регенерационную камеру, и, не выдержав, зло прошипел: – Какого дьявола вам понадобилось срочно ловить русских для опытов сумасшедшей толстухи? Не могли дождаться, когда военные уберутся?
– Ну, Солли спешила получить результат к их отлету, – замявшись, пробубнил Брюно. – А откуда об этом стало известно? Поймали того дикаря с девчонкой?