"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Слизняк! – презрительно бросила британка и, резко развернувшись на каблуках, покинула его кубрик.
– Пошла вон! – после полуминутной паузы заорал он на присутствующую при его позоре Бониту, после чего врезал кулаком по синтезатору, сильно отбив кисть и получив на пол еще одну порцию яичницы с беконом.
– Дерьмо, – дуя на отбитый кулак, оценил плюхнувшееся под ноги блюдо Мэтью и, повернувшись к открытой двери, следующую фразу адресовал ушедшей в неизвестном направлении Маргарет: – С-сука белобрысая!
Мэтью очнулся. Мэтью вернулся. Мэтью стал прежним.
Он жаждал власти? Так вот же она, данная ему самим Провидением. Ему дана такая власть, о которой он не мог даже мечтать. Кем Ривс является на данный момент? Если не принимать во внимание эту напыщенную дуру Коул, то он является главой МОНИК – возможно последнего островка человеческой цивилизации во Вселенной. Бывшее руководство комплекса погибло на берегу, ведущий специалист занимается спасением соотечественников. МОНИК во власти Ривса. Да! Он не руководитель, не глава, он властелин! Ему дано возродить… Нет, не возродить. Породить новую цивилизацию!
Разумеется, для окружающих его идиотов Мэтью пока останется научным руководителем. Даже самых верных его подчиненных не стоит сразу посвящать в посетившее их шефа озарение. Пусть дойдут до этого сами. Однако действовать надо начинать незамедлительно. И Ривс вызвал по коммуникатору здоровяка Сезаро Веласкеса, затем набрал код Брюно Мартина.
  
Глава 4
 
Берег неведомой реки
 
Лучи поднявшегося над деревьями светила чувствительно припекли незащищенную кожу лица. Не проснувшись окончательно, я перевернулся на другой бок и накрыл рукой голову.
Громкий шлепок о воду заставил меня подскочить и окинуть окрестности сонным взглядом. Постепенно пришло понимание ситуации, подкрепленное ноющими мышцами и саднящими ушибами и ссадинами.
Я сидел на песке у излучины широкой реки, до противоположного берега которой было не менее пары сотни метров. Вдоль обоих берегов тянулся бесконечный густой лес. Пейзаж напомнил то место, где я когда-то в составе учебной роты форсировал на БПРе такую же реку. Вот только погодка здесь стояла не в пример жарче. Учитывая то, что сейчас только раннее утро – хотя, судя по поднявшемуся над деревьями местному светилу, не такое уж и раннее, – что же будет днем? Система поддержки внутреннего температурного режима в моем легком комбинезоне рассчитана в среднем на неделю, а вот голову следует чем-то прикрыть…
Новый всплеск, поднявший целый фонтан брызг недалеко от берега, привлек мое внимание. Немаленькие твари водятся в этой речке! Как они не слопали меня ночью? Или они ночью спят? А может, это какие-нибудь безобидные травоядные речные гиганты, которых запросто можно потрепать за хвост?
О чем я думаю? В первую очередь надо решить, что предпринять, чтобы выбраться… А куда выбраться? Далеко ли меня унесла река?
По идее, в «разведчике» должен был активироваться аварийный маяк. Но будут ли меня искать? Вряд ли взводный отсрочит выполнение задания ради поисков одного пропавшего бойца. А даже если и будут искать, то обнаружат лишь пустую машину на дне реки и, скорее всего, решат, что меня сожрали какие-нибудь хищные твари.
Так, чего это я сам на себя тоску нагоняю? Зря, что ли, выжил после падения с невесть какой высоты и не был сожран представителями местной фауны?
Резко вскочив на ноги, охнул от боли во всем избитом теле и еще раз осмотрелся.
– Слизь крысомаки! – непроизвольно воскликнул я, увидев огромные трехпалые следы прямо рядом с собой. Судя по всему, оставивший их гигант пришел из леса и некоторое время топтался вокруг спящего меня. А вот совсем рядом с вмятиной, оставшейся на песке от моего тела, отпечатались следы тоже трехпалые, но гораздо меньшие – немногим больше человеческой ладони. Это либо детеныш, которого до сих пор нес родитель, либо зверь наклонился, опершись на передние, более мелкие лапы. Что-то мне это напоминает… Такое ощущение, что подобные следы мне уже однажды встречались…
 
Изрядно истоптанный песок говорил о том, что зверь топтался вокруг меня довольно долго. Потом цепочка следов потянулась вдоль берега вверх по течению и метров через полсотни свернула обратно в лес.
М-да… Не знаю, почему этот монстр меня не тронул – возможно, решил подождать, пока я малость подвялюсь на солнышке, но соваться в манящую прохладную тень леса мне расхотелось. И вообще, следует поскорее отсюда убраться, пока это чудище не вернулось. Возможно, оно такое же безобидное, как отказавшиеся меня сожрать травоядные речные гиганты, но проверять почему-то не возникло никакого желания.
Решив, что на ходу размышлять ничуть не хуже, я зашагал вдоль кромки воды вверх по течению. Где-то там лежал на дне мой МРР с работающим аварийным маяком. А значит, только там были шансы на спасение.
Пройдя пару километров, вышел к небольшой заводи, где на спокойной водной глади плавали огромные – почти метрового диаметра – чаши листьев неизвестного подводного растения. К этому времени солнце пекло уже действительно нещадно, и я подумал, что из такого листа можно свернуть вполне приемлемый колпак, а то и просто так прикрыть им голову от нещадных лучей.
Попытался достать ближайший лист, но не дотянулся. Заходить в воду не хотелось – какая-то слизистая гадость шевелилась в прибрежном иле, отбивая желание в него соваться. Поискав взглядом, увидел невдалеке сухую ветку, выброшенную на берег рекой. Подобрав, ткнул ею в лист, чтобы подвинуть его ближе к берегу. В следующее мгновение зеленый диск с противным чавканьем обхватил протянутую к нему ветку и, с силой выдернув ее из моей руки, скрылся под водой. Вместе с ним ушли на глубину еще два находящихся рядом листа.
Не меньше минуты я ошарашенно смотрел на воду и, лишь когда на поверхность всплыла не понравившаяся зеленому хищнику палка, непроизвольно передернул плечами, представив, что было бы, если бы я дотянулся до кажущегося безобидным листика рукой…
Никогда еще я не чувствовал себя таким беззащитным. Даже на той злополучной планете, где погиб почти весь наш взвод, у меня в руках было оружие, а рядом до конца оставались верные товарищи. А сейчас у меня нет даже простого ножа.
С ненавистью взглянув на вновь всплывшие и застывшие в ожидании жертвы хищные листья, я озадачился поиском хоть какого-нибудь подобия оружия.
Обойдя заводь и пройдя еще немного вдоль берега реки, подобрал два увесистых булыжника. А еще через несколько шагов вытащил из воды крепкую сухую палку, на толстом конце которой торчал крючком обломок ветки. Покрутив в руках своеобразный багор и злорадно усмехнувшись, я решительно направился обратно к заводи.
Отобравший мою предыдущую палку листок мирно покоился на воде. По нему ползало крупное крылатое насекомое, не вызывая у хищника никакой реакции. Видимо, монстр насекомыми не питался, предпочитая каких-нибудь мелких животных или птиц. Хотя, судя по той силе, с которой это существо выдернуло из моих рук палку, оно могло не гнушаться и крупной дичью. Кто знает, каких размеров тело скрывается под водой.
Опустив багор в воду, я резко подвел его под лист, подцепив, как и предполагал, тонкий стебель. Лист тут же обхватил мое орудие и рывком потянул в глубину. Однако на этот раз я крепко держал палку. Несколько секунд я просто сопротивлялся усилиям хищника, потом начал медленно пятиться.
То ли это действительно было крепко укоренившееся растение, то ли туша зверя была чрезвычайно массивной, но с места подводное нечто не сдвинулось. Лишь соседние два листа вновь свернулись и ушли ко дну. И вот, вероятно решив, что жертва ему не по зубам, лист отпустил палку и развернулся, пытаясь ускользнуть. Однако я вовремя ухитрился прокрутить свое орудие, оборачивая стебель вокруг, и, на мгновение дав слабину, тут же изо всех сил дернул его на себя, продолжая пятиться. Послышался хлопок, и не выдержавший напряжения лист оторвался. А может, неведомый монстр отбросил его, как ящерица отбрасывает попавший в зубы к хищнику хвост. От неожиданности я свалился на спину, но тут же подскочил и принялся разглядывать трофей. Вблизи отчетливо виделась, если так можно выразиться, нерастительная кожистость поверхности замаскированной под лист хватательной конечности. Будучи оторванной, она продолжала дергаться, то напрягаясь и распрямляясь зеленым диском, то опадая безвольной тряпкой.